Аферистка и Майор Воронцов. Семейное древо (СИ)

— Семнадцатый этаж.
— Спасибо, — поблагодарила она парня за помощь и последовала за Воронцовым, который уже нажал на кнопку вызова лифта и ждал, пока тот приедет.
— Почему Вы всегда всем улыбаетесь? — спросил он, смотря на неподвижные металлические двери лифта.
— Вам это не нравится? — усмехнувшись спросила Верника, вставая рядом с мужчиной и бросая задумчивый взгляд на его красивый, но вечно напряженный или равнодушный, профиль.
— Меня это бесит, — пожав плечами честно ответил Олег, заходя в кабину проехавшего лифта.
— Это было грубо, — протянула женщина, в ее голосе прослеживались нотки удивления. Она не думала, что майор настолько прямолинеен или же это все-таки, присущая многим мужчинам, грубость.
— Зато честно, — произнес Воронцов, нажимая на кнопку с цифрой нужного этажа. Он кинул быстрый взгляд на Веронику Александровну и заметил, как она нервно выкручивает пуговицу пальто.
— У Вас боязнь замкнутых пространств? — с сомнением поинтересовался мужчина. Он никогда раньше не сталкивался с подобным и не знал, что будет делать, если они вдруг застрянут.
— Просто не люблю маленькие помещения без окон, — уверенным голосом сообщила ему женщина, улыбнувшись. Весь оставшийся путь наверх они провели в полном молчании.
На лестничной клетке горел яркий белый свет, блестевшая чистотой плитка слепила глаза. На этаже было всего три квартиры с идентичными дверями из красного дерева со стальными ручками. С правой стороны на стене у каждой квартиры висела металлическая табличка с выгравированным номером. Воронцов подошел к двери, рядом с которой был прикреплен прямоугольник с номером 347 и нажал на маленькую кнопку звонка, что был расположен под ним.
— Товарищ майор, — удивленно воскликнула открывшая дверь Елена. Женщина была в привычном деловом костюме кофейного цвета в мелкую белую клетку. — И Вы…
— Вероника Александровна, — напомнил женщине Воронцов, проходя в квартиру. Ему, как поняла Вероника, не требовалось приглашение.
— Вы могли хотя бы предупредить, что собираетесь приехать, — недовольно протянула Елена, идя за майором. — Проходите в гостиную, прямо. Нас могло не быть дома!
— Преступники же не предупреждают, когда убивают, — холодно ответил ей Олег. Наверное, он хотел пошутить, но у него, как подумала Вероника, вышло неудачно.
— Полицейский юмор, да? — поджав губы уточнила Елена.
— Именно.
— Присаживайтесь, — вздохнула она. — Чай, кофе или воды? — спросила, застывая в дверях.
— Ничего не нужно, — покачал головой Воронцов, отвечая за них двоих. — Мы хотели бы поговорить с Вами и с Вашим мужем вдвоем.
— Хорошо, я схожу за ним, — кивнула Елена и скрылась в коридоре.
Их не заставили долго ждать, уже через несколько минут в комнату стремительно вошел Богдан Маркович, на ходу завязывая галстук. За ним следовала Елена, неся в руках пиджак мужчины и его кожаный черный портфель.
— Доброе утро, — кивнул мужчина, присаживаясь в низкое кожаное кресло ярко-оранжевого цвета, без подлокотников и на металлических ножках. — Мы могли бы ускорить нашу встречу, мне нужно на работу?
— Я прошу Вас ознакомиться и поставить подпись вот на этом документе, — произнес Воронцов, доставая из внутреннего кармана пальто скрученный в трубу лист бумаги с печатью полицейского отделения и его подписью.
— Что это? — озадачено спросил Богдан, переводя встревоженный взгляд на жену.
— Не смотри на меня, я бухгалтер, а не юрист, — фыркнула она, сложив на груди руки.
— Добровольное письменное согласие на разглашение необходимых для следствия сведений из Ваших разговоров с психологом, то есть Вероникой Александровной, — объяснил майор, протягивая мужчине бумагу.
— Когда это ты успел обзавестись психологом? — нахмурив темные брови спросила Елена, смотря на мужа с негодованием.
— Не твое дело, — огрызнулся он, переводя взгляд на Веронику Александровну. — Мне стоит это подписать.
— Это только Ваше право, — ободряюще улыбнулась она мужчине. — Но вы можете быть уверены, Богдан Маркович, что следствию я предоставлю лишь Ваш психологический портрет и мое личное мнение, как психолога, не более, — пожала плечами Вероника. — Все подробности нашего разговора останутся между нами, уверяю!
 
