Размышления русского боксера в токийской академии Тамагава, 4 (СИ)

* * *
Ватанабэ на удивление не спал. Что ни говори, но возраст есть возраст — даже такой относительно молодой.
Поднявшись ближе к утру в туалет, он не удержался и прошагал после на кухню. Где абсолютно недостойно (с точки зрения здорового образа жизни) напластал себе рисового хлеба, накрыл его куском отваренной в специях говядины и щедро полил соусом.
Вкус еды и вид из окна небоскреба на город неожиданно погрузили его в отстраненное и благостное состояние. Именно в такие минуты и понимаешь, что имели в виду под созерцанием предки-самураи — комиссар, тщательно пережевывая, довольно покивал самому себе.
Рабочий гаджет, оставленный на тумбочке в спальне, взвизгнул противной трелью, информируя о срочном входящем пакете.
Хиротоши отлично узнал тип пришедшей информации по рингтону, потому, давясь бутербродом, со всех ног припустил обратно в спальню.
Он как раз успел скользкими от соуса руками разблокировать экран, вчитываясь в кодировку отправленного с концентратора сообщения, когда обозначился уже второй вызов, нормальный.
— Доброе утро, — с незнакомого номера звонил светловолосый младший Асада.
Вместо пояснения, пацан быстро повёл камерой вокруг себя:
— Массажный салон, отец просил посмотреть. Цубаса говорит, двое по вашей части. — Камера выхватила очертания двух тел в траве. — Говорит, дело срочное.
— Что за номер? — казалось, рот Хиротоши озвучил свой первый вопрос автоматически, без участия хозяина.
— Цубасы новый. Только что купили, вместе с аппаратом. Вы ж ей родной пока не вернули. Мой вдребезги — этот деятель как-то вскользь задел нагрудный карман вместе с телефоном. Когда сражались…
— Сама она там чем занята? — собирая информацию, тут даже перетек мыслями в активное состояние полицейский.
— Второй дебил язык себе откусил. Она вон там что-то ему как-то прижигает, я не в курсе… От пьезо зажигалки. Чтоб кровью не истек…
Легкая на помине красноволосая чёртиком из табакерки появилась в кадре откуда-то снизу:
— Комиссар! У них китайский вирус! И контрафакт по вашей части!
Ватанабэ не сразу понял, что она имела ввиду:
— Ну звони медицине?!
— ВиЭнЭс, — бешенно сверкая глазами, злобно выпалила малолетняя фурия. — При чем тут медицина?! Мы внутрь не ходили! Там скорее всего людей надо откачивать! Если не поздно!
— Да ну? — Хиротоши наконец сообразил, что до него хотели донести, но почему-то не сразу поверил. — Уверена?! — ему категорически не хотелось сейчас решительно отказываться даже от мысли о бутерброде с мясом, ожидающем его на кухне.
* * *
А ещё через пару минут, в чём был, он уже несся по парковке здания к своей машине.
VNS, иначе говоря виртуальный нейро подавитель, кое-где в мире уже мелькал. Но до островов еще не добирался, это главный борец префектуры с профильным нейро-контрафактом знал точно.
В нынешний технологический век подобные напасти всплывали время от времени то тут, то там. Если это действительно оно (а красноволосая не должна ошибиться — с оставшимися при ней после первой-то академии программами-диагностами), то визит комиссара первым на место происшествия был не просто логичным, но и абсолютно необходимым — с точки зрения служебной добросовестности.
Кстати, заодно вопрос с тремя "лишними" таблетками надо будет окончательно дорешать. А то, кажется, тинейджеры что-то не торопятся вернуть государству причитающееся…
Ватанабэ по запаре упустил из виду, что младший Асада буквально накануне овощем валялся в полицейском госпитале. И первая из трёх таблеток работала по своему прямому назначению.
* * *
— Объясняй, что происходит, — максимально спокойным тоном предлагаю своей половине после того, как она осуществляет свой истеричный (местами) звонок комиссару Ватанабэ. — Что за эмоции? Обычно ты спокойнее…
Вместо ответа Цубаса хмуро берёт меня за руку и тащит в здание.
— Этих не боишься тут оставлять одних? — удерживаю её за руку и не даю сойти с места, указывая взглядом на два тела под ногами.
 
