Это война, братишка (СИ)

Мама тихо смеется.
– Ну хоть не убили друг друга, и то хорошо. Как учеба?
– Никак, не началась ещё, я же говорила. Появились знакомые, в субботу в парк пойду кататься. А вы как?
– Ты без Максима не ходила бы. Мало ли, разобьёшься, – осторожно произносит мама. Я начинаю злиться. Куда ни плюнь, попадешь в Максима.
– А с Максимом я не разобьюсь?
– Он сможет помочь, – настаивает мама.
Корчу рожу и выдыхаю.
– Ладно, мне пора. Спать. Олегу привет.
– Передам. Люблю тебя.
– А я тебя, – улыбаюсь.
Кладу трубку и ложусь спать, чувствуя странное опустошение.
  
7.
 
Глава седьмая
Камила
Утро начинается странно. Хотя бы потому, что затекло всё тело и чувствую себя замороженной камбалой. Открываю глаза и ничего не понимаю. Лежу на спине, руки вдоль туловища, ноги ровно, и я не могу пошевелиться. Только пальцы двигаются, и голова.
Сначала сильно пугаюсь: думаю, меня парализовало. Пытаюсь вертеться или подняться, ничего не выходит. Но тело я всё-таки чувствую, когда напрягаю, и это немного успокаивает. Я накрыта одеялом и не могу увидеть, что является причиной моего паралича. Стараюсь не поддаваться панике, хотя мне страшно. Сглатываю и зову Макса.
Брат приходит незамедлительно: голый по пояс, с полотенцем на плече. Бодрый, свежий и отдохнувший. Он улыбается во весь рот и садится у меня в ногах, очень довольный собой.
– Я не могу пошевелиться, – растерянно шепчу.
– Я знаю, – спокойно произносит гад. – Видишь ли, дорогая моя зараза, ты пришита.
– Что? Как так, пришита? – хватаю воздух, пытаясь дернуться.
– Так. Белыми нитками. Но тебе должно быть приятно: рядом с тобой полночи сидел чертовски очаровательный я, – ржет эта сволочь.
– Какой же ты идиот! – выкрикиваю, приподняв голову. – Я ещё волновалась за тебя: пить принесла, каждые полчаса заглядывала… – вырвалось непроизвольно. Макс на мгновение стал серьёзным.
– Ты волновалась? – чуть сиплым голосом спросил, гипнотизируя зеленым взглядом.
– Нет, бля! – безумно злюсь на этого говнюка. – Я проверяла, не пора ли звонить в бюро ритуальных услуг. А то, знаешь ли, трупы имеют свойство вонять!
Макс усмехается и треплет меня по голове, пытаюсь его укусить хотя бы. Не выходит.
– Ладно, зубастая моя, – хохочет гад. – Мне нужно услышать от тебя два положительных ответа, и ты свободна.
Подавилась от возмущения, но всё же спросила:
– Вопросы озвучь для начала, умник.
Макс сделал вид, что задумался, и потер подбородок. Как дала бы ему… по голове.
– А ты знаешь, я их уже озвучивал. Предложения всё те же: субботу и воскресенье ты проводишь со мной.
Сильно удивляюсь его наглости, но также испуганно отмечаю, что мне это нравится. Нравится, что он настаивает, и не могу отрицать, что сама хочу пойти. Дело дрянь.
– Нет! – возмущенно кричу. – Шантаж! Это низко! Отец бы тебе шею намылил за такое.
Макс кривит губы.
– Отец бы меня похвалил, – невозмутимо отвечает. – Ты думаешь, как он до генерала дослужился? В армии нет честных людей.
Черт! Аргумент, однако.
– Ну, ты подумай, а я пока на репетицию поеду. Вернусь в семь, – насмешливо произносит Макс и уходит. Растерянно смотрю ему вслед и понимаю, что до вечера не доживу. Безумно хочу в туалет.
– Макс! Ма-акс! Вернись, козёл, я всё прощу! – истошно ору и смеюсь одновременно. Вот гад, всю ночь шил сидел! Изверг!
– Передумала, – в дверь просунулась голова. Брат был уже полностью одетый, значит, и правда собрался меня оставить в таком положении.
Сглотнула и выдохнула.
– Я пойду с тобой… – недовольно бурчу.
Макс улыбается и достает из кармана ножницы.
– Точно? – спрашивает. – И в субботу и в воскресенье?
Я киваю.
– Учти, обманешь… пожалеешь, – шепчет очень близко с моими губами. Резко садится и откидывает одеяло.
– О, напрудила! – усмехается гад. Возмущенно округляю глаза. – Да, ладно, шучу я. Сейчас освободим тебя, Вилли.
 
