Зеркала и галактики (СИ)
– Черт с ними, ублюдками. Растолкуй, что мне понадобилось от Кэтрин.
– На суде Элана спрашивали: могло ли вызвать твой интерес что-нибудь из ее украшений? Поскольку ты – эксперт по драгоценным камням. Элан заявил, что Кэтрин не носила дорогих ювелирных изделий; перечислил все: эмалевые серьги и перстень, ожерелье из камня, обручальное кольцо и часы со стразами в браслете.
– Ожерелье.
– Оно самое. Скорее всего, мать Элана подарила ожерелье Кэтрин к свадьбе, а ей оно осталось в память о любовнике-эланте. И когда Кэтрин проходила рядом, минерал свел тебя с ума. Ты очумел от элитного талисмана в теткином шкафу, а в ожерелье камня куда больше. Ты бросился на Кэтрин, желая добраться до минерала; вы вдвоем упали на каменистую землю, она отбивалась, ударилась головой. Вот и вся история.
– По-твоему, Кристи это понимал?
– Еще бы. А Элану ты рассказал во сне.
– То-то он взбесился, когда я заикнулся про Кэтрин возле могилы. Но зачем он врал, будто я не виновен?
– А ты бы назвал его виновным в гибели группы?
– Ну… непредумышленное, случайное убийство.
– Или несчастный случай. Отвечать за который должны Максвеллы, заславшие сюда вас обоих.
– Но Кэтрин…
– Ты намеревался ее убить? Ты мог владеть собой в ту минуту? Нет. Ты вообще не знал, что можешь быть для кого-то опасен. Никто не удосужился предупредить.
– То бишь не знал, не предвидел и предвидеть не мог, – горько подытожил Ленвар. – Признан невиновным за отсутствием состава преступления.
– Не язви.
– Да я ничего… Господи, – он посмотрел себе на ладони. – Этими самыми руками…
Таури подал ему новый леденец. Ленвар взял, благодарно кивнув.
С минуту они молча шагали по тропе, затем демон снова заговорил:
– Будем играть в детективов дальше?
– Нет.
– Командир, я уже сожрал столько успокоительного…
– Нет.
– …что того и гляди засну на дороге. Объясни, почему Кристи утаил…
– Нет! – рявкнул спасатель.
Ленвар со стоном потер лицо.
– Да я все равно догадался. Я ж его пытал, кто расправился с родителями. Он прямо сказал: Ленвар. А потом не выдержал, добавил: «Старший». И тетка туда же – дескать, папаша был безумен, про это надо забыть…
– Твою тетушку я бы поставил к стенке рядом с Максвеллами, – заметил Таури. – И Кристи в придачу. Она хотела сохранить тебя, Кристи желал сохранить ее – а в итоге оба не почесались, чтобы не допустить нового убийства.
– А я еще ездил в дом на озере, пытался вспомнить убийцу. Даже видел его!
– Хочешь знать, кого ты видел?
– Командир, ты, часом, сам не демон?
– Ничуть. Просто у меня есть здравый смысл и кой-какое образование. Зная, что ты наполовину эланте, объяснить события не так уж трудно.
– И как ты объясняешь?
– В шкафу, который стоит в родительской спальне, две полки пусты – Кристи отвез барахлишко Арабеллы безутешной сестре. Полки эти внизу. Ты еще сам удивлялся: ведь шерифу при его росте следовало бы орудовать поверху. А он забрал то, в чем рылся маленький Ленни, когда его застукала мать.
– Мать? Я же вспомнил кого-то огромного, страшного.
– С разинутым ртом и выпученными глазами – да. Видел ее ты иначе, а вспомнил такой. Поскольку ожидал, что вспомнишь убийцу – чужого, огромного.
– Ну ладно, пусть. Но почему я их?…
– Представь: ты маленький. Шестилетний шалопай, который сунул нос в родительский шкаф. Влетает матушка: «Ах, паршивец, все раскидал, собирай сейчас же!» А ты мертвой хваткой вцепился в сувенир от звездного пришельца; попробуй, отними. Мать попробовала. И отняла, и кинула назад, потому что «талисман» вновь оказался среди ее вещей и затем переехал к тетке.
– И тогда я ее – об стену… а отца – тяжеленным светильником? А затем удрал из дома и опять же ни черта не помнил?
– Да, Заяц. Ты – полукровка-эланте, и силы в тебе таятся невообразимые.
Ленвар застонал.
Впереди показались глайдер и громада спасательного катера. Мишель с Юлькой и двое космических волков уже скрылись из виду.
