Накануне Галактической войны (СИ)
Возле царя стоял сам Аристарх. Взгляд у него был замученным, волосы лежали неопрятно, глаза были сухими и грустными. За ними скрывался мир, в котором жил Аристарх в последних днях своей жизни. И мне хочется знать, что же это за мир.
На другом портрете были только дети царской семьи. На следующем — портрет Аристарх с Виолеттой, где парочка стояла в обнимку и улыбалась. Но в глазах Аристарха помимо любви было что-то еще…и очень хорошо скрыто…
— Кстати, ты, когда был Аристархом, любил Виолетту и был на ней помолвлен, — сказал Феодосий, рассматривая меня с интересом.
Я внимательно посмотрел на Виолетту. Эта девушка, в отличие от своего жениха, казалась счастливой и радостной. Ее улыбка была пропитана счастьем, глаза излучали жизнерадостность. А на лице Аристарха была всего лишь жалкая карикатура улыбки. Зато ярко был показан в его взгляде испуг.
Чем же ты так был напуган в те времена? И имеет ли это какое-то дело с тем “мраком в бесконечности”, стоящим сзади тебя на той фотографии?
Я пришел в себя от рассказа Феодосия:
— И что? Мне сейчас все равно на эту Виолетту.
Парень вздохнул, продолжая рассматривать портрет. Я же отошел от них и приблизился к красочной проекции, продолжая внимательно ее изучать глазами. Андор привлекал меня. Он казался с виду прекрасным, и у меня в голове появилось спонтанное желание увидеть эту планету своими глазами. Я уже и так смирился с тем, что на Землю не вернусь, родителей не увижу и мои родители теперь спокойно могут утверждать о том, что сына в их семье никогда не было, а Полина навсегда потеряла своего брата, над которым любила в свое время подшучивать.
Вспоминать родителей было больно. Этим я был похож на Петра…
Андор крутился возле моих глаз и манил меня приблизить до высоких размеров. Я нажал пальцем на планету и пальцами расширил ее до небольшого размера, что сильнее позволило мне ею любоваться. Хочу посетить ее, но если там окажусь, то попаду в новое приключение. Если Андриана узнает о том, что я попал на столицу, то объявит охоту на меня.
Крутя пальцем Андор, я отошел от реальности и задумался насчет остальных ребят. Совесть яростно зубами впилась в сердце, раздирая его по кусочкам.
Где вы? Мне вас так не хватает…
Феодосий начал открывать различные ящики, словно искал какую-нибудь пищу. Этим самым он напомнил мне, как Оля открывала все полки комода в поисках интересных находок, как она запихивала всю еду из лаборатории в рюкзак. Вспомнив Олю, на меня упала серая тоска.
Тут мысли об Оле испарились в моей голове, а вместо них топором ударило воспоминание, не принадлежащее мне. Это воспоминание казалось очень старым. Ростом значительно я вытянулся, на мне был надет какой-то темный костюм. Я, торопясь, бежал по лестнице вниз. Меня преследовали странные чувства, смешиваясь друг с другом, образовывая кашу. Ярость преследовала повсюду, мотивируя меня совершить какое-то дело, которым я был озабочен в последнее время. Этот гнев не давал толком думать. Я чувствовал, как взрывался из-за него. Помимо него был чем-то напуган, я боялся за жизнь…семьи…невесты…брата… Мне не хотелось, чтобы они страдали из-за меня, ведь все это случилось из-за меня, виноват в этом был только я… И эта вина мучила очень сильно. Я был в сильной безысходности, не знал, что делать.
Вскоре я спустился вниз и оказался в этом подземном помещение. Из окон излучал солнечный свет. Повсюду раздавался гул космических лайнеров, которые улетали из этой планеты. Я подбежал к аппаратуре и включил ее. Но меня отвлек детский голос:
— Аристарх, когда ты начнешь делать то, что пророчит тебе судьба?
Я повернул голову, посмотрел брату в глаза и резко ответил ему очень высоким голосом. Сказал то, о чем никогда в своей жизни не думал.
— Поверь мне… Петр… я знаю… что делаю. В конце концов, мне лучше знать, когда я сделаю то, что мне там пророчит… высшая сила. А теперь не лезь ко мне, я хочу встретиться с… Виолеттой.
