Демон во дворце (СИ)
И снова пауза. На мой вопрос она, по сути, не ответила, потому я снова ждал. Криста вообще была склонна к длинным вступлениям, но всегда добиралась до сути, пусть и извилистыми путями.
Пауза затягивалась, и решил её подтолкнуть.
— И ты решила, что замуж возьму тебя я? — Постарался, чтобы вопрос звучал необидно, но я действительно не собирался связывать свою жизнь с ней. И сразу же предупредил её, но она тогда отмахнулась. — Или ты хочешь, чтобы я стал твоим меценатом? Тебе придётся ждать, пока я стану бароном и вытащу баронство из долгов.
— Скажи, а что значит «мейлу»? — Вопрос был из разряда неожиданных. Это она явно про Наталину спрашивает, которая без возражений отпустила нас, когда я честно сказал, что мы вдвоём идём ко мне в комнату.
— В переводе это значит «проверяющая, правильный ли выбор она совершила». Так называют тех девушек, которые хотят стать жрицами какого-то бога и проверяют, подходит им этот бог или нет. Они служат этому богу, но жрицами не являются, могут уйти в любой момент, если разочаруются в выборе.
— И какого бога проверяет мейлу Наталина? — Удивилась девушка.
— Меня. — Засмеялся я, чтобы Криста сразу поняла — это шутка. — Она говорит, что я какой-то бог, какой, она не знает. Но она ошибается, я простой баронет из захолустного баронства Летоно.
— А я могу стать твоей мейлу? — Возбуждённо попросила она. Ещё и взгляд просительный сделала, стараясь заглянуть мне в глаза.
— Чего? — Смотреть в глаза той, что головой лежит на твоей груди, очень сложно, но я искренне попытался. Я искал там насмешку, но не увидел. — Я же сказал, она ошибается!
— Нет, она права. — Кажется, эта мысль захватила её. — Бог — это тот, которому ты даришь своё поклонение, а он тебе помогает и защищает. Я прекрасно её понимаю, ты как раз такой. Я хочу быть твоей мейлу! Теперь ты — мой бог! А как называется та, которая уже проверила и решила?
— Давай, ты не будешь торопиться с этим.
Говорить, что её мысль — глупая, не буду, бесполезно. Отлично знаю, что женщины — рабы эмоций. Сегодня они принимают какое-то решение, его и кувалдой из неё не выбить, а завтра о нём вполне могут пожалеть. Сколько раз такое было. Ещё и виноватым тебя сделают: «Ах, почему ты меня не отговорил?». Или «я такая вся правильная, а ты взял и меня соблазнил», забывая, как пьяная плюхнулась ко мне на колени в баре и сама полезла целоваться.
Особенно этим страдали замужние. Утром каждая вторая собиралась уйти в монастырь, грех измены замаливать. Через день-другой такая «монашка» звонит и спрашивает: «Когда повторим?».
— Я не передумаю. — Твёрдо заявила она, и ударила меня своим кулачком по груди. Мне стоило больших трудов не охнуть от такого проявления эмоций. — Не смей говорить, что я непостоянная, я не такая!
— Да-да. — Тут же согласился я с ней. — Ты постоянная в своём непостоянстве.
Видимо, не собираясь спорить с этим заявлением, она вернула голову мне на грудь и продолжила спокойным голосом:
— Когда ко мне обратилась леди Таиселла с предложением пойти к тебе сопровождающей, я её не поняла. Сопровождающая — это идти на бал вообще без выбора, её могут сразу утащить на диван, она и слова не может сказать, она уже заранее согласилась. А сейчас я знаю: она права. Она когда-то считалась лучшей свахой, пары, соединённые ею, очень редко были несчастливы вместе. И она мне сказала: «Криста, тебе нужен не муж, тебе не нужен меценат. Тебе нужен защитник. Смотри: вот тот, кто за свою женщину готов драться с десятью противниками. Драться и победить. Получи от него платок, и ты будешь защищена всегда, пока он жив». Она действительно права. Ты не побоялся, ты вышел против принца, и победил его, отвоевал меня, я сама это видела! Их там было даже больше, чем десять, такое мог только бог совершить!
— Так ты же была моей сопровождающей, я был обязан тебя защищать. — Напомнил я, не собираясь спорить с её истинно женской логикой. Ей сейчас всё, что угодно будет казаться подтверждением её теории.
