Хрономаг 2 (СИ)

Конечно, она уже планирует, как будет действовать дальше, чтобы остаться в выигрыше, но сейчас это вообще не важно.
— Значит, мне нужно говорить с тобой на равных, хоть ты и не глава? — уже более спокойно спросила она.
— Да. Ведь я говорю с вами на равных, хоть вы и не глава, — я ухмыльнулся самым наглым образом.
Да, по лицу Эмилии было прекрасно видно, что мы оба всё поняли так, как нужно. Лишние слова и разъяснения сейчас нам обоим могут быть не с руки. Я молчал, вдыхая прохладный утренний воздух и ждал, пока в голове госпожи Нокс всё сложится, как я планировал.
— Мне нужно понимать, что в данный момент ты хочешь от Ноксов? — она напряглась.
— Да ничего особенного. Я сообщил вам новость о Муррей, думаю, этого достаточно для небольшой благодарности?
— Конечно, говори.
— Я хочу, чтобы вы пересчитали все вложения моего отца в судостроительную компанию и вернули то, что…Как бы это сказать, насчитали ошибочно, — я закинул ногу на ногу и подставил лицо лучу света, попавшему на веранду.
— Хорошо, что-то ещё?
— Пока нет, — я мотнул головой. — Разбирайтесь с родом Муррей сами, мне, пока Ноксы роду Айонов никто, нет до этого никакого дела.
— Но ведь ты тоже пострадал.
Чего Эмилия хочет? Чтобы я вслух сказал о том, что знаю про Веберов и Юдалл, что мне тоже интересно, зачем Муррей организовали взрыв? Нет, милая леди, не дождётесь.
— Но вы ведь узнаете, что произошло на самом деле? — я перестал жмуриться на солнце и снова взглянул на неё.
Эмилия кивнула.
— И кстати, я приглашаю вас на официальную встречу, хочу вместе с отцом или Мартином обсудить детали нашей помолвки с Грейс. Вы, кажется, были не против?
Конечно, она не против. Я прекрасно понимаю, что Эмилия не будет просто покорно плыть по течению, она будет делать всё для собственной выгоды, и за это её даже можно было бы уважать, если бы не память о том, что делали Ноксы в той моей жизни.
— Когда назначим встречу?
Эмилия даже с некоторой радостью переключилась на новую тему, её напрягало говорить о Муррей и осознавать, что я оказался не просто чуть обнаглевшим отпрыском Айонов.
— Сегодня я вернусь домой и переговорю с отцом, потом вам пришлют приглашение. Мы же обо всём договорись, Эмилия?
Я улыбался настолько доброжелательно, что госпожу Нокс, должно быть, передёрнуло где-то внутри. Но меня это совершенно не волновало. Она расскажет мне о Муррей. Просто не сможет не рассказать, потому что понимает, либо коалиция сожрёт её, либо она найдёт поддержку у Айонов.
— Договорились. Тебя проводить, Неро? — она встала с плетёного кресла.
— Нет, — я канул головой, — мне бы хотелось увидеться с Грейс.
Эмилия недолго помолчала, но кивнула и сказала, что сейчас её позовёт. Я проводил госпожу Нокс взглядом и сполз по спинке кресла так, чтобы на лицо снова падали солнечные лучи. Хорошо. Как же приятно было видеть в глазах Эмилии растерянность и попытку быстро собрать воедино картинку, а потом составить план действий. Теперь, так или иначе, она будет вынуждена играть по моим правилам, и даже если попытается переиграть… Что же, на её месте я бы тоже пытался.
.
С Грейс я пробыл совсем недолго, и болтая ни о чём. Она рассказала, что решила помочь Аврил найти опекуна при помощи своего дядюшки. На вопрос ей-то это зачем, сказала, что раз «сироточка» так для меня важна, то она примет её в моей жизни и даже будет помогать.
На новость о том, что я пригласил её мать на переговоры она отреагировала хитрой улыбкой — девчонка и правда думала, что она сыграла в этом немаловажную роль.
Чуть позже я вызвал в поместье Ноксов своего водителя. Сегодня ещё желательно было явиться хотя бы на половину занятий в школе и на тренировку. Я понимал, что остаюсь в этой временной линии уже насовсем, и когда улажу дела с родом, жизнь вернётся в обычное русло — мне всё равно нужно отучиться, чтобы не терять престижа, мне всё равно нужно будет отстаивать своё положение в этом обществе.
Я был доволен тем, как прошло утро, но в душе металось неясное предчувствие, будто этот день будет не таким уже и простым. Я пялился на пролетающий за окном пейзаж и старался хоть ненадолго освободиться от роящихся мыслей.
 
