Столкновение (СИ)

По всему телу накатывала волна боли, она была едва заметной, будто укрыли простынею, девушка попыталась открыть глаза и не смогла, что— то мешало, а еще было сложно дышать, очень. Боль начала усиливаться, казалось, что вдоль всего позвоночника от шейного позвонка до крестца, и захотелось пить. Стало жарко, и девушка почувствовала жар внизу живота, жар перешел в возбуждение, сквозь утихавшую боль она чувствовала чьи— то руки, которые ласкали ее, заставляя чугунное тело выгибаться дугой, от чего боль на мгновение утихала и снова возвращалась.
— Тссс…. Тихо— тихо моя принцесса, — раздался шепот, и Кира расслабилась, сквозь собственное дыхание она слышала какую— то мелодию.
Кира пыталась понять откуда идет звук, ее любимой мелодии из сериала «Элен и ребята», и тут она поняла, что уснула с телефоном в руке, который сейчас нещадно вибрировал, проведя пальцем по экрану, который заставил на доли секунд ее зажмуриться, она увидел имя «Захарий», и это разбудило ее окончательно.
— Алло, — прошептала девушка, в глубине души очень обрадованная звонком.
— Принцесса, ты спишь?
— Спала, — хмыкнула Кира, и приподнявшись на локтях, посмотрела в сторону брата, который явно не помещался, но ее маленьком диване— кресле. — Секунду.
Девушка аккуратно тихо встала, но почувствовала легкое жжение в ступне, понимая, что нога за короткий сон онемела, это всегда плохо, и это ее вина, нужно разминать ногу регулярно, девушка потянулась к костылю, тихонько, насколько это возможно встала, придерживая ухом трубку.
— Я на кухню выйду, подожди. — прошептала Кира.
— Ты чего в своей квартире прячешься? Ты не одна? — в голосе Захара почувствовалось напряжение.
— А тебя это удивляет, — хмыкнула Кира. — Я, между прочим, пользуюсь популярностью.
— У кого это? — послышался уже расслабленный голос парня и Кира вздохнула.
— У парней, лопух. — сказала девушка и тут же добавила. — Спасибо, что позвонил.
— Прости, — в этом ответе была некая едва ощутимая боль. — Я должен был сделать это раньше, но я же лопух.
— Я в курсе, — Кира села аккуратно на стул напротив окна и поставив локоть на подоконник улыбнулась своему отражению в окне.
— Но…Понимаешь, я слишком дорожу тобой и дружбой, чтобы испортить все.
— Ты не испортил ничего. Но, да, нам лучше дружить. — нарочито шутливо продолжила Кира. — Я слишком красива, и ты бы вечно ревновал, к тому же я не готова спать в кровати, где вместо подушки будет лежать мотор от очередного железного крокодила.
— Очень смешно. — послышался какой— то шелест, и через пару секунд щелчок зажигалки. — Серьезно, Кир, прости.
— Ты так извиняешься будто лишил меня девственности. — Серьезно сказала девушка, пытаясь свести все к шуткам, догадываясь как Заку сложно. — Все нормально, если вспомнить Наташу, то это было делом времени.
— Мда, — парень выдохнул дым. — Так кто у тебя в квартире? Рыжая? Парень?
— Парень, — хмыкнула Кира. — Это мой брат, сбежавший из института на вольные хлеба.
— Чего это он?
— Ну… это сложно, родители хотели ему пристойную профессию. — Девушка вздохнула, и окно немного запотело, не думая, она нарисовала пальчиком в нем сердечко.
— Это какую? Мастер бровист? — в голосе Зака послышался смех.
— Ой, юморист. Его засунули на юриспруденцию.
— Даже звучит серьезно. — ответил парень.
— Очень, но это родители. Ты ж понимаешь, они всегда хотят как лучше, прикрывают нас, защищают. А наших так вообще в этом плане, мне кажется, самые помешанные. — говорила Кира, в порыве какой— то откровенности. — Ты не подумай, я люблю родителей, благодарна за все что они сделали, но они делают очень много, иногда слишком, может быть надо выбор.
— Я понимаю, Кир. Да все родители такие. — Захар замолчал, видимо делая затяжку. — Мой отец всегда нас выгораживал, может зря, надо нести ответственность за свои поступки.
— Когда станешь отцом, тогда и порассуждаешь. — ответила Кира. — А пока радуйся, что отец у тебя такой. Мой для меня тоже двигает горы, он еле смирился, что я буду жить отдельно.