— Правильно. — Кивнула Криста, поелозив своим ухом по моей груди. — Она сразу сказала, что ты не возьмёшь меня замуж, но вот в фаворитки точно возьмёшь, если платок отдашь. А сопровождающей один платок достаётся всегда. Правда, не всегда первый. А я хотела именно первый, чувствовала, что, если ты его кому-то отдашь, то всё.
— Что «всё»?
— Всё «всё»! — Решительно заявила она. — На меня ты потом даже не посмотришь. Ты легко вызвал виконта на дуэль, и он испугался! Я видела, как он извинился, хотя раньше думала, что он этого никогда не сделает. А тут ты решил меня уступить этому слюнтяю, де Рамье? И после такого ты спрашиваешь, почему я выпрашивала платок? Мы ещё не вошли в зал, а я уже была уверена, что для такого мужчины, как ты, я сделаю всё, что угодно! Ты — мой бог!
— А почему леди Таиселла вдруг решила заняться твоей судьбой? — Решил я уйти от скользкой «божественной» темы.
Меня больше напрягал вопрос, почему эта сваха решила заняться моей судьбой, но тут и так понятно, что явно с подачи одного магистра земли. И то, что Бели, оказывается, так много про меня заранее рассказал, мне тоже не нравилось. Это не тайна, но рассказывать каким-то свахам? Кристе предложили роль моей сопровождающей, когда сама Таиселла меня даже ещё не видела.
— Её мама попросила. Мой отец и муж леди Таиселлы когда-то дружили, но потом отец погиб, и мама уехала, оставив меня в столице. А я, дурочка, решила, что сама взрослая, никто мне не указ. А что: совершеннолетняя, свой дом в границах второй стены, деньги мама присылает. Осталось только мужа найти. — Тут её голос стал злым, моя грудь получила повторный удар кулачком. — Нашла, как же. А ведь леди Таиселла меня сразу предупреждала. Говорила, что виконт этот мне не подходит. Не могла прямо сказать, что он негодяй!
— Ну сказала бы она, и что? Ты бы всё равно не поверила. — Решил я защитить старую сводницу, хватаясь за кулачок девушки, который собирался ещё раз меня ударить. — А когда ты приняла решение? Ты согласилась быть моей сопровождающей через несколько минут, после того, как меня увидела. Мы даже словом не перекинусь к тому времени.
В любовь с первого взгляда я не верю. В похоть — верю, но этим там и не пахло. И наш ночной секс с ней был скорее сеансом терапии, а не страсти.
Утром она решила повторить, уже в здравом уме и трезвой памяти, вот тогда да, желание у неё просто зашкаливало. Хотя она и оказалась очень сдержанной в проявлении эмоций, (в отличие от той же Сенилы), на темпераменте эта сдержанность не отразилась, утихомирилась она далеко не сразу. Дорвалась. Вот и сейчас я решал, как перевести разговор на то, что пора завтракать.
— Когда ты сказал, что не приглашаешь в свою постель посторонних. — Уверенно заявила Криста, не испытывая даже крупицы сомнений. — Для меня это было то, что я ждала от мужчины. Пусть у тебя будет много женщин, но отдавать меня другому, как использованный платок, ты точно не станешь. — Тут она помолчала и неожиданно, как и все женщины, начала противоречить сама себе. — С Литессией ты поступил неправильно. — Твёрдо заявила она, повторив то, что говорила мне, пока мы шли сюда по ночному городу.
Когда мы сбежали от принца и его братии в императорский угол, там обнаружился ещё один стол, который до этого прикрывала сцена. Вот возле него мы и зависли. Криста бахнула ещё парочку стаканчиков, и её перестало трясти.
Тут нас и нашла Лита. Одна, без мамы и сестры.
— Дар, кто она? — Вопрос был снова мне в спину, я как раз решился подойти к столу и всё же что-нибудь съесть. Хотя бы из фруктов.
Ну что за глупая привычка постоянно наезжать на меня сзади? Мне что, стоп сигналы там повесить?
Повернулся к девочке. Грозный вид и руки в боки намекают, что ей не важно, на каком боку у меня тюбетейка.
Демонстративно осмотрел с головы до ног, прищурив глаза. В зале стало ещё темнее, а музыка заиграла ещё громче. Подключили усилители, чтобы музыкантов на сцене хоть кто-то услышал, гул от голосов стоял приличный.