Накануне Галактической войны (СИ)

К кушетке, где лежал робот Пит202, подбежал малютка-робот. Андриана поймала робота за руку и задала вопрос:
— А что с этим будет? — и указала рукой на выключенного Пита.
— Мы ему поменяем программу, госпожа! — ответил громким голосом робот, — затем прикрепим к нему экзоскелет для безопасности и присоединим к пятой армии роботов! Мы ему вставим ту боевую программу, как и у тех солдат, и он, несмотря на то, что меньше их всех ростом, ничем не будет от них отличаться!
— Это хорошо! — улыбнулась Андриана и через лобовое окно посмотрела свысока, как клоны, лежа спиной на матрасах, делали ногами упражнение «велосипед».
____________________________________
[1] — андолифт — название королевских скоростных лифтов, находящихся во дворце.
  
Глава 10
 
Звезды приобрели свою форму. Скорость корабля начала утихать. Сердце глухо стучало в груди. Космтребитель прилетел по нужному маршруту на планету Титан.
Перед собой я увидел невероятно-красивую картину. Планета была мрачная, серая, как шарообразная туча, которая накопила в себе много злости, но, в то же время, в ней таилось что-то завораживающее и таинственное.  Я вспомнил природу Титана и был ошеломлен от того, насколько планета страшно выглядит в космосе, но прекрасно на поверхности.
Неподалеку от Титана я заметил планету поменьше. Она была вся покрыта бирюзовым океаном, материков было очень мало. От планеты исходило ярко-голубое свечение, которое могло заворожить любого. Родная планета Феодосия меня тоже впечатлила не меньше Титана. А у самого Феодосия от родной планеты в сердце кольнуло.
За планетами я увидел ветвь Галактики. Каждая звезда, каждое облако межзвездного газа сверкало в фиолетовом свете, показывая всю свою космическую красоту с относительными пустыми участками Вселенной.
Я издал дикий возглас, любуясь этой картиной и самим полетом:
— Ничего себе!
— А то, — засмеялся Феодосий, широко улыбнувшись в ответ, — добро пожаловать в звездную систему Оазис!
— Планета Титан. — озвучил прохладный голос Хакли, — вторая заселенная формами жизни планета системы Оазис. Третья планета от звезды Аломандиал. Расстояние от Аломандиала — сто пятьдесят миллионов километров. Масса планеты — шесть целых, девять тысяч семьсот двадцать шесть килограммов плюс десять в двадцать четвертой степени. Период обращения — триста двадцать шесть дней. Климат в заданном маршруте при посадке — сорок градусов.
— Как жарко! — ахнул я.
— А ближе к экватору температура поднимается до девяносто градусов! — воскликнул Феодосий и нажал на бортовой панели "посадка".
Теперь понятно, почему аборигены жили под землей — там было прохладней, чем на поверхности. До сих пор вспоминается, как от той жары я был готов сорвать с себя одежду.
— Совершается посадка на Титан... — объявила Хакли.
Корабль полетел к планете. Она становилась все мрачней и пугающей, словно я угодил в темную пещеру, которая была покрыта мраком. Этот гигант встречал нас с недоверием.
Мы пролетели защитное поле, которое своим видом обдавало холодом. Мое тело покрылось мурашками, глядя перед собой на эти туманные газообразные облака, похожие на злобных туч.
— Мы пролетели атмосферу, — сообщала Хакли, — температура — минус сто десять градусов. Высота над уровнем земли — девяносто километров.
Облака скрылись из обзора и перед нами появился горизонт, который представлял из себя поле темно-фиолетовых и синих цветов. С высоты напомнило палитру, разукрашенную яркими цветами. Поля Титана преображались с каждой секундой и смотреть на это с высоты было не по себе. Страх высоты дал знать о себе. По ногам пробежал холод то ли от страха, то ли от температуры в корабле. Понять этого я не мог, но от этого холода задрожало все тело. Смотреть было страшно, все перед глазами начало кружиться и я захотел зажмуриться, чтобы не видеть это, как услышал голос Феодосия:
— Смотри, какая громадина летит!
На небольшом расстоянии от нас я заметил огромный булыжный кусок каменно-металлической массы, который со свистом стремглав летел вниз, оставляя за собой дым на небе. Спустя пару мгновений, он упал на землю и всю территорию охватил взрыв.
 
