Это война, братишка (СИ)

Всю ночь мне было тепло, уютно и не покидало ощущение, что я держу в руках котёнка. Проснулся от чьего-то пристального взгляда. Прежде чем открыть глаза, прислушался к ощущениям. Ага… значит, не ушёл и сейчас обнимаю Камилу, которая злобно пыхтит.
Приоткрыл один глаз и улыбнулся раскрасневшейся сестрёнке. Мои руки вокруг её талии, её руки упираются мне в грудь, и от неё просто чертовски вкусно пахнет!
– Ты сбрендил? – голос малышки, хриплый ото сна, действует как электрошок. Выпускаю её и сажусь.
– Привык обнимать Мича во сне, а он так и не пришел. Я, кстати, лунатик, - насмешливо бросил и поднялся, стараясь на девчонку не смотреть. В своей детской пижаме, скрывающей абсолютно всё, она невероятно сексуальна. О-о! Мне просто нужно с кем-то перепихнуться.
– Ты не лунатик, – нервно хмыкнула сестрёнка. – Ты дебил! Я замок на дверь повешу. Амбарный! – Милка забавно злится, подрывается и уходит.
Усмехнулся и пошел к себе.
***
День проходит муторно. Мич явился к девяти и сразу завалился спать. Я сел за написание текстов, учебу и уборку комнаты. Не люблю срач и другу не позволяю его разводить. Хотя Мич очень даже чистоплотен.
Камила приготовила обед и куда-то свалила. Даже не сказала куда. Зараза. Порывался позвонить ей раз пятнадцать, но так и не придумал подходящий повод. Главное, чтобы ни во что не вляпалась и ума хватило в случае чего позвонить или смс скинуть.
– Где была? – слишком строго спрашиваю, стоит ей появиться. Камила слегка опешила, но быстро взяла себя в руки.
– Бегала, – усмехнулась зараза. – Не вижу на тебе фартука и прихваток, – издевается она.
Мне совсем не смешно, потому что я волновался. Замечаю на полу пакет из магазина и немного успокаиваюсь. Скейт катится под тумбочку, оставляя песочные следы.
– Я всё уберу, – спешит заверить сообразительная сестренка.
– Есть будешь? – спрашиваю и ставлю тарелку супа в микроволновку.
– Ага. Сейчас, только руки помою, – девушка вытаскивает из пакета молоко и фрукты, остальное несёт в комнату. Я замечаю пакет из аптеки и настораживаюсь.
Быстро нарезаю салат, достаю сметану и хлеб. Всё так по-домашнему уютно, что я даже офигеваю. Камила моет руки на кухне и садится.
– Зачем в аптеку ходила? – непринуждённо спрашиваю и начинаю есть.
– За надом, – тем же тоном отвечает мелкая и тоже ест.
– Ты заболела?
Ложка замирает в руках Милы, и она удивлённо смотрит на меня.
– Да. Месячные. Знаешь такую болезнь? – ржёт эта гадина, и я начинаю смеяться вместе с ней.
– Хочешь, останемся дома, ну, если у тебя там… живот болит, – внезапно предлагаю. Я предлагаю! Какой кошмар.
– Поэтому я и ходила в аптеку. У меня но-шпа закончилась. Я бы с радостью осталась дома. Одна, – настойчиво произносит Камила.
Внутри рождается протест.
– Нет. Ты же купила но-шпу. Просто пить не будешь и всё, – произношу, довольный собой. Вот и повод нашёлся запретить мелкой пить.
– Ты чудовище, – Камила насмешливо фыркает, и остаток обеда проходит в тишине.
Посуду мою сам, потому что мелкая готовила, а она идет в зал и включает Дискавери. Разве может быть столько совпадений? Нет, мы, конечно, разные… или нет? Я уже сам запутался.
Иду к себе и сажусь за гитару. Пытаюсь разобрать новую мелодию, что набросал Мич, но в середине что-то не ладится. Я проигрываю акт по третьему кругу, но всё время спотыкаюсь, и слова песни накладываются плохо.
– Дай сюда, – в комнату влетают сердитая Камила, хватает нотную тетрадь и карандаш. – Трень-брень, сколько можно?! Просто. Замени. Три. Ноты! – отрывисто произносит, что-то черкая, и ставит жирную точку. Возвращает мне тетрадь и уходит.
Смотрю в тетрадь, хмыкаю и проигрываю мелодию с первого раза. Фантастика!
– «Мне не нужны крылья, чтобы взлететь,
У меня есть мечта и вера, что ведут вперед.