 
Кира улыбнулась, вспоминая как обиделся отец, когда они с матерью заговорили о переезде, он дулся, приводил доводы, но в итоге сдался. Она редко звонила папе и маме, предпочитая переписываться с ними, почему— то ей казалось это каким— то душевным.
— Я не буду отцом, — уверенно сказал Захар. — Это слишком ответственно, а мне нравится быть лопухом, как ты меня называешь.
— Могу назвать чурбаном бесчувственным.
— Это грубо, я миленький. — засмеялся парень в трубку. — Иди спи, принцесса. Увидимся в ближайшие дни.
— Ладно, еще раз спасибо, что позвонил.
— А ты извини, что я …ну ты поняла.
— В отличие от некоторых я не дура, — тихо засмеялась девушка, и пожелав спокойной ночи, быстро отключила трубку. На душе стало одновременно легко и в тоже время, она чувствовала некоторую скованность со стороны парня, понимая, что сейчас сделать Кира ничего не может, девушка пришла к выводу, что будет делать вид, будто ничего не произошло. С этими мыслями она вернулась в комнату и тихонечко легла. Почти сразу погрузилась в спокойный благодатный сон.
Захар же, закончив разговаривать с ней, еще несколько минут стоял у открытого окна, смотря в черную пустоту ночи, начинался ветер, срывался дождь, погода удивительно четно описывала его состояние. Молодой человек вернулся на кровать и вытянувшись снова задумался.
Он не смог сказать правду отцу, что ему нравится девушка, которая выжила в том ДТП, пришлось наплести что— то про чувство вины, так смотрел новости, потом приснился сон о том страшном дне, он даже вспомнил о Маше. При упоминании Марии, Виктор нахмурился и налил себе уже наливку, которую сам же и делал.
— Машка эта ваша… Рассорила вас на долгие годы.
В этом он был прав, парни именно из— за нее отдалились друг от друга, духовная близость осталась, а вот душевной не было. Появляться она начала последнее полгода, когда парни стали чаще вместе отдыхать, созваниваться, и вот теперь появилась Кира, и Захар был более чем уверен, что Марку она тоже нравится, но он не видит в ней друга. Брат видит девушку, красивую, сексуальную, которую можно и нужно любить.
29.
Захар смотрел в потолок, не зная, что ему делать, и тем более он не знал, стоит ли говорить об этом брату. Он боялся признаться себе, что не хочет близких отношений Киры и Марка. Абсолютный эгоизм позволителен в отношении того, кто вам небезразличен, желание обладать единолично, легко можно объяснить жадностью. А в этой ситуации Захар еще боялся и причинить большую боль Кире, хотя именно он этого не сделает, и Марк тоже. Брат знает, что Кира не просто очередная девушка, она друг, нужный ему.
Это теплая душевная привязанность, возникшая между ним и Кирой, появилась не просто так, и парень готов был поверить, что это судьба встретить ее.
В отличие от Марка, он никогда даже не пытался узнать ее имя, не ходил как брат к ее палате. Марк это делал, хотел извиниться, но не смог, совесть не позволила. А Зак даже не пытался, в тот момент погряз в горе из— за Маши. А Марк спрашивал имя у отца, но тот не ответил, потом брат рылся в интернете в поиске информации о ДТП и не нашел.
— А ты хочешь, чтобы об этом все узнали? — спросила мама, когда Марк задал вопрос. — МЫ договорились с родителями девушки, лишний шум не нужен.
— И они согласились?
— Им не до судебных разбирательств, — добавил отец, глянув на сыновей. Захар спокойно ел, за эти месяцы парень похудел, осунулся, отрастил волосы; Марк, наоборот, стал более покладистым, аккуратным, редко гулял и бросил курить. Виктор точно знал, что Марк что— то скрывает от него и от брата, но влезать не хотел, он благодарил Бога, в которого не верил, что Титовы пошли им на встречу, ограждая свою дочь от лишнего внимания и спасая его детей.
Год после аварии Зак не помнил, куда— то ездил, много пил, ругался с братом, а Марк, наоборот, стал более спокойным, такой образцово показательный сын. Они вместе учились, жили в одной квартире, но последующие годы душевная братская близость ушла, а точнее притупилась. Несмотря на это, каждый точно знал, что поддержка и помощь будет. Братья действительно хотели жить по— разному, или только притворялись, но это у них получалось хорошо. Марк встречался с девушками серьезными, Захар любил ярких, однодневных, не задерживаясь в отношениях больше чем на три дня.