Рукав Ориона (СИ)

Башар Азис встал за спиной Аль-Ахди и направил на сержанта зажатый в руке пистолет.
— Зачем это? — поморщился Волков, поправляя полотенце, чтобы случайно не раскрыть перед Аль-Ахди и его спутником все свои «карты» — Пусть уберет. Нервирует.
— А меня наоборот успокаивает. — сказал Аль-Ахди.
Секретарь пристально смотрел на Волкова. Он взялся за мизинец на своей левой руке и, вывернув его, щелкнул суставом. Затем взялся за безымянный палец и сделал тоже самое.
— Пока вы разминаетесь… — начал говорить Волков. — Хочу сказать вам что… Я знал. С самого начала. Как только ваши глазки хитрожопые увидел, сразу понял. Еще раньше, как только ваше имя услышал от Дринквотера, я знал, что без вас здесь не обошлось. Признаю, меня сбила с толку ваша подпись на документах этого идиота с пистолетом и его дружка, что сейчас отдыхает в морге. Не мог представить, что вы будете вот так все делать. В лоб.
— Я понял сержант, вы очень проницательны. — усмехнулся Аль-Ахди. — Позвольте спросить, а что конкретно вы знали?
— Что вы… — уверенно начал Волков, но запнулся.
— Что я? — с насмешкой посмотрел на него Аль-Ахди.
— Вы член Млечных братьев. — сказал сержант, уже понимая, что его предположение ошибочно.
— Нет, сержант. — подтвердил догадку Волкова секретарь СРИ. — Братья лишь инструмент в наших руках. Один из многих. Когда Санти Миколло организовал свое движение, мы увидели в нем потенциал и взяли под контроль. Вы должны понимать, сержант, что в Союзе, такая организация не смогла бы просуществовать хоть сколько-то долго, без посторонней помощи.
— СРИ тайно управляло Млечными братьями? — не без удивления спросил Волков.
Аль-Ахди довольно кивнул.
— Получается, попытка убийства канцлера — это ваша идея?
По изменившемуся лицу Аль-Ахди, Волков понял, что не угадал. Он не стал дожидаться ответа и сразу задал следующий вопрос:
— Иеремия Бентам действовал по вашему указанию? — интонации которые использовал сержант были твердыми и уверенными, как будто он проводил допрос секретаря, а не сидел в одном полотенце под дулом пистолета. — Какие цели вы перед ним ставили?
— Чтобы объяснить вам, посреди чего вы оказались, сержант, мне придется начать издалека. — начал говорить Аль-Ахди. — Не сочтите только, что я заразился от Ливси его любовью к лекциям по истории, здесь это действительно необходимо.
— Могу я одеться? — спросил Волков. — Зябко.
— ПотЕрпите! — грубо ответил ему Аль-Ахди. — Итак. Союз не первый случай в истории человечества, когда ему удалось объединится. Строго говоря, Союз вообще не такой случай, вы поймете, о чем я. Когда люди покинули землю они были действительно едины. Их объединял не страх перед неведомыми Андромами, в существовании которых я не уверен, а желания распространить разум во вселенной. Именно такую цель они ставили перед собой. Но вскоре столкнулись с непреодолимым, как им тогда казалось, противоречием. Часть людей, чьими потомками мы с вами являемся, сержант, сочли, что лучший способ распространение разумной жизни во вселенной, это заселение людьми всех планет и спутников. Они начали тераформировать миры, до которых смогли добраться, попутно уничтожая успевшую зародиться в них жизнь. Другая часть человечества пошла иным путем. Они стали изменять себя. Подстраивали свои тела под условия в этих мирах. Для них не имело значения, что созданные ими в лаборатории организмы уже не могли называться людьми. Важно было то, что это была жизнь, она была разумной, и главное, могла развиваться отдельно от остальных, а значит это развитие могло привести к чему-то новому. Чему-то уникальному.
— Не вижу в этом проблемы. — задумчиво сказал Волков. — Вселенная огромна. Места хватит всем.
— Они тоже так решили. — кивнул Аль-Ахди. — Просто разошлись по углам и не пересекались друг с другом сотни лет. А потом появился Союз, которому для существования нужен был враг. Андромы какое-то время выполняли эту функцию, но сложно мотивировать людей угрозой, ждать которую миллиарды лет. К счастью для канцлера и империи, которую он построил, человечество, впервые в своей истории, столкнулось с другими представителями разумной жизни.
