Зеркала и галактики (СИ)
– Это наша работа. Я должен вернуть домой тебя и Тома… и остальных.
– Нет. Не такой ценой. – Я побрел к кабине.
– Стой. – Коснувшись, второй помощник мгновенно отнял все силы, что я успел накопить, пока спал. – Джим, это не тебе решать.
Я повалился на сидение. Сквозь открытую дверь увидел в кабине Рейнборо. Его опять вызывали:
– Борт «Испаньола»-02, ответь борту 01. Вы живы?
Хэндс торопится. Везет Юну-Вэл, не ведая, что ее тут ожидает. Ничего они с Деллом не успеют, планета не даст и пальцем шевельнуть. Не смогут же они сидеть в той норе сутками. А чуть только высунутся наружу… От сознания собственной беспомощности перехватило горло.
– Борт 02, если вы живы, я вас сейчас убью.
Хэндс чувствует, что это ловушка. Израэль, поворачивай назад, назад!
Рядом с нашим стоит глайдер Делла; ему тут не место. Израэль, задумайся, встревожься. Ради всего святого, спаси Юну-Вэл…
На фоне зеленоватых облаков мелькнул его глайдер. Хэндс не ринулся вниз очертя голову, а сделал круг над нами, присматриваясь, оценивая обстановку. Из второго глайдера вылез Мэй. Он сделал несколько неверных шагов, волоча за собой «стивенсон», и рухнул ничком, словно тяжело раненный.
С посвистом, от которого я невольно сжался, глайдер опустился на траву. Дверь кабины открылась, и выскочил Хэндс – в маске, но без защитного костюма. Один.
Взвился с земли Мэй, нацелил «стивенсон» в ноги сбежавшему пилоту.
– Стоять, – сказал он дружелюбно. – Дезертиров сегодня лишают сладкого. Где Сильвер?
Великолепные черные брови Хэндса сдвинулись. Не шевелясь – со «стивенсоном» и Мэем шутки плохи – он обвел взглядом оба глайдера, всмотрелся в вышедшего из салона Криса Делла, в вылезшего из кабины Рейнборо. Не поворачивая головы, скосил глаза на чернеющую среди травы нору.
– Сдаюсь, – пилот невесело усмехнулся. – Однако зря вы это затеяли, ребята.
– Где Сильвер? – повторил Мэй.
Быть может, Хэндс не взял с собой Юну-Вэл, чтобы не подвергать опасности? Пилот молчал. И от его тяжкого молчания сердце сжималось в ледяной комок, и становилось трудно дышать. Не знаю, какая сила вынесла меня из глайдера; я чуть не упал, запнувшись о порожек.
– Там, – сказал Хэндс. – В салоне.
Он это мне сказал, и я пошел, хотя еще минуту назад стоять не мог от слабости. А сердце сжималось все больше, превращаясь в острый ледяной осколок, взрезавший мне грудь изнутри.
– Джим, – Хэндс посторонился, потому что я шел прямо на него, – я сделал, что мог. Без толку.
Глава 5
Рванувшийся с места Делл успел в глайдер вперед меня, и несколько мгновений я его за это ненавидел. Потом забрался сам, увидел пустой салон и решил, что Хэндс меня обманул. Но прошедший в конец салона второй помощник со стоном выругался, и я понял, что пилот сказал правду.
«Бывший навигатор» лежал в кресле, повернув голову набок. На нем был защитный костюм, сливающийся цветом с серой обивкой салона, и видна была лишь незакрытая часть лица: твердые губы, четко вылепленный подбородок, прямой нос с хищным вырезом ноздрей. Делл поднес руку к его приоткрытым губам.
– Дышит.
Я снял с Сильвера капюшон. Лицо казалось безмятежным и юным, как я уже видел, когда он умирал на «Испаньоле». Зрачки реагировали на свет, но он ничего не видел. Или не хотел видеть.
Глаза без цветных линз были серо-зеленые, луговые. Глаза Юны-Вэл. Я нагнулся, пытаясь погрузиться в них, исхитриться и попасть на ее туманный росистый луг. Глаза слепо смотрели мимо меня.
– Крис, уйдите, – попросил я, и он ушел, напоследок коснувшись ладонью спины и чуть-чуть добавив сил.
Я дождался, пока закроется дверь в салон.
– Юна, прости.
Она не слышала. Или не желала прощать.
– Я люблю тебя.
Ей было все равно.
Я притронулся пальцами к ее покрытой биопластом щеке; щека была теплой.
– Юна, любимая моя… Прости.
Просить прощения было не за что, и моя любовь ей была не нужна.
