Прихоть ведьмака (СИ)

Настя ответила септическим взглядом, поджимая губы. Сразу видно, не верит.
— Можно же как-то воздействовать на этих людей? Правоохранительные органы на что? – затараторила она.
Оставалось только скупо улыбаться, ведь к людям они как раз не относятся. Отсюда, собственно, и проблемы.
— Про этого Разгромова ходят такие слухи! Удивительно, как с подобной репутацией он остается генеральным директорам холдинга, работающего с иностранцами. Сама знаешь, какие они щепетильны относительно репутации партнеров! – продолжала взволнованно говорить подруга. – Его называют беспредельщиком, предупреждая держаться подальше! А ты здесь, с ним!
Что мне с ней делать? Перед глазами так и стояла картина, как она наговаривает гадости Разгромову.
Среднего роста и очень худенькая, на его фоне Настя казалась поразительно уязвимой. А сейчас негодовала, чуть не сверкая темно серыми, цвета мокрого асфальта, глазами.
Темные волосы с крупными кудрями и белая кожа, аристократическая бледность, дополняли образ уточенной красавицы. Элегантная одежда тоже не вязалась с ее боевым настроем. Как не удивляться нападкам на ведьмака?
— Поверь, против них никакая полиция не поможет, — вздохнув, снова попыталась я оправдаться и объясниться с подругой.
Боевой настрой Насти мог обернуться проблемами, причем для нее. И что мне потом делать, если доведет нападками ведьмака?
— Когда я сбежала, то угодила в ужасную передрягу. А девушка, что мне помогала, пострадала. Поверь, здесь гораздо безопаснее! — постаралась я сказать, как можно убедительнее.
Судя по скептическому взгляду, подруга менять свое мнение не спешила, не особо поверив.
— Ты с ним спишь! – строго констатировала она, посмотрев на меня с осуждением, добавив возмущенно. – Можно хотя бы без этого? Ты же всегда была такой разумной.
Я отвела глаза, пожимая плечами. Что сказать? Дорогая, я совершенно не помню и едва знаю этого мужчину, но не могу устоять? А разумность моя приказала долго жить, стоило мне только угодить на собеседование к генеральному директору холдинга «Орион»?
— Ты же понимаешь, что это не тот мужчина, на которого можно надеяться? Он играет, пока хочет и пока ему удобно. Но что потом? – пыталась образумить меня Настена. – Как долго ты останешься здесь? И что тебе вообще это даст?
Своими словами она делала только больнее, невольно задевая за чуть схватившуюся рану, разрывая. Можно подумать, сама не знаю! Но, что мне делать, если не придумала другого решения?
О, да! Ведьмак очень хотел, чтобы меня здесь не было. Просто он больше не может стереть мне память, о чем сильно сожалеет. Отлично помню его жестокие слова и ярость от доставленного неудобства.
Мог бы заставить забыть, как случилось с тем же Максом, отослал бы. Но, увы! Потому я пока здесь. Его выбор, его прихоть, моя боль, сейчас скрутившая все в груди, словно полоснули куском битого стекла. Да, я помню, как он не хотел меня рядом, и эта отрава разъедает.
Предаваться безумию страсти с тем, кто мечтает стереть тебе память, разве не извращение? Разве не безумие и опасный самообман? Похоже я конченная мазохистка! И боль не отпускает, наворачиваясь слезами.
— Просто совсем не знаю, что делать, – сказала я с отчаянием, чувствуя, что не могу сдержать рвущиеся слезы. Больно, слишком больно, чтобы держать лицо.
Настя тихо выругалась, кинувшись меня успокаивать, сожалея о затеянном разговоре.
— Конечно понимаю, что ничего для него не значу, все только прихоть, — проговорила я, смахивая набежавшие слезы и добавила с ухмылкой. – Но это я переживу, а вот нападение его врагов вряд ли. Поэтому, пока здесь безопаснее.
Подруге мой настрой совершенно не понравился, и она недовольно бурчала, выговаривая. К счастью, мы все же перешли на более безопасные темы. Включая ее работу с постоянными задержками, с которой она пока не желала расставаться, упираясь.
— И что теперь, будешь сидеть здесь безвылазно? Между прочим, нам скоро на свадьбу к Светке! — возмущалась Настя, напоминая о данном обещании сопровождать ее на свадьбу двоюродной сестры, которую я тоже знала с самого детства. — Ты обещала пойти, а мы еще даже платья не выбрали!
 
