Запретам вопреки (СИ)

Но что с ним случилось? Разве варконы не агрессивны? Почему он такой спокойный?
— Его чем-то напоили? — спросила я тихонько Лафея.
— Вряд ли, — ответил маг. — Хотя не могу исключать.
— Он не всегда таков, — пояснил кто-то из стражников. — Приступы агрессии чередуются со светлыми периодами полной апатии.
С возрастающей тревогой внутри я следила за Маркусом. Он направился к варкону, но к счастью, застыл в нескольких шагах от чудовища. Я догадывалась, что сейчас принц буравит врага пристальным взглядом. Присутствие наследника, его хладнокровная уверенность, сила передавались варкону, и тот вдруг склонил крупную треугольную морду, со всей очевидностью признавая права первородного.
— Покажи мне первичную форму, — потребовал Маркус. — И назовись.
Варкон медленно поднял голову, в его глазах вдруг появилась осмысленность. Краснота стала ещё более тусклой, губы дрогнули, чуть искривившись. От жутковатой ухмылки варкона моё тело вмиг покрылось мурашками, но чудовище и не подумало нападать. Красноглазый стал медленно и почти неуловимо меняться, выполняя приказ. Сгладились звериные черты, распались на чёрные волосы спиральные острые рога, наполовину спрятались длинные острые когти, а лапы оформились во вполне себе человеческие руки и ноги. Я не верила тому, что видела, а ведь папа всегда говорил, что с варконами договориться нельзя. Чудеса!
— Фферррх, — то ли прорычал, то ли прошипел узник.
— Кто стоит во главе твоего войска? — последовал первый вопрос.
Но варкон отвечать не спешил. Он повёл головой, его ноздри затрепетали, будто что-то учуяли. И вдруг Ферх повернулся. Теперь он смотрел на меня. Пронизывающий немигающий взгляд обжёг до костей, раскатился холодком по спине, от которого я покрылась мурашками. Пристальное внимание дракона не укрылось от Маркуса, Лафея, наместника. Стало на мгновение страшно.
— Ты! — выдохнул варкон, указывая на меня, зашипел. — Такая же, как и мы!
— Глубоко ошибаешься, уважаемый, — тут же парировал кот. — Посмотри на свою жуткую морду. Вы с Лиз совсем не похожи.
— Вы ошибаетесь, — произнесла я, как только смогла говорить. — Мои родители чистокровные маги.
— Ау... — начал говорить варкон, как вдруг острая сильная боль разорвала мои виски.
Схватилась за голову, пытаясь справиться с приступом. Мягкая прохлада фамильяра коснулась рук, ног, но это не помогало. Не тут-то было. Боль усиливалась, становилась всё ярче.
Ускользающим сознанием я заметила, как рядом свирепо вскинулся задержанный враг, полыхнули ярко-красным его жуткие безумные глаза, забились яростно, в попытке раскрыться, кожистые чёрные крылья. И сильные руки Маркуса, неожиданно подхватившие меня сзади, его не на шутку встревоженное лицо. В тот момент я отключилась и очнулась уже на мягком диване. 
Взглядом выловила окна, портьеры, резную, деревянную мебель. Вазу с цветами в углу. Похоже, меня перенесли из подземелья в гостиную.
— Элизабет! Как же вы нас напугали! — тут же подхватился Дэм, как только наши взгляды встретились. — Снова мигрень? Или вас так напугал варкон?
Маркус держал меня за руку, прослушивая пульс. Сосредоточенно его считал, а когда закончил, посмотрел мне в глаза.
— У вас были раньше обмороки, Элизабет?
— Вчера. Был подобный приступ вчера.
— Как всё началось?
— Голова разболелась. Внезапно.
— А сейчас? Как себя чувствуете?
— Лучше, но голова всё равно ещё болит.
— Я послал за целителем, но наместник Фахрад сказал, что тот не сможет прилететь скоро. Придётся чуть-чуть подождать.
— Мне гораздо лучше, — тут же отозвалась я. — У мамы бывают мигрени. Похоже, это наследственное.
— Я предлагал Элизабет целебные капли. Их готовят в моей семье. Может, вы, Ваше Высочество, сможете на неё повлиять? — неожиданно спросил Дэм. — Уверен, они ей помогут. Дождаться врача.
Дракон внимательно посмотрел на магистра, затем перевёл взгляд на меня.