— Первый — очень острая чээмтэ, — всё так же нелюбезно сообщает она. — Второй, если не ошибаюсь, скоро сам воткнет…
— Откуда знаешь?!
— У тебя таблетка работает. Я свой концентратор с ней в сеть объединила. У неё очень серьёзные возможности, если уметь пользоваться… Я умею, — со вздохом сообщает она, неожиданно разворачиваясь обратно и прижимаясь ко мне всем телом.
Вопреки первому порыву, входить в дом ей на самом деле не особо хочется. Лично мне это заметно очень хорошо.
— Можешь кратко сориентировать по обстановке? Чего ждать? И что вообще происходит?
— Virtual Neuro Supression. Новое веяние технологии. Ладно, пошли, вдруг ещё можно кому-то помочь… хотя чем?
Внутри салона, на который снаружи просил глянуть отец, в течение следующей минуты мы обнаруживаем первые два трупа массажисток.
Неестественно синие лица, выпученные глаза, расцарапанные собственными ногтями шеи.
— Оно как-то угнетает нейро функции? — делаю предположение, не приближаясь к телам.
— Угу. Типа компьютерного вируса, но подсаженного в нейро-концентратор и нервную систему. У кого дыхание заблокирует, кому связь мозга с телом забьёт… Надо смотреть настройки конкретного продукта, — Цубаса вдруг начинает всхлипывать. — Но это по части твоего друга каратиста…
— Оно что, от касания рукой, что ли, запускается?! — не могу поверить услышанному.
Ничего себе. Как такое возможно?
— Девчонки, видимо, этих мудаков массажировали какое-то время. Если у гостей собственные концентраторы мощные, или вообще китайские импланты — могли и успеть подстроиться. Либо доступ взломать. Ну и, в таких салонах персоналу всегда левые расширения ставят — чтобы повысить нервную чувствительность. — Выдавливает из себя красноволосая. — Отца своего распроси на досуге. И в глаза пусть тебе смотрит, когда отвечать будет…
— Зачем? — туплю скорее по инерции и чтобы не выходить из образа.
— Дурак…? — вскидывается одноклассница. — Для более глубокой проработки мудака клиента. Если у девчонок так и было, им вообще погибель сразу от випиэса…
— А что такое китайский имплант?
— Это как твоя таблетка, только навсегда. Не извлекается. У нас запрещено законодательно, как и клонирование человека.
Моя половина говорит коротко и явно через силу.
— Интересно, что это всё могло бы значить, — бормочу себе под нос, поскольку добиваться от неё детали сейчас будет лишним.
Следующих двух массажисток находим возле лестницы с первого этажа на второй.
— Кулаком в висок, — Цубаса сереет лицом ещё больше, хотя, казалось, уже некуда. — Видишь, кости черепа сбоку проломлены?
— Нет. Отсюда не вижу. А ты как поняла?
— Таблетка. Умею смотреть. Знаю, какие программы использовать… — обычно веселая школьница сейчас похожа на привидение самой себя.
В комнате администратора обнаруживается та самая последняя обитательница здания, которая и кричала по-русски. Во всяком случае, если судить по её внешности.
— Не жилец, — выдавливает из себя младшая Кимишима. — Я на улице постою. Минуты две у тебя еще есть, можешь пообщаться…
— Вообще ничего сделать нельзя? — спрашиваю через пять секунд бесконечной и гробовой тишины.
— В стационаре можно, типа того, где ты вчера был. В реальных условиях доставить обычно не успевают.
Выходя наружу, красноволосая тактично прикрывает за собой дверь.
— Я Валера, — говорю, чтобы что-то сказать.
— Ты откуда? — очень слабо и невыразительно спрашивает блондинка, подогнувшая под себя ноги на полу и скребущая ногтями циновку.
 
— Неважно… Что-то кому-то надо передать? Сделать?..
* * *
Наш разговор на удивление продолжается долгих четыре с половиной минуты, время я засек через концентратор.
В течение беседы я узнаю очень много для себя интересного, но оказываюсь вынужден прервать общение, не договорив до конца: с улицы, откуда-то из-за открытых ворот, доносится громкий крик Цубасы.