.
В поместье было необычно тихо, я не стал узнавать у камердинера куда все подевались, и напрямую пошёл к комнатам отца. Несмотря на всю ситуацию, я не мог просто игнорировать его состояние. Наш конфликт никуда не делся, но почему-то я стойко понимал — это было не просто так.
Неизвестная болезнь отца не какое-то совпадение, это следствие изменений в пространстве-времени. И если в той жизни ему было суждено умереть после всего случившегося с нашим родом, то сейчас… Либо это должно было случиться так или иначе, либо я ещё могу это исправить.
Хесс дежурил у главной спальни отца, он сидел в кресле и просматривал какие-то записи. Целитель Айонов был опытным и сильным, но всё, что ему сейчас оставалось, похоже, только поддерживать состояние отца.
— Пропустите меня, — я остановился рядом с ним.
— Проходите, юный господин, я не буду вас задерживать, — Хесс поднял на меня усталый взгляд. — Отец хотел вас видеть.
— Вы ничего так и не выяснили?
— Нет, увы, я бессилен. Господин Айон отказался ехать в госпиталь, отказался от полного обследования. В нём, кажется, угасает самое желание жить.
Целитель тяжело вздохнул и вернулся к просмотру записей. Я толкнул дверь и вошёл в спальню. Тяжёлые шторы были задвинуты почти наглухо, горел торшер на тумбочке рядом с кроватью, откуда-то тихо лилась еле слышная музыка.
Отец, полусидя читал что-то в свете торшера, натянув одеяло по самую грудь. Мне показалось, что он постарел на несколько десятков лет — длинные волосы сейчас были собраны не в тугой хвост, а беспорядочно рассыпались по подушкам, на лбу залегли глубокие морщины, лицо осунулось. А он ведь совсем ещё не был стариком.
— Здравствуй, папа, — как-то неожиданно для себя произнёс я.
— О, Неро, — он поднял на меня взгляд и снял очки. — Я давно хотел, чтобы ты зашёл.
— Прости, не было времени, — я подошёл ближе к кровати.
Отец и правда выглядел безумно уставшим и ещё более рассеянным, чем в тот день на Совете.
— Что-то мне не здоровится. Знаешь, я очень устал…
— Скажи, ты ничего подозрительного не замечал? Странное поведение прислуги или кого-то из родных? — я стоял, заведя руки за спину, что-то не давало просто расслабиться.
— Нет… Всё было в порядке, но вот… Знаешь, я уже готов поверить в существование проклятий, — отец слабо рассмеялся.
— Ты обязательно поправишься. Мы допросим прислугу. Я потребую допросить всех и узнаю, кто предал Айонов, — мой голос прозвучал зло и холодно. Наверное, не это сейчас хотел слышать отец.
— Ох, Неро. В твоих руках Айоны будут в безопасности, — он улыбнулся. — Прости, что был слаб. Я лишь верил, что добродетелью можно победить врагов и установить мир.
— Иногда этого недостаточно, увы, — выдохнул я. — С тобой всё будет в порядке.
— Мне почему-то так не кажется. Я уже передал Мартину, что в случае моей смерти он примет на себя обязанности временного главы рода, а дальше…
— Неужели ты совсем не хочешь бороться?
Внутри меня снова возникло старое чувство — то самое, что я испытал, когда отец покончил с собой в прошлой жизни. Позволил нам угаснуть, оставил нас всех, как трус и эгоист. Я лишь чуть стиснул зубы и сжал кулак за спиной. Отец молчал, всматриваясь в моё лицо почти погасшими глазами с фиолетовым отливом.
— Ты стал совсем другим, сын. Я больше не узнаю тебя.
— Я тоже не узнаю тебя, отец, — процедил я сквозь зубы.
 
— Не держи на меня зла, прошу, — он отложил свою книгу и протянул мне руку.
Я поколебался несколько секунд, но всё-таки снял перчатку с правой руки и взялся за его ладонь. Взгляд отца упал на стигмы, и он улыбнулся, поняв, что моя сила достигла уровня второго ранга.
— Ты становишься всё сильней. Я прошу, не дай гневу захлестнуть и погубить тебя.