— Что это!? — ахнул я в испуге.
— Метеорит, — ответил Феодосий, — на Титане они часто падают и после себя оставляют кратеры из-за того, что плавят поверхность после взрыва.
Пульт управления ярко светился в этой темной кабине корабля, являясь уже единственным источником света. Клавиши начали мигать. В моих ушах стреляло свистом, замутил ноющее живот. Меня всерьез укачало от этой посадки. Ногами чувствую, как космтребитель трясется.
Деревья начали на моих глазах расти. В салоне обдавало холодом. Космтребитель плавно и аккуратно садился на землю. Феодосий потянул два рычага, и летательный аппарат приземлился.
— Ну и как поездочка? — с ехидством спросил Феодосий, открыв лицевой щиток шлема. В его глазах горели огни.
— Это...нечто... — промямлил я, с недоверием глядя в иллюминатор. Не верилось, что мне в жизни удалось полетать на инопланетном истребителе и приземлиться на далекую планету.
— Я же говорил, что это просто мощь, а не корабль! — засверкал в улыбке Феодосий и свободным движением дернул по рычагу и бортовая панель отключилась. Огни одновременно потухли.
Мое тело обессилило. Мне не хватало сил даже подняться с места. Когда я попытался это сделать, голова круто закружилась, отчего я чуть не рухнул на пол.
— Тихо-тихо, — быстро схватил меня Феодосий, — ты новичок, это нормально. — он аккуратно посадил меня на кресло, — сейчас помогу тебе восстановиться.
Его голос я слышал отдаленно. Мир перед глазами начал темнеть. Цвета толком разглядеть не мог. Они казались какими-то ядовитыми и яркими, прожигающими сетчатки моих глаз. В ушах звенело чуть ли не ультразвуком. Голова от боли начала раскалываться на куски.
В нос ударял запах масла и металла, от которого начало мутить. Шаги Феодосия резали слух, а его голос стал для меня очень низким и грубым.
— Проглоти и выпей.
Он открыл мне лицевой щиток, засунул в рот какую-то кислую таблетку, которая начала во рту таять и прикоснулся к моим губам холодным стаканом, наполненным водой. Я слабо приоткрыл губы и начал пить. И тут с каждым глотком силы ко мне начали возвращаться.
— Как ты? — спросил парень, наклонившись ко мне.
— Вроде помогает, — слабо улыбнулся я и выпил всю воду, вернув Феодосию стакан, — что за таблетка?
— Обезболивающее. Предназначено специально для космических поездок. Я первое время тоже ее использовал.
Феодосий подошел к шлюзу, нажал на клавиши из панели управления и тот открылся. В салон тут же подул легкий ветерок, который прибавил сил. Те ужасные симптомы покинули меня, и я могу теперь спокойно покинуть кресло и пойти к своим друзьям.
Мы с Феодосием вышли из космтребителя и я огляделся по сторонам. Неподалеку я заметил трейлер - вход в подземный бункер. Улыбка расползалась до ушей. Я чувствовал, как внутри проснулся ангел, который, расправив крылья, взлетел и свободно полетел к небесам. Мне так захотелось увидеть всех ребят, особенно Аню. Я чувствую, как сильно по ней соскучился. Так хочется обнять ее и со страстью поцеловать. Феодосий хлопнув по плечу, привел меня в сознание.
— Пошли к этому бункеру.
Я неуклюже поправил свой шлем и кивнул ему. Но дойти до бункера нам мешал кратер, который с виду казался довольно древним. Мы его обошли и прямой дорогой направились к бункеру. Мне с трудом верилось, что удалось сбежать от помешанного на месте братца.
 
— Я твой должник, — радостно воскликнул я, смотря на улыбающегося Феодосия, — ты меня круто спас!
— Если видишь хоть какой-нибудь маленький шанс — никогда его не упускай! Прям хватай и клади себе в карман, потому что потом он навряд ли к тебе вернется и вернуть его потом никак, — сказал Феодосий.
А этот парень мне определенно нравится. Я его еще мало знаю, но за такой короткий промежуток времени я увидел, чего Феодосий из себя представляет.