Если мы снова встретимся (СИ)

Эта пятница должна была быть его последним рабочим днем. Месяц закончился, оказавшись не таким тягостным, каким казался в самые первые дни дворницкой работы. Действительно человек в силе приспособиться к самым непривычным и неожиданным условиям. Зато Женя теперь знал, что способен на любую работу, независимо от тяжести и непрестижности. После спонтанного договора о завтрашней поездке в Чехов, он зашел в контору управляющей компании и получил расчет. Один день остался недоработанным. Интересно, спор можно считать несостоявшимся? Впрочем, Женя и без того убежденно знал, что проработай он всю пятницу звонка с телефона отца так и не поступит. Целый месяц был в распоряжении, последний день ничего не решит.
После увольнения он ненадолго забежал в «квартирку» дворника, собрал сумку с вещами и, вызвав такси, направился домой, зная, что будет всеми возможными способами игнорировать отца. Этого делать не пришлось. Тот находился в Швейцарии, решая дела компании.
Мама, как и следовало ожидать, высказала сдержанную радость по поводу возвращению сына домой. С ней разговор на этой сдержанной радости и закончился, а вот младшая сестра еще долго не давала покоя, расспрашивая, как ему работалось и не стоит ли ей попробовать податься его примеру и немного улучшить родной город. Женя заверил, что это совсем необязательно и что конкурс на должность дворников весьма солидный. Они проболтали ни о чем до позднего вечера, и Ирине удалось-таки выведать у брата планы на предстоящие выходные.
- Как здорово! – смеялась она, узнав, что Женька будет играть сопровождающего какой-то Насти. – Слушай, а ты можешь нас как-нибудь познакомить, - допытывалась сестра. – Мне же важно знать на ком остановил свой выбор мой придирчивый брат.
- Какой, какой? – сделав обиженное лицо, смеялся Женя.
Ирина была на четыре года младше брата, внешне немного походила на него и маму. Длинные черные как смоль прямые жесткие волосы всегда заплетала в одну толстую косу. Из одежды отдавала предпочтения качественным французским производителям. Отец вел войну по поводу «правильного облачения» мусульманской девушки значительно недолго, сдавшись и окончательно оставив воспитание дочери на усмотрение жены, не подозревая, что та им никогда и не занималась. А Ирина тем временем успевала с отличием учиться на факультете «экономики и управлении на предприятии» и тайно встречаться со своим однокурсником, байкером - любителем. Тихонько мечтая о собственном личном мотоцикле, и надеясь на доброту и щедрость старшего брата.
- Теперь ты вернешься на привычную работу, к своим делам и обязанностям, - говорила Ирина, заискивающе выглядывая из-под черных длинных ресниц. – Может пора поговорить о новогодних подарках?
- Только, пожалуйста, не начинай, - умоляюще смотрел Женя, - ты хочешь, чтобы родители казнили меня прямо под елкой?
- Конечно нет, - насупилась Ирина, - ну ведь они и не узнают, я буду оставлять его в гараже у Димы. Ну пожалуйста, Женька. Ну что тебе стоит. Только не говори, что за этот месяц ты успел истратить весь свой капитал. Не поверю!
- Я тебе хоть десять байков куплю, только договорись сначала с отцом.
- Мне десять не нужно, - надулась младшая сестра и, сложив руки, сердито уставилась в окно. – Всего один маленький Триумф, и больше ничего. А хочешь, я тебе его в журнале покажу. Я в каталоге выбрала, зелененький такой, красивый.
- Нет, не хочу.
- Тогда подари мне на новый год конверт. Я сама, что хочу то и куплю себе.
- Я подумаю, - горестно вздохнув, пообещал Женя.
- Спасибо, - зажмурившись, пропела Ирина. – Кстати, о подарках и дарах. Ты едешь завтра на свадьбу и…
- И что и? – не понял Женя.
- Какой у меня недогадливый брат, - неодобрительно покачала головой девушка. – Ты едешь завтра на свадьбу и тебе нужен подарок. Вот!
- Ты так думаешь? – задумчиво уточнил Женя. – Меня ведь вроде, как и не приглашали сами-то жених с невестой.
- Тем более, - Ирина быстро соскочила с кресла в котором сидела, свернувшись клубочком всё время и направилась к двойным ольховым дверям ведущим из гостиной. – У меня, кажется, есть идея. Сейчас вернусь.
 