— Х-хорошо, — кивнул Богдан, доставая из кармана пиджака, что висел на спинке, авторучку.
— У меня к вам с женой есть еще пару вопросов, — произнёс Воронцов, убирая подписанную бумагу обратно во внутренний карман.
— Могу я пока воспользоваться уборной? — улыбнувшись спросила Вероника, поднимаясь с дивана.
— Конечно, выйдете из гостиной и поверните налево, пройдите до конца коридора — справа будет гостевой туалет, а слева наш. Не перепутайте, — проговорила Елена, все еще стоя в закрытой позе. Женщине явно не нравилось все происходящее, ее очень напрягало присутствие в ее доме полицейского и девушки, с которой ее муж открыто обсуждает их супружескую жизнь и не только.
Вероника быстро преодолела коридор, вот только намеренно потянулась к ручки левой двери. Внутри было очень просторно, свет зажегся автоматически, как только она открыла дверь. Плитка была ненавязчивого молочного и оливного цветов, у дальней стены стояла овальная глубокая ванна на серебряных скульптурных ножках. Справа от нее стоял обычный унитаз, а слева находилась квадратная раковина с тумбой, над которой висело большое круглое зеркало с подсветкой. Здесь не было ничего необычного, Вероника даже не знала зачем вообще сюда зашла и что могла здесь увидеть. Выходя, ее внимание привлекла высокая плетеная корзина в форме цилиндра. На ее бортике висела черная оверсайзная толстовка с Человеком-Пауков во всю грудь, которая показалась девушке очень знакомой.
Гениальная мысль в голове женщины рождается так же внезапно, как и иррациональное желание спустить всю свою зарплату на сумку из новой коллекции Prada. Вероника не задумываясь вышла из ванной комнаты и вернулась обратно в гостиную, где ее ждали майор Воронцов, о чем-то беседующий с Богданом Марковичем, и Елена. Женщина стояла у окна и смотрела во двор. Сейчас ей было просто необходимо проверить свою теорию, хотя, как психолог, она не имела права самовольно лезть в личную жизнь пациента, пока он сам не посветит ее в подробности. Но с недавних пор Вероника Александровна работает в полиции, а им, как известно, порой не нужен веский повод, чтобы копнуть поглубже.
— Вероника Александровна, у Вас что-то случилось? — спросил Олег, переводя на девушка обеспокоенный взгляд. Вероника не видела себя в зеркало и не знала, как она выглядит глазами майора. Ее щеки горели, глаза светились и о спасательной улыбке она совершенно забыла.
— Не-ет, — протянула она, качая головой для убедительности. — Просто вспомнила, что совсем забыла!
— О чем Вы забыли? — нахмурившись спросил Воронцов, потеряв всякий интерес к своему собеседнику. Богдан и Елена переглянулись, оба не понимали, что происходит и почему поведение спокойной и уравновешенной женщины поменяло полярность за считанные минуты, что она провела в их ванной.
— У меня сегодня занятия…по йоге, — через силу улыбнулась Вероника Александровна. Сейчас все ее мысли были заняты лишь дурацкой толстовкой с Человеком-Пауком и зацепкой, что она возможно смогла найти. Женщине нужно было, как можно скорее, покинуть квартиру супругов Толстых и поехать к маме Ази.
— По йоге? — с сомнением спросил Воронцов, это не понятное слово ему ни о чем не говорило. — Любите сидеть на гвоздях? — решился предположить он.
— Это называется садху, — произнесла Елена, складывая на груди руки. — Йога — это система физических упражнений, способствующих обретению гармонии со своим физическим телом и душой, один из методов самопознания.
 
— О, да, Лена три раза в неделю ходит на йогу, — кивнул Богдан, соглашаясь с женой.
— Это помогает почувствовать себя обновлённой, — с блаженной улыбкой на устах произнесла женщина, ее плечи расслабились, а сама она выдохнула с несвойственным ей облегчением.