— Вряд ли Лафей хочет вам навредить, Элизабет, — произнёс он. — И если вам это поможет, то думаю, не следует пренебрегать зельем.
 
Я кивнула, соглашаясь выпить неизвестное снадобье. Присутствие Маркуса успокаивало, а после всего лишь одного глотка вдруг почувствовала неимоверное облегчение. Вкус у зелья был не горьким, не сладким. Чуть терпким, в нём угадывались нотки знакомой травы. Перконию привозили нам откуда-то издалека и поговаривали, что она растёт в землях безумцев.
Но было ещё кое-что. Это «кое-что» засело острой занозой и разъедало теперь плоть и кровь. Слова варкона. Вполне осмысленные, сказанные с полной серьёзностью о том, что я такая же, как и он. Что он имел ввиду? Можно ли как-то узнать?
— А что с варконом? — спросила я.
— Что может быть с безумным чудовищем? — с усмешкой ответил Лафей. — Буйный, совершенно не в состоянии говорить. Впал в ярость, на всех бросается.
— Но он... сказал...
— Он мог сказать что угодно, Элизабет, — мягко перебил меня Маркус. — Думаю, не следует придавать значение словам безумца. Поэтому, как только вас осмотрит целитель, и вы отдохнёте с дороги, можно отправляться обратно.
— Обратно? А как же варкон? Вы ведь ничего не узнали...
— Всё, что нужно, я уже выяснил.
Маркус внимательно смотрел на меня, и в его глазах повисла тень выжидания. Стали мрачнее, резче черты лица. Казалось, дракон что-то скрывал и раздумывал говорить мне или нет. В золотистом янтаре скользили отголоски тоски, которую можно увидеть в глазах преступника ожидающего приговора. Необратимого, не имеющего обратной силы.
— Постарайтесь не волноваться, Элизабет. Похоже, мы нашли ваших родителей и сестру. Они находятся в одном из замков Верховного магистра Алторры.
— Это правда?
Забилось сердце как заполошное, в горлу подкатил сухой ком. Живы. Я знала, что живы!
— Правда. Это значит, что, если информация подтвердится, то совсем скоро вы сможете с ними увидеться. Думаю, понадобится не больше недели.
Лаконичный ответ Маркуса, который ещё неделю назад я восприняла бы за высшее счастье, стал неожиданным. И пусть я была рада узнать, что с родителями всё в порядке, но вдруг осознала другое — придётся расстаться с наследником, и вряд ли мы когда-нибудь встретимся.
Мне бы поблагодарить, но я вдруг растеряла слова. Просто молчала, осмысливая то, что узнала. Спас положение кот, снова пришёл мне на помощь.
— Прекрасная новость, Лизок! Спасибо вам, Ваше Сочество. Мне уже прям не терпится взглянуть в глаза своей новой родне! Как думаешь, Лиз, я им понравлюсь? Может, стоит надеть на выход голубой бант?
Пожалуй, из нас троих только Варфалаам чувствовал себя замечательно и теперь предвкушал перемены.
Глава 25. О том, как истерики некоторых приводят к плачевным последствиям
В обратную дорогу мы отправились следующим утром, несмотря на попытки наместника хоть как-то задержать Маркуса радушным гостеприимством. Фахрад предлагал устроить бал в честь прибытия столь важных гостей, устроить смотр войска. На что Маркус ответил отказом. Состояние войск он уже видел на боевых позициях, а балы — ненужный пафос в такое нелёгкое для империи время. Война. Слишком много забот.
Целитель после обследования сказал прямо, что не видит особых проблем с моим здоровьем. Аура чистая, я — молода. Причиной всему может быть утомленность и беспокойство. Все тяготы, с которыми мне пришлось столкнуться с момента нападения врага на замок родителей, оставили след в виде мигрени. Уже немолодой и сильно уставший дракон после приёма выписал какие-то капли и на этом раскланялся.
Во дворец Рейи Велинды мы вернулись другой, более короткой дорогой, сэкономив тем самым почти целый день. Маркус после отъезда переметнулся и улетел, оставив возле кареты свою стражу для более надёжной охраны. Рэф и Вэллис следовали за нами по небу, Варфалаам переместился в карету, чем основательно подпортил настроение магу. Любая предпосылка к флирту уничтожалась котом без сожаления, что меня только радовало. В отличие от магистра. С каждым часом, приближающим дорогу к завершению, Лафей становился мрачнее.