Произносить эти слова было трудно, каждое слово застревало в горле и казалось, что я сейчас лопну от своей отчаянной ситуации, ведь брату невиданно то, что хорошо известно мне… Но впутывать ребенка еще в это не хочется… Это моя миссия, моя тайна, и я не успокоюсь до тех пор, пока не доделаю ее. Готов ее доделать даже в следующей жизни…
— Да что значит твое «когда»? — возмутился малыш Петр, — Ау, очнись, Аристарх! Война идет! Когда ты сделаешь то, для чего вообще родился!?
— Все не лезь, — рявкнул я и пальцем нажал на огромную кнопку. После передо мной появилась голограмма планеты Андор, которая начала расти до огромных размеров. Вместо планеты появилась вращающаяся сфера и я прямыми шагами подошел к порталу и вошел в него, прекрасно понимая, что иду на смерть и, возможно, больше не встречусь с братом никогда. Но мне надо это сделать…
Потрясенный Петр обиженно прыснул на старшего брата и покинул это помещение…
— Ты что делаешь!? Очнись! — раздался издалека возмущенный голос.
Я открыл глаза и осознал, что увидел не просто непонятную картинку в своей голове, а воспоминание из прошлой жизни... Не могу в это поверить, но это воспоминание очень сильно тронуло меня и вызвало странные чувства. Недоумение. Почему я смог это увидеть? И что эта за миссия была у Аристарха!?
Вся эта ситуация вызвала во мне сильную дрожь. Руки тряслись и я не мог ими никак пошевелить. Голова шла кругом, а сердце скакало ненормальными прыжками в груди. Еще месяц назад я считал себя простым, ничем не примечательным юношей, а сейчас осознаю, что никакой обыкновенности во мне и нет помине.
Откашлявшись после такой внезапной телепортации в прошлое, я увидел перед собой Феодосия, у которого отвисла челюсть, а в глазах горело возмущение. Не могу понять, почему Феодосий так злился и вскоре заметил. В воспоминание я нажал на какую-то кнопку, из которой образовался портал. Сейчас своей же ладонью давлю на эту самую кнопку. Похоже, я повторил движения Аристарха, сам этого не осознавая.
Трехмерное изображение планеты Андор выросло до невероятных размеров, походив внешне на обычный портал.
— Зачем ты на это нажал?! — крикнул, чувствуя сильную злость и растерянность Феодосий, дергая меня за руки.
Портал заполнил собой все пространство. Яркая вспышка ослепила меня. Меня и Феодосия начало со всей силой магнитом тянуть к этому порталу. Сопротивляться не получалось, я схватился руками за края аппаратуры, но руки отскользнули и меня с Феодосием опять затащило в дверь через пространство.
*****
Снова чихнув, я взбесился и, сняв с себя шлем, заново продолжил чесать глаза и нос. Феодосий тоже снял с себя шлем и, сев на колени, с возмущением задал мне вопрос, злясь от случившегося:
— Зачем ты на это нажал?!
— Я... я сам не заметил этого... — слабым голосом произнес я, еще не отойдя от воспоминания прошлой жизни, — у меня в голове какой-то образ появился... воспоминание, когда я был еще Аристархом. Он в этом воспоминании нажал на ту кнопку. И я похоже, когда увидел это, случайно повторил его движение...
— Погоди-ка, — не понял Феодосий, перестав грызть меня злобными глазами, — то есть, ты видел самого себя, когда был еще Аристархом?
— Похоже... — кивнул я.
Феодосий, почувствовав сильный укол ошеломления, хлопнул руками по полу. А я мигом вспомнил слова Петра: «Похоже он еще не вспомнил свою прошлую жизнь. Ты бы тогда понял зачем вообще начались те войны и понял бы суть своей избранности.»
— Так странно себя чувствую… Аристарх был на что-то, или на кого-то, зол, боялся за свою семью и винил себя за что-то… Он хотел что-то сделать, но его убили Поэмны… Что же он хотел сделать? — под впечатлениями произношу я, глядя в потолок.
— Тебе это интересно? — не понял Феодосий.
Я посмотрел на него, отрицательно качая головой:
— Ты не понимаешь… Ведь не может быть такого, чтобы я переродился заново на планете, не относящийся к этой Галактике. Аристарх специально решил переродиться, чтобы в следующей жизни доделать что-то… И я хочу знать, что именно. Ведь, возможно, пойму, для чего был рожден… не просто же так…