– Командир, скажи: что мне делать?
– Для начала – пойти в дом и отлежаться. Это приказ.
– А потом?
– Все вместе грузитесь на Юлькину яхту и отбываете на Кристину.
Ленвар растерялся.
– А ты?
– А я возвращаюсь на «Каскад», – холодно объяснил комгруппы.
– То есть… т-ты меня ост-тавляешь им? – Ленвар начал заикаться – настолько он был ошеломлен.
– Мои приказы выполняются без обсуждений, – обрубил спасатель.
– С Кристины меня отправят к Кесуоки.
– Если сперва не засудят за многократное убийство; в качестве Элана Ибиса. Шагай; скоро стартуем. – Вопреки безжалостным словам, Таури смотрел на Ленвара с сочувствием. – Иди, ложись. – Он завел демона в дом, проследил, чтобы тот зашел в комнату, вернулся на крыльцо и кликнул: – Мстислав!
Космический волк вывернул из-за угла.
– Слушаю тебя.
– Где мадам Вэр?
– Пошла к могилам. Что скажет спасательная служба насчет обеда?
– Никакой жратвы. Через полчаса – на крыло и на космодром. И вон с Изабеллы.
– Ясно.
– А сейчас будь другом: Элан в третьей комнате справа. Пригляди, как бы чего с собой не сотворил.
– Даже так? – Мстислав взбежал на крыльцо. – Ты заберешь его с собой?
– Его возьмешь на борт ты. Живей.
Космический волк исчез в холле, а Таури двинулся в обход катера к тропе на Двадцатый Приют.
Здесь были Юлька, Мишель и Даник. И две могилы с обтесанными столбиками в изголовье. Выведенные рукой Мишель имена: Майк Эри и Ленвар Техада. Юлька стояла на коленях возле второй могилы и убирала ее цветами. На спасателя она демонстративно не взглянула.
Таури повернулся к державшейся поодаль версане:
– Пойдемте, соберем цветов для Майка.
Мишель безропотно тронулась с места, вышла на тропу. Цветов было полным-полно: крупных, ослепительно-ярких, какие растут в горах. Версана принялась рвать тугие стебли.
– А еще есть обычай брать немного земли с могилы, – заметил спасатель, глядя на ее вздрагивающие, ставшие неловкими руки.
– Я уже взяла от обоих. Таури, – Мишель подняла лицо, – о чем вы говорили с Эланом?
– Если он захочет вам рассказать – выслушайте.
– Не захочет, – шепнула она, и глаза стали влажными. – Он меня больше не любит.
– Это пройдет. Мишель, у меня к вам просьба. Через полчаса Мстислав увезет вас всех на космодром и стартует на Кристину. Послушайте внимательно: ни до, ни после старта ничего не есть. И что бы ни случилось, не оставляйте Элана одного.
Она поморгала с горестным недоумением.
– Может случиться что-то еще? Куда же больше?
– От Элана ни на шаг, – веско повторил спасатель. – И никаких обедов-чаепитий. Это приказ.
– А вы куда?
– Возвращаюсь на «Каскад».
Она резко выпрямилась.
– Вы нас бросаете?
– Прощайте. – Таури развернулся и зашагал к площадке. Остановился возле Юльки и Даника. – Мадам Вэр, ваш пилот получил распоряжение через двадцать пять минут покинуть Приют. Он возьмет на борт мадам Вийон и господина Ибиса. А я вас покидаю сейчас. Всего хорошего. – Не дожидаясь ответа, он ушел в дом.
Отворил третью от холла дверь, заглянул в комнату. Ленвар ничком лежал на постели; сидевший в кресле Мстислав встрепенулся. Таури постучал ногтем по часам на руке, получил согласный кивок и закрыл дверь. На Приюте в нем больше не нуждались.
Он посадил катер на плато возле яхты. Учитывая разницу в скорости катера и глайдера, спасатель опередил Мстислава минут на тридцать – вполне достаточно для того, что он намеревался предпринять. Таури спрыгнул на хрусткое каменное крошево и со штатным радиопередатчиком в руке побежал к сияющей под солнцем яхте. На душе было паршиво: все его спасательское нутро возмущалось тем, что из-за него, командира спасгруппы, пострадают люди. Однако швырнуть несчастного демона на Кристину он просто-напросто не мог.
Согласно правилам, все пассажирские и грузовые суда оборудованы системой аварийного доступа: если на борту случится пожар или, к примеру, произойдет разгерметизация корпуса, спасатели должны иметь возможность без помех проникнуть внутрь.