Оставалось только вздыхать, думая, как выкрутиться. Свадьба через пару недель, но у меня есть более важные проблемы. Подумаешь, поженятся без моего присутствия! А вот выбирать платья без меня Настена не любит, это точно.
Подруге предстоял самостоятельный поход по магазинам. В ее любимый «Элен» как раз завезли новое поступление. И ведь она сама не озаботилась приобретением раньше, пропадая на работе! Все находились более важные задачи.
— Не хочу оставлять тебя здесь и подумаю, что можно сделать! – заверила подруга перед уходом, поглядывая на меня с опаской. Словно прикидывая, не натворю ли я еще каких безобразий.
Не могла успокоиться, глядя, как Настя идет по двору, направляясь к двери в высокой ограде. Ее слова кололи сердце острыми осколками стекла: «Зачем ты здесь? Что будет дальше? Не ужели так и будешь безропотно принимать условия ведьмака?».
Не могла сдержать слезы от приступа боли. Сейчас она выйдет на улицу, оставляя страсти в пределах этого дома, что мне совершенно недоступно, но так заманчиво.
Забыть о ведьмаках, оборотнях, возвращаясь к прежней, простой жизни. Может и хорошо потерять память? Не помнить его?
Я пропою тебе ветром,
Я прошепчу чуть слышно.
Верстами между нами,
И ничего не вышло.
Ветру нужна свобода,
Крылья в полет так и рвутся.
Я погощу немного,
Но не смогу вернуться.
Сердце вдали оттает,
Льдами не обернется.
Новое так и манит,
Что еще остается?...
Слезы так и бежали, навеянные слова царапали физической болью, словно отравляя, обещая, что будет еще больнее. Обязательно будет потом, ведь в этой реальности нет мне покоя, а простое осталось за забором дома.
Ведьмак подкрался незаметно, пока я бездумно смотрела в окно на догорающий день, очередной в этой страшной реальности. Его крепкие объятия и ласковые слова совершенно не вписывались в мое подавленно настроение.
Но выпускать он не собирался, настойчиво обнимая, шептал какие-то глупые слова утешения. Они, как ни странно, помогали, как и его защита за спиной, объятия, в которых желала нежиться дальше. Глупая, что сказать, но так не хотелось быть разумной в этот момент.
— Сердце мое, не плачь! – уговаривал он меня, удерживая в сильных руках. – Твои слезы, как пули. Ты нужна мне! Ты мое дыхание! Ведь никто не может жить, не дыша?
  
Глава 14
 
Когда женщина приходит в твою жизнь, это не только страсть, желание, но и заботы. За ней неизбежно тянется хвост в виде проблем, родственников и друзей. Целый пласт жизни, который теперь имеет отношение и к тебе.
Разгромов отдавал себе в этом отчет, понимая, что Ольга теперь часть его жизни — неотъемлемая, необходимая и невероятно ценная. Пусть он не имел прежде серьезных отношений, предпочитая необременяющие, приятные связи, но то, что о своей женщине надо позаботиться, осознавал отчетливо.
И не ожидал, что с ее подругой будет настолько сложно. Самая обычная пустая человечка, а такой негативный настрой и мощное неприятие. Ведь она сразу накинулась на него с гневными словами.
— И как оно — преследовать и удерживать женщину, запрещая выходить из дому? – заявила подруга с вызовом едва его увидела, не пытаясь скрывать охватившее ее негодование.
Для ее тщедушного, иначе говоря утонченного образа, это выглядело даже забавно, если бы не сила негативных эмоций, фонтанирующая во все стороны. Герман сразу просчитал, что «хорошего» она способна наговорить Ольге.
— Здесь она скрывается от опасности, – резко ответил он, не собираясь сдерживаться.
— А кто в этом виноват? – вскинулась дерганая подруга Ольги, прямо указывая на него, как источник проблем.