В груди резануло. Если Остров Сокровищ и Чистильщики хотят моей боли, пусть возьмут. Пускай упьются допьяна, подавятся, захлебнутся. Но пусть они вернут мне Юну-Вэл.
Юна, вернись. Единственная моя. Чужая. Недоступная. Не простившая. Любимая. Вернись, Юна, пожалуйста. Пожалей Израэля. Вернись к мистеру Смоллету. Он помнит тебя. Ты только вернись, и все будет хорошо. Юна, любовь моя, жизнь моя. Я не умею просить, я плохо прошу. Мне еще не так больно, как нужно. Я еще не кричу, раздирая горло, от нестерпимой муки. Пусть будет так больно, чтобы я закричал. Юна, я умру за тебя, если надо. Пусть я умру от боли. Но ты – ты вернись…
Снаружи раздался дикий вопль. В небе полыхнула вспышка, грохнул взрыв, от которого вздрогнул глайдер. Я прикрыл собой Юну-Вэл. Нового взрыва не было, а нечеловеческий вопль перешел в поток неистовой брани. На грани истерики орал прежде невозмутимый Мэй. Неужели он недосмотрел, и кто-то пальнул из его «стивенсона»?
Я выпрямился и провел рукой по глазам. Сухие. Не умею я плакать. И просить не умею. Не получилось вернуть Юну-Вэл. Будь оно проклято…
Мне хотелось поцеловать ее, но настоящее лицо Юны было скрыто биопластом, а коснуться губами лица Джона Сильвера я не мог.
– Юна, прости меня.
Она молчала, и я вышел из глайдера.
Здесь Крис Делл обнимал Мэя за плечи, а навигатор прижимал к груди «стивенсон» и виновато твердил:
– Гадость… Ну гадость же.
– Что случилось? – спросил я у стоящего рядом Хэндса.
– Мэю в небесах что-то привиделось. Он и саданул в белый свет.
– В черное, – возразил навигатор. – Там была черная гадость.
– Твои штучки? – прищурился на меня Хэндс. – Ты у нас спец по галлюцинациям.
Я помотал головой. Иллюзию краккена мы сотворили вместе с Юной-Вэл, а сейчас… сейчас я просил кого-то о смерти, но не получил ничего.
На глаза попался напуганный взрывом Том. Лисовин озирался, со сна не соображая, откуда взялись лишние глайдеры и что вообще происходит.
– Джим, друг, что стряслось? И где сквайр?
Я огляделся. Ни мистера Трелони с охраной, ни доктора Ливси.
– Ушли в парк искать сокровища, – объяснил Рейнборо, пытаясь изъять у Мэя оружие. – Дай подержать. Я верну.
Навигатор лишь крепче прижимал «стивенсон» к груди и бормотал:
– Мерзость какая… Совершенно отвратная гнусь.
Посчитав, что Мэй уже вменяем, Делл отпустил его и двинулся к лазу в подземелье. Не сидеть ему там с Юной-Вэл, не конструировать новый «Щиток»… Высокий, всегда подтянутый второй помощник ссутулился, остановившись у норы, понурил голову. Его темно-рыжая шевелюра и та потускнела. Или это седина, которой раньше не было?
– Я свободен? – спросил Хэндс у Рейнборо, который наконец отнял «стивенсон» у навигатора и повесил себе на плечо.
– Да, – отозвался бывший старший пилот. – Прости.
– Прощаю.
– Поменьше грязи, – сказал я, проглотив ком в горле.
– Приходи уборщиком. – Хэндс зашагал к своему глайдеру.
Я больше не увижу Юну-Вэл. Хэндс так и будет возить ее с собой. Она в RF-коме, а из комы выводят, лишь когда отключена RF-тяга. На Острове Сокровищ всюду RF. Кроме той норы, где жить невозможно.
Я отвернулся и побрел к Деллу. Как и я, он надеялся на помощь «бывшего навигатора», и теперь ему тоже было плохо. Он так и стоял над норой, которая не пригодилась.
– Крис, спуститесь вниз. Хоть ненадолго.
Я ожидал, что он будет совершенно убит, но Делл неожиданно улыбнулся.
– Уже полегчало. То ли место хорошее, то ли… – второй помощник не договорил, встрепенувшись.
Среди древесных стволов показался охранник мистера Трелони с лучеметом. Лучемет он держал так небрежно, словно всю жизнь с ним ходил. Следом торопился взволнованный сквайр. Оба были в масках, но волнение мистера Трелони сквозило в его суетливых движениях.
– Джойс, вы не туда идете. Нам нужно гораздо правей.
– Да, сэр. – Джойс выходил прямиком на нас с Деллом.
Тут и сквайр нас заметил, прибавил ходу.