Поворачиваю голову, устало выдохнув, а перед глазами сочные губы брата… плохо. Очень плохо.
Максим
Репетиции сегодня нет, но есть занятия в музыкальной школе, точнее, они уже давно есть – меня на них нет…
Прохожу музыкальный класс, вокальный, студию, стойку администратора и заворачиваю в деканат. Осторожно стучу и просачиваюсь в кабинет. Декан отрывается от бумаг и смотрит на меня свозь стекла красивых очков.
– Доброе утро, мисс Гарнет, – улыбаюсь, как чеширский кот, и жестом фокусника достаю из-за спины букет маленьких, красивых цветов в оранжевой бумаге. – Это вам, под цвет платья, – сочиняю на ходу, но говорю искренне. Пожалуй, это единственная женщина, которой я готов дарить цветы хоть каждый день.
– Спасибо, – улыбается декан и качает головой, принимая букет.
– Макс. Магистратура. Занятий и так мало, постарайся появляться чаще одного раза в неделю, – с упреком говорит женщина.
– Я очень стараюсь, – делаю невинные глаза и достаю три билета на новый мюзикл с моим участием. – Я же сдаю все зачеты и на отчетные концерты являюсь, потерпите меня ещё немного, – говорю и подталкиваю к ней билеты.
– Если бы не сдавал, я бы с тобой вообще не говорила, – произносит мисс Гарнет и убирает билеты в ящик. – На занятия останешься? – спрашивает, изогнув бровь.
Радостно киваю.
– Хорошо, – женщина поднимается и берет вазу. – Шестнадцатого сентября комиссия, – сообщает она.
– Понял. Обязательно явлюсь, – поднимаюсь и вежливо откланиваюсь.
– Да, уж постарайся, – смеется женщина, и я скрываюсь в коридоре.
Зависаю у расписания в поисках своей группы. Ага, нашел. Сольфеджио.
– Отлично, – разворачиваюсь и практически врезаюсь в мою сокурсницу.
– Привет, – улыбается девушка и смущено оправляет белую блузку.
– Привет! – отсалютовал и хотел уже свалить, как меня удержали за руку. Упс…
– Макс, я слышала ты тоже идешь к Оливии, – начала Сесиль, заправляя каштановые пряди волос за уши.
– Это логично, – улыбаюсь я. – Мы ведь работаем вместе.
– Да, – запинается девушка и смотрит на меня своими зелеными глазами, а внутри ничего. Ничего даже не шевелится. Мне не терпится уйти. – Я хотела предложить тебе пойти вместе.
Вопросительно выгибаю бровь.
– Как пара, – поясняет девушка. О, как это не вовремя!
– Сесиль, – я трогаю её за руку и виновато улыбаюсь. – Ты хорошая девчонка, но я иду с другой. Да и какой в этом смысл – идти вместе, если всё равно там встретимся, – стараюсь сгладить неловкую ситуацию. Мне совсем не хочется обижать девушку.
– Оливия сказала, ты идешь с сестрой, – хмурится она.
Я выдыхаю, натянуто улыбаясь. Вот кто эту… диву за язык тянул? Теперь мне совсем не хочется, чтобы все знали, что Кам – моя сестра, и относились к ней соответствующе.
– Да, и я полночи шил, чтобы она согласилась, – весело улыбаюсь, вспоминая смешную и растерянную Камилу. «Я не могу пошевелиться», – такая трогательная была в тот момент и беззащитная. Мне даже расхотелось её освобождать. – Извини, – передергиваю плечами и ухожу.
Камила
– В общем не получается у меня завтра с вами в парк пойти, – огорченно произношу, но в глубине души понимаю, что несильно расстроена. Это злит меня. Что бы я себе там ни твердила, знаю: в Максима просто влюбиться, как два пальца об асфальт, чёрт возьми! Он веселый, как клоун, сбежавший с арены цирка, озорной, как пудель Артемон, и вообще, чертовски привлекательный, как «Хуго Босс». Правда, также я знаю, что девушек он не особо ценит, постоянно купаясь в женском внимании. И это не пустой вывод, основанный ни на чем. За три года у него не было ни одной постоянной девушки. В журналах нет ни слова о том, что Максим Градов, солист «Парадис», хоть раз за кем-то серьезно ухаживал и что ухаживал вообще. Одно время его подозревали в гомосексуализме. Да и вообще, о чем я только думаю, он же мой брат!