Это война, братишка (СИ)

Я посмотрел в другой конец комнаты, туда, где сидела Камила. С ней говорила Реджина, близкая подруга Оливии. Вид у сестрёнки был уставший и скучающий. Видимо, она уже утомилась от общества. Позади неё подпирал стену футболист: он хоть и стоял в компании Джесс, но изучал профиль моей заразы. Я был спокоен только потому, что уверен: Камила не станет встречаться с таким, как Дастин.
Брайан вернулся с тарелкой и длинной десертной ложкой: он сел на своё место и повернулся к соседке слева. Девушка с тёмно-каштановыми волосами и веснушками на лице покатилась со смеху. Аудитория поддержала ребят аплодисментами. Брайан держал тарелку руками, а ложку ухватил за кончик зубами. Кое-как извернулся и зачерпнул кусочек торта. Теперь предстояло попасть девушке в рот. Впрочем, ребята неплохо справлялись, но сам вид чувака с ложкой в зубах и девчонки с раскрытым ртом уже смешил народ. Конкурс закончился тремя оброненными кусками торта на колени девушки и нашими дружными хлопками.
Следующий водил Брайан, то есть выпавший фант. Он сел на место Оливии и закрыл глаза.
– Этот фант… если мальчик, должен выбрать девочку, положить её на пол и отжаться над ней десять раз. Если девочка, должна положить мальчика на пол и присесть над ним также десять раз!
Толпа взорвалась хохотом. Я улыбнулся и пошёл выбирать девочку. Фиолетовый карандаш – мой фант. Я вышел в центр и сделал вид, что глубоко и серьёзно задумался, осматривая претенденток. Ну, я, правда, размышлял недолго, но соблазн был слишком велик.
Камила недоумённо выгнула бровь, когда я направился к ней. Она что, правда, даже не думала, что я могу выбрать её? Глупая девчонка…
– Пойдём отжиматься, мой бледнолицый брат, – усмехнулся, протягивая ей руку. Нас поддержали восторженными возгласами и хлопками.
– Только упади на меня и останешься без ужина, – пригрозила зараза, укладываясь на пол. Я следил, чтобы её платье не задиралось. Ох, это будет круто!
Камила легла и судорожно выдохнула. Она что, волнуется? Думает, я отжаться не смогу?
Расставил руки по бокам от её головы и убедился, что наши лица находятся друг напротив друга. Брайан отдал команду, и начался дружный отсчёт.
– Десять!.. – я наклоняюсь и замираю, выдыхая сестрёнке в губы: она задерживает дыхание. Ухмыляюсь и – в исходное положение.
– Девять!.. – снова опускаюсь и показываю Камиле язык: она пытается сдержать удивление и смех.
– Восемь!.. – опускаюсь и скашиваю глаза. Мне нравится её смех.
– Семь!.. – я снова рядом с манящими губами: улыбнулся и подмигнул. Глаза Камилы волнительно взволнованно поблёскивают. Не знал бы Камилы, решил бы, что она возбуждена нашей близостью.
– Шесть!.. – опускаюсь и целую Камилу в лоб под дружный смех ребят.
– Пять!.. – поцелуй в щёку.
– Четыре!.. – в другую щёку. Глаза Камилы всё больше, а мне всё веселее. Адреналин разливается в крови и требует продолжения. Чёрт! Так я готов вечность отжиматься.
– Три!.. – поцелуй в нос.
– Два!.. – поцелуй в подбородок…
– Один!.. – наклоняюсь очень медленно, гипнотизируя небесно-голубые глаза. Она облизывает губы, и я чуть не кончил в штаны. Все ждут, затаив дыхание.
Я соприкасаюсь нашими лбами, губы разделяет пара миллиметров, я чувствую её мягкое дыхание.
– С тебя ужин. Зараза, – шепчу и резко облизываю кончик её носа.
– Фу-у-у!.. – гудит и смеётся толпа. Я уже на ногах и протягиваю Камиле руку, которая морщится и вытирает нос. Меня буквально трясёт: на ватных ногах иду на место Брайана. Всё как в тумане. Тут до меня доходит, что поцелуй я её сейчас, назад пути не будет. Я на краю, чёрт возьми! На очень опасном краю, балансирую на одной ноге, а в руках у меня по гантеле: очень сложно устоять.
Руки всё ещё подрагивают, и я достаю из коробки карандаш.
– Этот фант… – мой голос хрипит от возбуждения. Прочистил горло. – Этот фант должен ручкой написать пять комплиментов на груди понравившейся девушки, - произнес, не задумываясь, потому что все мысли кружили вокруг одной голубоглазой заразы.
Повернулся и нашел её взглядом. Камила уставилась куда-то невидящим взором. Почувствовав мой взгляд, она повернулась, сразу же язвительно скривилась и показала язык. Я усмехнулся. Ну вот, вроде всё как было раньше. Я надеюсь на это…
 
