Демон во дворце (СИ)

— Не очень. — Послышался голос девушки-менистреля. Сначала я не понял, о чём это она, а потом догадался, что она про молоко мне ответила. Вопрос-то я вслух задал.
— Садись на скамейку. — Девочка так и сидела на полу, не пытаясь встать. — На полу нельзя сидеть, отморозишь всё, заболеешь. 
Радужная девочка нехотя поднялась на ноги, но на скамейку не села, а вот девушка-менестрель, думая, что я обращаюсь к ней, подскочила со сцены и села напротив.
Да, неудобно вышло.
— Ты прямо, как моя няня. — Отмахнулась, поморщившись, девочка. — Прикажи ей ещё спеть. Мне понравилось. — И она ткнула своим маленьким пальчиком в певичку, за спиной которой стояла, уткнув левый кулачок себе в бок.
Менестрель, как недавно девочка, таким же движением заглянула в кувшин и подняла на меня растерянный взгляд.
— Ты пить хочешь? — Спросил я у обеих сразу. И обе немного засмущались.
— Вина закажите, если можно. — Это смущённая менестрель.
— Нет, не хочу. — Это уверенная в себе девочка. — Я песню хочу послушать. Давай, быстрее уже прикажи ей спеть.
Не знаю, чего менестрель так смущается, мне всегда казалось, что в их профессии стеснение только вредит. А девочка понятно, что пить не хочет, но в кувшин по любопытству заглянула. 
Похоже, это всё же просто ребёнок, а никакая не богиня.
Махнул рукой подавальщице, она тут же притормозила. Секундная заминка, развернулась и подошла. 
А-а, у неё руки заняты, семейству что-то несёт. Так чего ко мне завернула тогда? Подошла бы потом.
— Как это отнесёшь, вина нам принеси. — Сам я пить вино не хотел, но симпатичную девушку угостить — святое дело. Даже если потом и не получиться с ней ничего. — Ты какое будешь?
Менестрель растерялась. Понятно, ни разу не алкоголичка. Видя, что она и слова сказать не может, повернулся к подавальщице.
— Принеси нормального вина. На твой вкус. — Достал золотую монету, кинул её на стол. Уже знаю, что за еду можно заплатить после, а вот за выпивку всегда требуют предоплату. — Как тебя зовут?
— Не скажу! — Малявка надулась. — Ну давай уже, потом будете целоваться, пусть споёт!
— Петела, сеньор маг. — Менестрель почти прошептала.
— С чего ты взяла, что я маг? — Прищурился я вопросительно, намекая, что шучу, но девушка наоборот, испугалась. Совсем нет чувства юмора. Кажется, не получится у меня с ней замутить, шуганная какая-то.
— Так это… — Промямлила она. — Сразу же видно.
— Да сканеры на входе стоят, они показали, что ты маг. Тут вообще-то заведение для магов и благородных, но не спрашивать же, кто есть кто. — Махнула пренебрежительно рукой радуждная малявка. — Скажи ей, чтобы спела про принцессу Фетиоктиссию! — Требовательно наставила она на меня палец и повысила голос, в котором звучали командно-капризные нотки.
— Не кричи! — Сдуру возмутился я, ещё больше испугав менестреля. Так, вздохнуть, спокойно выдохнуть и продолжить. — А кто по твоему выше, благородные или маги?
— Я не знаю, сеньор.
— Конечно, маги! Благородных много, а магов мало.
В этот раз они ответили почти одновременно, я еле разобрал, кто из них что сказал.
— Петела, скажи, ты знаешь песню про принцессу Фетиоктиссию? — Надо конкретизировать, задавая вопросы, и обозначать, к кому обращаюсь. 
Видно, что девушке я не понравился. Это, конечно, печально, но не смертельно. Тогда, хоть песенки послушаю, делать всё равно пока нечего.
— Знаю. Вы такое хотите? — Девушка заметно напряглась, но от чего, я не понял. Может, эта песня из запрещённых?
В это время принесли вино. Кувшин был запечатан, а крышка пестрела зелёными нитками магии. Подавальщица поставила на стол кувшин, два металлических бокала и осталась стоять рядом.
Понятно, меня хотят раскрутить по полной. Вряд ли такое вино стоит один золотой, а как только я сам распечатаю кувшин, так это будет обозначать, что согласен заплатить за то, что принесли. Уже попадал один раз.
— Сколько? — Поднял я глаза на официантку.
— Ещё девять монет. — Уверенно заявила та, а менестрель сжала голову в плечи.
 