Обычно когда у Ирины возникали идеи, следовало начинать их бояться, это знал Женя по собственному опыту. Но на этот раз обошлось. Сестра вернулась с белой глянцевой картонной коробочкой.
- Этим летом в Тосье в сувенирной лавке нашла, хотела подружке привести, да мы с ней что-то тогда разругались, я и забыла о нем.
Она достала резной украшенный витиеватыми завитками цветов колокольчик и несколько раз позвонила. Вечерний воздух просторной гостиной наполнился серебристым чистым переливом.
- А не простенько для свадьбы? – скептически осведомился брат, беря колокольчик в руки. – Сувенир ведь обычный.
- Извини, волшебной лампы Аладдина у меня нет, - усмехнулась Ирина. – Если хочешь, подари им автомобиль. Только думаю, выйдет не слишком хорошо. Как ты заметил, ты там ни долгожданный гость, а случайный. А колокольчик вполне, на мой взгляд, милый. Конечно посуда и прочая утварь нужнее, но ты же не знаешь людей, их вкусы, предпочтения. Между прочем, он из серебра девятьсот двадцать пятой пробы, триста восемьдесят четыре грамма. Обошелся мне в сорок девять тысяч на наши, русские.
- А, ну тогда нормально, - согласился Женя, всё еще немного сомневаясь. – Или всё же завтра в магазин заехать, как думаешь?
- И купить какие-нибудь серебряные ложки, - сморщилась Ирина, - пусть их близкие родственники дарят, а ты посторонний малознакомый человек, тебе нужно знак вежливости на память оставить. И всё.
- Тогда спасибо. Подожди-ка, если ты такая запасливая, может у тебя и бантик с обверткой найдется?
- Нет, бантиков у меня нет. Завтра по пути в книжный заедешь и купишь. Ладно, я спать пошла. Про конверт не забудь.
- Какой конверт? – нахмурился Евгений.
- Про новогодний! – возмутилась Ирина и погрозила брату пальцем.
Утром, сказав матери что хочет отдохнуть в выходной загородом, Женя сел в машину и поехал на север необъятной столицы. Добрался быстрее, чем планировал, с заездом в книжный магазин. В самом начале восьмого набрал Настин номер, хранившийся у него с того момента, как он нашел её телефончик в осенней листве. Смотреть из окна уютного теплого салона на привычный пейзаж осеннего московского дворика и не мести его было ощущением приятным. Еще вчера Женя работал здесь дворником. И работал не по надобности, а по собственному желанию, что его ничуть не огорчало, а наоборот казалось занятным. И всё же сменив среду, он стал чувствовать себя куда лучше и привычнее. Оказался в родной стихии, на своем обычном месте.
Настя вышла из подъезда и, осмотревшись, пошла к машине. То, что идущая девушка являлась Настей, говорило темно-фиолетовое пальто, в остальном её трудно было узнать. Неземной красоты волосы были собраны в достойную их прическу. Из-под полупальто выглядывал подол лазоревого вечернего платья. Лицо искусно подчеркнутое минимальным количеством косметики выглядело воодушевленным и живым, выдавая нотки предпраздничного доброго волнения.
Она легко бежала в летних туфельках, едва касаясь земли, и казалось, не замечая утреннего холода конца октября.
Жене она представилась в этот миг воплощением совершенной красоты, изящества, достоинства. Опомнился он лишь, когда его небесное совершенство пролетело мимо и поспешило куда-то прочь.
Не справляясь с возникшим изумлением, он быстро вылез из машины и окликнул Настю. Та обернулась и, казалось, выглядела не намного удивленнее его самого.
 
Женя извинился, что приехал раньше, чем договорились и открыл перед девушкой дверцу машины.
- А что это? – недоверчиво обводя взглядом машину, спросила Анастасия.
Жене понадобилось мгновение, чтобы осмыслить вопрос.
- Автомобиль я взял в аренду, - пояснил он. – Нам надо же как-то добраться до Чехова. Хорошо, что я был там и дорогу знаю, надеюсь не заблудимся.
- Я тоже надеюсь, - напряженно произнесла Настя, всё еще медля опуститься в кресло. – Вообще я собиралась ехать на электричке.