Раскрыть свое убийство
— А где сейчас муж? — поинтересовался у патрульного Сологубов.
— Остался в квартире.
— Без присмотра? А вдруг он сам убил жену? — высказал опасения оперативник.
Зайцев усмехнулся, мол, не учи ученого, я знаю свое дело, и ответил:
— Я оставил своего напарника охранять место происшествия. Он никуда не отпустит мужа потерпевшей.
— Молодец, Саныч! — похвалил постового Каприн. — Как всегда, ты поступил по инструкции. Значит, ты услышал запах тухлого яйца? Сероводорода?
— Да, был явный запах сероводорода.
— А вот я, когда дней десять назад выезжал на труп, не догадался принюхиваться, — с сожалением проговорил оперативник. — Тогда тоже был дымный порох, так что эти убийства могут быть взаимосвязаны.
— Да стопроцентно! — воскликнул Сологубов. — Вот преступники, как мы и ожидали, пошли на следующее дело. Сейчас-то, надеюсь, мы наступим им на пятку.
— Саныч, не интересовался, чем занимаются супруги? — спросил Каприн.
— Этого я не знаю, — пожал плечами патрульный. — Муж был в таком состоянии, что с ним разговаривать было бесполезно.
Когда был налит чай, заглянул дежурный, который сообщил, что следственно-оперативная группа собрана и надо выехать на место убийства.
— Прости, Саныч, чай попьем в следующий раз, — извинился перед патрульным опер и кивнул Сологубову: — Володя, выезжаем.
Их встретил такой же каменный дом, как у Шамаевых с пятью этажами и шестью подъездами. Зайдя в квартиру, следственно-оперативная группа застала хозяина отрешенно сидящим за столом на кухне. Рядом на кресле расположился милиционер, который при виде оперативников встал и доложил:
— Старший сержант патрульно-постовой службы Гареев. Охраняю место происшествия.
Каприн, поздоровавшись с милиционером за руку, поблагодарил:
— Спасибо за службу, сейчас можешь быть свободен.
Судебный медик, как раз тот самый, который выезжал на труп Шамаева, еще не приступив к осмотру, озадаченно заметил:
— О-оо, история повторяется. Сыщики, вам придется искать одних и тех же.
— А мы знаем, — хмуро ответил Сологубов. — Сразу было ясно, что действует одна и та же банда.
Пока следователь прокуратуры и судебный медик возились с трупом женщины, Каприн решил поговорить с мужем убитой, приказав Сологубову:
— Пробежись по всем соседям, узнай, что они видели или слышали.
Оставшись вдвоем с мужчиной, оперативник поинтересовался:
— Как к тебе обращаться?
— Алексей. Фамилия наша Авдеевы.
— Алексей, расскажи подробно, что случилось.
Мужчина потерянно посмотрел на Каприна и всхлипнул:
— Вера была беременна, шестой месяц…
— Вера — это твоя жена?
— Да, моя жена. Мы женаты уже пять лет, она долго не беременела, и вот наконец…
Мужчина стал плакать, оперативник, успокаивая, похлопал его по плечу.
— Алексей, возьми себя в руки. Какой бы ни была потеря, не надо так раскисать, ты мужчина. Получается, у вас нет детей?
— Нет, — смог выдавить хозяин сквозь слезы.
— Расскажи о случившемся.
Мужчина трясущимися руками налил в рюмку водку и, выпив, стал рассказывать:
— В этой квартире мы живем с женой уже пять лет, переехали сюда сразу после свадьбы. У нас целевой чек на покупку автомашины, который выдали отцу жены. Раз в полмесяца надо делать сверку этого чека, иначе очередность пропадет и придется начинать все заново. Сегодня день сверки, поэтому мы решили поехать пораньше, чтобы быть в числе первых при проведении этой процедуры. Машину на ночь оставляю возле работы своего тестя, поскольку в нашем дворе ее дважды обкрадывали. Я встал в полшестого, попил чаю и, разбудив жену, предупредил, чтобы она поглядывала в окно и, когда я подъеду, выходила на улицу. Забрав машину, где-то без пяти минут шесть я заехал во двор нашего дома, подождал минут десять, а потом несколько раз посигналил, но Вера так и не вышла. Тогда я поднялся в квартиру и увидел такое…
Тут мужчина стал снова плакать и потянулся за бутылкой водки. Каприн мягко отстранил его руку и, взяв бутылку, отложил в сторону.