От обязанности отвечать на такой откровенный развод меня избавила ввалившаяся толпа воинов в тяжёлых доспехах, почему-то местами покрашенных красной и белой краской. Особенно смешно смотрелись руки, эдакие шлагбаумы, в первый раз вижу такое.
Радужная девочка тут же нырнула под стол, а менестрель с трудом удержалась, чтобы не сделать тоже самое.
Воины рассыпались по помещению, все двери распахивались буквально с ноги, а после того, как трое заскочили в самую дальнюю дверь, там послышался вскрик и что-то шумно свалилось. Это что тут за «маски-шоу» такое? Местный ОМОН работает?
— Тебя ищут? — Пошутил я, глядя на испуганную девушку-менестреля, чтобы она расслабилась.
— Не-ет. — Отчаянно замотала головой она.
А вот радужная девочка скривилась и, неожиданно для меня, кивнула головой.
— Наверное, няня заметила, что я куда-то пропала, вот и подняла переполох. — Буркнула она сердито. — Мама-то за своими нарядами меня совсем не замечает.
В таверну зашёл маг, включил радар. Ветряная нитка, уже знакомым мне образом, сделала круг, исчезая в теле самого мага. Меня нитка обогнула, радужный кокон малявки — тоже, а вот Петелу прошла насквозь, немного засветившись при этом.
Ко мне подошёл один из старших, коротко кивнул, приветствуя.
— Сеньор маг, не могли бы Вы представиться.
— Баронет Ганнидар де Летоно. — Чётко выговаривая слова, ответил я. 
Раз эти люди так спокойно врываются в такие заведения, ссориться с ними чревато. По нашей доблестной знаю, что они сначала бьют, а потом смотрят, тому ли сломали челюсть.
«Скидочную карточку» решил пока не светить, не стоит всем и каждому рассказывать о своих знакомствах с наказующими. Но если что, надо держать её недалеко, полезная оказалась вещица.
После того, как я представился, подошедший завис на несколько секунд, словно вспоминая, где меня видел, или где слышал это имя.
— Девушка с Вами? — Кивнул он на менестреля, придя к какому-то выводу.
Та вжала голову в плечи ещё больше.
— Это местный менестрель. Мы просто разговаривали.
— Ты давно тут? — Воин властно развернул рукой девушку к себе.
— С-с утра-а. — Заикаясь, ответила та.
— С Вашего разрешения, мы заберём её на парочку минут. — Моего разрешения он, понятно, ждать не стал. Обернулся к другим, показал пальцем на девушку, и её подхватили под руки, потащили в одну из дверей.
— Интересно, куда это они её?
— Расспросят, видела она меня или нет, потом отпустят.
Вопрос я задал просто так, он был риторическим, но девочка на него ответила.
— А чего они тут её не расспросили. Это что, такая тайна? И меня почему не спросили?
— Так ты же маг, всем известно, что сильные из вас могут блокировать амулет правды. — Голос у неё был такой, словно она меня уличала в какой-то хитрости. — А ты сильный, ты даже меня увидел и услышал, а мой папа говорил, что это невозможно без особого амулета! Он только у папы и у мамы есть.
— Да кому нужно что-то там блокировать, проще правду сказать. — Пренебрежительно отмахнулся я, не собираясь сознаваться, что ничего такого блокировать не умею. — Ты лучше скажи, кто это, и почему они тебя так интенсивно ищут.
— Это моя охрана. — Скривилась она снова. — Я на минуточку из салона выскочила, только менестреля послушать. — Начала она нудноватым голоском жаловаться на несправедливость мира. — Мне запрещают их слушать, когда начинаются песни, меня спать отправляют. А тут всегда есть менестрель, мне сестра говорила.
Вообще-то, вспоминая, с какими подробностями в песне описывалась любовь жены короля и её охранника, я тоже подумал, что такие песни девочке слушать рановато. Пусть там и не было ничего такого совсем уж пошлого, но некоторые сравнения выдавали достаточную конкретику.
 
— Понятно, мама в салон, а ты сразу за дверь. И не стыдно?
Кажется, игнорировать поучения ей не привыкать, уже иммунитет выработался. Наверное, пороть её не пробовали, а зря! Девочка моими словами не впечатлилась от слова совсем.