Зеркала и галактики (СИ)

– Потому что он выкинул бы Рея из «камеры» и лег в нее сам, – со злостью объяснил капитан. – Израэль, Джон!
Сильвер и Хэндс выбрались из кабины. С виду – оба спокойные, собранные.
– Мэй! – позвал мистер Смоллет. – Дэвид!
Навигатор покинул салон, следом появился Рейнборо. Хэндс протянул ему тоник. Пилот пригубил и вернул банку:
– У меня тут целая река. – Он улыбнулся: – Удачи, ребята. Поменьше грязи.
– Приходи уборщиком. Дэвид! – гаркнул Хэндс во все горло.
Доктор Ливси с лучеметом как сквозь землю провалился. Далеко он уйти не мог – за каким-нибудь кустом схоронился. Космолетчики переглянулись.
– Рей, – мистер Смоллет обнял своего бывшего старшего пилота, – прости.
– Прощаю, – сказал Рейнборо.
– Дождись, – попросил наш капитан.
– Постараюсь. Бегите.
– Дэвид, дождитесь! – крикнул мистер Смоллет.
И мы побежали. Прочь от глайдера на берегу реки, от сквайра Трелони в «камере жизни», от умирающего пилота, от доктора Ливси.
Под ногами хрустели мелкие камешки. Почему не я остался с Реем? В голову не пришло. А доктору пришло…
– Александр! – догнал нас отчаянный крик. – Вернитесь! – Доктор Ливси махал нам, подавая какие-то знаки.
Мэй сунул Хэндсу «стивенсон»:
– Подержи.
Мы помчались дальше, а навигатор пустился назад.
Когда оглянулись, Мэй как раз добежал до глайдера. Рейнборо ему что-то дал, и навигатор повернул обратно.
Мы перешли на быстрый шаг.
– Подарок от Рея, – нагнавший Мэй вручил капитану кнопку связи на липучке и забрал у старшего пилота «стивенсон».
Мистер Смоллет поднес передатчик ко рту.
– Крис, ответь мне. Да, да. Бежим. Дэвид остался с Реем. До связи. – Он прилепил кнопку себе на ключицу. – Ребята, нас выручат только ноги.
Мы бежали. Сначала через пустошь, затем вдоль подножия горы, где скрежетала каменная осыпь, потом через полоску джунглей. В джунглях Мэй велел снизить скорость и придержать дыхание; счастье, что джунгли вскоре оборвались. Мы перемахнули через ручей, вскарабкались по крутому склону холма и помчались вниз по другому склону, пологому и ровному. Пересекли мшистое болотце; напитанный водой мох с россыпями красных ягод чавкал и хлюпал. Раздавленные ягоды были похожи на капли свежей крови.
С неба спикировал разведзонд – точь-в-точь обкатанный морскими волнами камешек. Зонд сделал петлю вокруг каждого из нас, заглянул в лицо. Глаз у малютки было незаметно.
– Да, слушаю, – отозвался на вызов по RF-связи наш капитан. И заверил: – Джон добежит.
Кто беспокоится о Юне-Вэл? Мистер Эрроу, не иначе. На борту «Испаньолы» он один знает, кто такой Джон Сильвер. Я посмотрел: сильная, тренированная Юна рысила не хуже Тома.
Однако лисовин начал уставать. Слишком много на него свалилось. Сначала Чистильщики оглушили, чтобы взять в плен, затем Том побывал в лапах у перьевика, потом Хэндс забрал энергию, а после этого помощник Бена Гана саданул из станнера. Приотстав, я наблюдал за лисовином и Юной. Точно: оба устают.
– Сколько до цели? – спросил я у зонда.
Мистер Смоллет получил с «Испаньолы» ответ на вопрос.
– Семнадцать километров. Сто тридцать две минуты до старта.
Успеем.
Я поднажал и догнал Тома.
– Держись.
– Держусь.
Хэндс хлопнул Сильвера по спине.
– Не надо, – выдохнул «бывший навигатор». – Я сам.
Сам – не сам, но он прибавил ходу.
Зонд пристроился у капитана возле виска и так летел с минуту, затем перебрался к Сильверу, а после него – к Тому. Чего хотят на «Испаньоле»? Слушают дыхание, пытаются понять, на сколько нас хватит?
– Добежим, – шепнул я, когда зонд прибыл ко мне.
Он ткнулся мне в плечо, будто желал подбодрить, и перелетел к Мэю. Навигатор отмахнулся, как от надоедной мушины, но разведчик точно прилип к его крепкой шее. Кожа была мокрой от пота; зонд висел возле сонной артерии.
– Слушаю тебя, – мистер Смоллет прижал кнопку связи. – Понял. Шагом, – велел он. – Отдыхаем.