 
— Вы хотите сказать, что инопланетяне, Тритонцы и остальные, с которыми мы воюем — это генномодифицированые люди? — опешил Волков.
— Строго говоря, они не люди. Но да, вы правильно меня поняли. — ответил Аль-Ахди. — Это самая охраняемая тайна в Союзе, сержант. Об этом не знают ни военные ни Млечные братья. Никто.
— Как можно скрыть подобное? — прошептал Волков.
— Теперь вы понимаете, почему мы должны положить этому конец? — Аль-Ахди подался вперед. — Иеремия был выбран мной, не для того чтобы убить канцлера. Он должен был возглавить восстание. Захватить корабль! У нас все было продуманно, но после неудачи на «Конкордии»…
— Так, ну ка поподробнее. — оживился Волков. — О какой неудаче речь?
Аль-Ахди откинулся в кресле и закинул ногу на ногу.
— «Конкордию» не уничтожали Тритонцы. — сказал он. — Корабль был уничтожен в результате неудачной попытки переворота. Сынок Миколло, отравленный рассуждениями отца о ценности жизни, не смог смириться с тем, что Млечные братья отказались от своих идеалов и собираются пролить кровь. Сдал их адмиралу Раджани. Млечные братья на «Конкордии» не успели получить свою партию стимуляторов, но сражались достойно. То, что корабль в итоге был уничтожен — лучший из возможных исходов для нас. Мне удалось скрыть информацию о том, что на самом деле произошло, это оставляло нам шансы на итоговый успех. Но тут, канцлер решил наведаться на «Бристоль». Вы видели на что способна Джейд Эйт, сержант? В свите канцлера таких как она десятки, может сотни. Мы не сможем захватить «Бристоль» с офицерами СБК на борту.
— Зачем вы мне все это рассказываете? — спросил Волков.
— Мне нужна ваша помощь, сержант. — признался Аль-Ахди. — Человечеству нужна ваша помощь. Канцлер прибудет на корабль послезавтра. Мы должны захватить его раньше.
— И что? Вам только меня для этого не хватает? — рассмеялся Волков. — Кто я по-вашему?
— По-моему вы человек думающий. Вы понимаете, то как мы живем, то что мы делаем — неправильно. Нам пришла пора меняться.
— Допустим. — хмыкнул Волков. — Но что конкретно вы от меня хотите?
— СБК конфисковала партию Дубль Си и хранит её у себя на корабле. Вы, насколько я понимаю, по-прежнему формально работаете на них. Я хочу, чтобы вы достали Дубль Си и передали мне.
— Нет. — коротко ответил Волков.
— Вы не слышали, что я вам только что рассказал?! — разозлился Аль-Ахди.
— Слышал. Но смотрю я на вас и не вижу перед собой ни революционера, ни борца за справедливость. — сказал Волков. — Вы просто очередной ублюдок, который хочет дорваться до власти! Я не стану помогать вам в этом.
Аль-Ахди тяжело вздохнул и задумчиво почесал подбородок.
— Честно, я не хотел доводить до этого. — с грустью в голосе сказал он.
— Убивать будете? — спросил Волков, кивнув на Башара Азиса, который так и не опустил пистолет, направленный на сержанта.
— Буду. Но не вас. — ответил Аль-Ахди. — Стефф Митчелл связывалась с вами сегодня?
Волков напрягся.
— Причем тут Стефф? — осторожно спросил он.
— Стефф должна была сказать вам, что её заперли с милой старушкой, которая готовит её к встрече с канцлером. Эта милая старушка, перережет славной Стефф Митчелл горло, если вы не добудете мне Дубль Си, сержант.
Волков сжал в руках полотенце, костяшки на руках побелели, дыхание стало частым, воздух вылетал изо рта с хрипом.
— Ах ты тварь! — протянул Волков. — Злобная мелочная тварь. Как я достану Дубль Си с корабля Джейд Эйт, идиот?! Меня расстреляют на месте, как только я попытаюсь проникнуть в их хранилище!
— У меня есть план. — самодовольно сказал Аль-Ахди.
Волков презрительно рассмеялся ему в лицо.
— Прости, но твои планы полное дерьмо! — сказал он. — Дубль Си конфисковали, только потому, что ты указал Джейд Эйт на доктора Миколло, в том планшете, что передал нам.