— Алексей, хватит пить. Сегодня у тебя хлопот будет много, да к тому же еще предстоит допрос у следователя.
Мужчина, обессиленно опустив голову, спросил:
— Еще какие вопросы интересуют вас?
— Чем вы занимаетесь?
— Коммерцией. Возили товар из Турции, Китая, Вьетнама. Бывало, даже из Кореи.
— Челночники?
— Можно сказать, что да.
— Где торгуете?
— На рынке. У нас там два места.
— Какая у вас машина?
— «Жигули». Это тестя, а мы мечтали по целевому чеку купить «Жигули-девятку». Если не получится, то семерку.
— Тесть знает о случившемся?
— Нет, родители Веры пока не знают. Не могу набраться смелости, чтобы позвонить им…
Мужчина вновь заплакал, размазывая по лицу слезы.
Подождав, пока он успокоится, Каприн спросил:
— Кто убил твою жену? Есть подозрение?
— А за что ее убивать? — всхлипнул хозяин. — Она никому плохого не сделала.
— Ограбить, например.
— Ограбить?! — расширил глаза мужчина. — Постойте, надо проверить, на месте ли деньги, они в зале в шифоньере. Могу я туда пройти?
— Тебе нельзя. Скажи, где это, я схожу и посмотрю.
— Левый крайний шкаф, нижняя полка.
В зале следователь прокуратуры с экспертами работали над трупом. Каприн, обогнув их, заглянул в шкаф и вернулся на кухню:
— Нет там никаких денег. В чем они были?
— Нас ограбили, — тихо проговорил мужчина и резко вскрикнул: — Кто посмел?! Какое они имеют право?!
Приложив палец к губам, опер предупредил:
— Тсс, говори потише, не мешай следователю.
Мужчина, схватившись за волосы, уперся взглядом в стол и тихо выдавил:
— Налейте, пожалуйста, еще рюмочку. Больше не буду просить.
Исполнив его просьбу, оперативник поинтересовался:
— В чем были деньги?
— В женской сумке черного цвета. Натуральная кожа, из Турции.
— Сумма?
— Двенадцать миллионов. Копили на машину.
— Купюры помнишь?
Мужчина, немного подумав, стал перечислять:
— Одна пачка номиналом пятьдесят тысяч рублей, две пачки по десять тысяч, и пятнадцать пачек по пять тысяч рублей.
— Увесистая сумка, — покачал головой опер.
— Да у нас был целый баул мелочью, — махнул рукой мужчина. — Накануне мы ее укрупнили в банке.
— Накануне — это когда?
— Позавчера.
— Не заметили за собой слежку?
— За нами следили?! — оторопел мужчина. — Кто?
— Не знаю, просто предполагаю. Не заметили ничего подозрительного?
— Не обратили внимания. Может быть, и следили… Вы думаете, что отследили, куда мы идем, а затем совершили нападение?
— Это будет одной из версий. Алексей, а на рынке со стороны бандитов наездов не было?
— Нет, — помотал головой мужчина, — мы исправно платили.
— Кому?
— Ну, тем ребятам, которые держат этот рынок. От них к нам претензий не поступало.
Каприн знал, что этот рынок держала группировка Ляха. Главарь этой банды Борицкий был потомком ссыльных поляков, за что и получил указанное прозвище.
— Куда ни кинь, везде бандиты, — сокрушенно вздохнул оперативник. — Когда все это закончится?
— Никогда, наверное, — ответил Авдеев, крепко стиснув зубы и играя желваками. — Если не будешь платить, то разорят или убьют. Но мы же платили, зачем нас убивать?
— Все-таки думаешь на Ляха?
— Вы его знаете? — удивленно вскинул голову мужчина. — Откуда?
— По роду своей работы мы знаем почти все крупные группировки, — объяснил опер.
— Так почему не сажаете? — недоуменно пожал плечами Авдеев.
— Сажаем в меру сил и возможностей. Но всех сразу не посадишь, нужны доказательства, а если даже они есть, то в судах дела разваливаются. Нужны новые законы, отвечающие требованиям времени… Алексей, ты не ответил, подозреваешь ли ты Ляха?
— Не знаю, наверное, нет, — помотал головой мужчина. — Зачем ему убивать нас? Мы платили ему, он не имел к нам претензий. Ему же выгодно, чтобы мы жили и приносили ему доход.