От стены отлепился Дастин, благодарно мне поклонился… Говнюк! Взял у Оливии ручку и пошёл, ну конечно!.. билять, куда этот упырь мог ещё пойти? Я сижу и улыбаюсь, в то время как мне хочется снять с футболиста штаны и написать у него на заднице, какой он мудила и чтобы держался подальше от моей Камилы.
Сестрица удивлённо закатывает глаза и со вздохом опускает верхний край платья ровно настолько, чтобы можно было что-то написать.
– Это тоже грудь, – невозмутимо говорит она, показывая на грудную клетку. Дастин иронично хмыкает и принимается писать, трогая Камилу и дыша ей… в грудь. И какой лопух придумал такое идиотское задание?
Задание заканчивается, и я иду на кухню, чтобы вздохнуть и попить. Дастин становится ведущим. Я включаю кондиционер и нахожу газировку. В горле пересохло, напряжение медленно проходило, оставляя после себя опустошение. Сел на табуретку и уставился в окно. Хотелось забрать Камилу и уехать домой. Положить её спать, а самому завалиться рядом, как вчерашней ночью. Фак! Я согласен даже на просто поспать.
– Скучаешь? – раздался знакомый голос. Вот только её сейчас не хватало.
– Отдыхаю, – ответил, повернувшись к Джесс. Девушка лениво подпирала дверной косяк.
– Может, выпьем чего покрепче? – предложила она, держа в руках стакан бренди со льдом.
– Нет, спасибо. Мне Камилу домой везти, да и неохота.
– Как запись альбома? Когда турне? Твоя девушка уже знает, что ты бросишь её на год, пока будешь колесить по миру и покорять сердца девчонок?
Мысленно я представил, как выливаю газировку на красивое платье Джесс, но вместо этого поднялся и молча вышел, даже не потрудившись что-то ответить. Настроение испортилось. В гостиной царило веселье. Какой-то парень балансировал на кофейном столике, держа на лбу стакан с водой. Наконец, он упал, вода вылилась на бедолагу, и все рассмеялись.
– Этот фант… если девчонка, танцует на коленях Макса Градова, если парень – танцует на коленях у Оливии.
Я усмехнулся. Забавный парень. Моё сердце замерло, когда с виноватой улыбкой поднялась Камила и, разведя руками: мол, извини, братишка, – направилась ко мне. Звёзды сегодня ко мне благосклонны. Быстро пересел на стул и похлопал себя по коленям, приглашая на танец.
Мич, гад такой, взял гитару, чтобы подыграть нам.
– Руками не трогать, – предупредила сестрёнка, поворачиваясь ко мне задом.
– Этого в условии не было, – парирую я, улыбаясь.
Она садится мне на колени, и мне требуется вся моя выдержка, чтобы сдержать стон. Мой товарищ воспрял духом и поднял голову вверх. М-да…
Мич начинает играть что-то на техасский манер. Камила двигается не очень изящно, стараясь отдавить мне ноги, но это абсолютно не важно. Её попа трётся о мой возбуждённый член, тепло её кожи чувствую даже через джинсы, а запах её тела и волос окутывает меня и берёт в плен. Закрываю глаза от удовольствия и просто наслаждаюсь.
– Совсем обнаглел? – сердито шипит сестрёнка, повернувшись ко мне.
Мои руки лежат на её бердах, а я сам прижимаюсь к её спине, зарывшись лицом в волосы.
– Прости. Я, кажется, заснул. Ты такая уютная, – отшучиваюсь и отстраняюсь. Моё лицо пылает огнём, даже кончики ушей. Мне нужно в душ.
Музыка стихает и Камила сразу встаёт, поправляя платье: её лицо напоминает моё. Невольно усмехаюсь. Камила сердито идёт на место ведущего и хватает первый попавшийся карандаш.
– Этот фант отвесит Максу Градову пинка, – громко произносит мелкая и поворачивается.
Мич откладывает гитару.
– Извини, друг. Ничего личного, – произносит он и показывает пальцем, чтобы я повернулся.
Ну, Камила! Ну, зараза!
  
11.
 
Глава одиннадцатая