Под ногами шуршала жесткая трава, острая, как резак. Лисовин неосторожно коснулся длинного коричневатого листа – и отдернул руку. Пальцы пересек наливающийся кровью разрез.
 
– С-собака, – выругался Том.
Отдохнули и снова пустились бежать. Гуськом, шаг в шаг, сберегая силы. Первым рассекал траву Мэй, за ним – Хэндс, следом я, Том и Сильвер, и наконец мистер Смоллет, который присматривал за нами за всеми.
Зонд вырвался вперед: на «Испаньоле» изучали путь, который нам предстоял. Затем Крис Делл что-то посоветовал; капитану совет не понравился, но он уступил.
– Мэй, левее.
– Там дальше, – возразил навигатор.
– Левей!
Мэй подал влево. Трава здесь была пониже, и дорога пошла под уклон. Бежать стало легче; мы прибавили скорость. Вот и славно. Так и доберемся…
– Стой! – вдруг рявкнул наш капитан.
Затормозили на всем ходу; Том наткнулся на меня, на него налетел Сильвер. Мэй вскинул «стивенсон». Стрелять было не в кого – один разведзонд кружил впереди, изучая землю.
Мистер Смоллет обогнал нас и остановился возле навигатора.
Зонд пронесся туда-сюда над широкой прогалиной. Сплошь серый песок со скудными пучками резак-травы. Трава была хилая, и прогалина мне не понравилась.
– Назад, – приказал мистер Смоллет.
– Алекс! – возмутился Мэй. – Что за…
– Это – к Крису. Под коркой зыбун… Да, слушаю тебя. Ну, ты нам удружил. Понял, спасибо.
Зонд полетел вдоль проплешины, указывая дорогу. Мы ринулись дальше – чуть-чуть на подъем. Ноги отлично его ощутили. Врагу не пожелаю бегать вверх по склону.
Том тяжело дышал; сквозь биопластовую шерсть просачивались капли пота и скатывались по изуродованной маске. Вдруг лисовин споткнулся на ровном месте, мне пришлось его подхватить. С десяток метров я тянул Тома за собой, потом он вырвался.
– Не надо… я уж… как-нибудь, – хрипло выдыхал он слова.
У Мэя подвернулась нога; он чуть не шлепнулся. Хэндс забрал у него оружие. Нелегкая штуковина – штурмовой «стивенсон». Пилот с усилием закинул его за спину.
Разведзонд вел нас, то улетая вперед, то притормаживая и поджидая. Проклятая трава делалась выше и гуще. К счастью, она скользила по одежде, не разрезая ткань.
– Крис, расстояние и время, – потребовал мистер Смоллет у зонда. – Понял. Пятнадцать километров и сто десять минут.
Я посчитал; отлично бежали – по клятой траве, да еще зигзагами. Но предстоит почти вдвое больше, а скорость мы не удержим.
Стиснув зубы, рвались вперед.
– Александр, прикажите бросить оружие, – задыхаясь, попросил «бывший навигатор».
– Нет.
На что нам тяжеленная хреновина? Чистильщиков пугать? Коли за нас возьмутся всерьез, «стивенсон» не спасет.
Я понял, зачем нужна хреновина, когда Том поскользнулся на склоне холма, который мы пересекали наискось. Лисовин хлопнулся плашмя и укатился вниз – по камням и скользкому мху, похожему на размазанный яичный желток. Не так уж далеко Том и катился, однако подниматься не спешил. Приложился головой? К нему устремился разведзонд.
Мы остановились, Хэндс достал из-за пазухи банку с остатками тоника.
– Каждому по глотку, – он протянул банку Сильверу.
– Том! – крикнул мистер Смоллет. – Цел? А ну вставай!
Лисовин начал медленно подыматься.
– Юнга, шевелись, – приказал капитан и ответил на вызов с «Испаньолы». – Понял. Ч-черт…
Том сел на пятки, упираясь ладонями в яично-желтый мох. Худо ему, бедолаге. Меня самого поташнивало, а я куда выносливей.
– Иди вдоль склона, – велел Тому мистер Смоллет, принимая у «бывшего навигатора» тоник.
Лисовин не тронулся с места.
– Я спущусь? – предложил Мэй.
– Не надо. Сам пойдет. – Мистер Смоллет глотнул тоника и отдал мне. – «Стивенсон».
Хэндс передал ему оружие. Капитан направил ствол на Тома.
– Юнга, считаю до трех. Пошел! Раз.
Том завороженно глядел на нас снизу вверх.
– Два, – объявил мистер Смоллет.
– Том, вставай! – крикнул я, порядком тревожась.