Мне не страшна темнота, у меня есть свет,
Что горит в сердце и не дает сбиться с пути…»
– Лучше не переводить.
Поднимаю взгляд и вижу в дверях притихшую Камилу.
– Но на английском звучит круто. Девчонки, наверное, писаются кипятком, - усмехается она, и я понимаю, что ей нравится песня.
 
– Спасибо, – благодарю и откладываю гитару.
– Спасибо, что исправила мелодию, а то я никак не мог понять, в чём дело, – подаёт голос заспанный Мич. Мы усмехаемся. – Во сколько выходим?
– Через полтора часа, – отвечаю, посмотрев на часы.
– Тогда я пошла собираться, – Камила разворачивается и уходит. Я лезу в шкаф.
Мы с Мичем готовы и ждём Камилу на улице возле машины. Друг курит, я кручу брелок. Девушка появляется неожиданно, хоть мы и ждали. Не сразу узнаю её и роняю брелок. На девчонке светло-фиалковое платье с ленточкой под грудью. Оно свободное, длиной до колена, но невероятно ей идет. Она словно куколка, а черные аккуратные туфельки завершают образ. На руке красивый браслет в тон платью и чёрный клатч. Фак! Мне тоже придётся не пить, чтобы отгонять от неё мудаков. Уже жалею, что взял с собой. Блин…
Камила
– Готова? – слегка осипшим голосом спросил Макс, оглядывая меня, и сглотнул. Мич удивлённо вскинул брови.
– Ого! Мелкая, – он улыбнулся и открыл мне дверь. Макс, кажется, совсем растерялся.
Благодарно кивнула Мичу и повернулась к Максу.
– Ключи, – произнесла не менее хриплым голосом. Макс просто невероятно выглядел в этой клетчатой рубашке поверх белой майки и в крутых потертых джинсах. Он излучал секс, его так и хотелось… о, божечки! Это я думаю?!
Макс моргнул и поднял с земли брелок.
– Отлично выглядишь, – быстро бросил он и сел за руль.
Сразу отвернулась к окну, находясь в шоке от собственных мыслей и желаний. В голове плыл сладкий туман, кожа покрылась мурашками, и мне пришлось пару раз встряхнуть головой. Вот так ёжика накрыло! Вот и дружи с братьями после этого. Я ещё от совместно проведённой ночи не отошла, а тут вечер… начался неожиданно волнительно. Что делать-то? Куда бежать, кому отдаться? Сделать вид, что ничего не произошло, держаться от Макса подальше? Подложить ему змею или действительно побрить его ночью, чтобы вообще желание отвалилось в мою комнату заходить?
– Там будет много народа, – немного взволновано произнес Макс, глядя на меня в зеркало заднего вида. Притворно бодро улыбнулась и показала язык, стараясь скрыть своё безумное состояние. – Держись рядом, ничего не пей, без спроса не ешь и…
– Может, мне и в туалет с тобой ходить? – иронично выгнула бровь.
– Отличная мысль, – вполне серьёзно отозвался брат. Закатила глаза и отвернулась. Ладони вспотели, и я стала потирать руки.
– Долго мы там пробудем? – спросила, стараясь быть непринуждённой. Вроде я немного успокоилась, но осадок остался. Это было похоже на вспышку молнии: внезапно, громко и ярко.
– Часов до двух ночи. Мы с Мичем подписались спеть для гостей Оливии, – Макс снова был собран и невозмутим. На лицо вернулась лукавая мальчишеская улыбка, от которой, я уверена, все девчонки мочатся в трусишки и томно вздыхают.
– Наверняка будут её сокурсницы с универа и те горячие штучки из группы поддержки, – вмешался Мич, коварно улыбаясь. Парень тоже выглядел круто и дерзко. У него чертовски офигенные глаза, а этот пирсинг в брови делает ещё привлекательнее, только при взгляде на него меня током не бьёт и ручонки не потеют.
– Помнишь ту жгучую брюнетку с синими линзами? Джесс, кажется. Оливия сказала, она тоже придёт. Помнится, девчонка сильно на тебя запала, – Мич усмехнулся, глядя на Макса.
Брат скупо улыбнулся, я бы даже сказала раздражённо.
– И что? Не такая уж она и жгучая, – равнодушно отмахнулся он. Мич удивлённо вскинул бровь, но промолчал.
Мы приехали в центр к двухэтажному таунхаусу, что светился неоновыми огнями. Гремела музыка, на крыше гулял народ, судя по всему, там есть на чём посидеть и что выпить.
– Ого, – тихо присвистнула и выбралась с помощью Мича.