Тайный вариант. Дилогия (СИ)
– А ее… – заподозрил замысел друга Азхарт, – привести?
– Как хочешь. Или ты собирался смотреть, как она стареет? – Укоризненно глянул Агорр, прекрасно понимавший, что больше ничем не пробить эту застарелую и совершенно необоснованную неуверенность сильного и умного мужчины.
– Тогда я сейчас, – Ридзони исчез с молодой прытью, а дракон спокойно достал из кармана шкатулку со свадебными браслетами и поставил на стол, саркастически ворча, – Амулет я буду делать, как же. И ведь даже не задумался, что тогда сюда ринутся все шпионы, какие затаились в соседних дворах.
Разумеется, он сразу ставит на них свои метки, стоит заметить новеньких, чтобы потом не собирать по чердакам и кустам. Отдаст приказ – и сами притопают, как миленькие. Но не сейчас… рано еще. Хотя высшие расы не вставшие на сторону людей, времени даром не теряют, торопятся провернуть какие‑то интриги, запасаются продовольствием, как гоблины, скупившие в пограничных человеческих селах всю провизию и особенно соль. А еще инструменты и гвозди… хотя они и всегда это покупали, но теперь просто смели у лавочников все запасы. И тролли чего‑то засуетились, хотя они самая спокойная и немногочисленная раса.
Когда‑то им достались южные пустыни, запертые в кольце выжженных солнцем гор. Там в избытке водились всякие ядовитые гады и кровожадные вараны. И людям, чтобы выжить, тоже пришлось надеть на себя коконы, только каменные. Вернее, нечто вроде плотных кольчуг, собранных магией из мелких полированных каменных чешуек. В народе считается что они серые, но это не так. Коконы могут быть и красноватыми и почти черными и даже пестренькими, но в пустыне, под лучами палящего солнца, они ослепительно сияют. И это вовсе не для красоты. Под отражающими лучи коконами прохладно а всяких змей и скорпионов нестерпимое сияние отпугивает. Самим же троллям оно ничем не мешает, их глаза защищены изумрудными пластинками. Живут они в основном в давно обустроенных оазисах и предгорных поселках, стоящих на мелких ручейках и вполне довольны своей долей.
Агорр сам спрашивал их лет сто назад, предлагая помощь в переселении на более плодородные земли. Попросили лишь найти и откопать несколько колодцев на основном пути к единственному небольшому городишке, где селились в основном ремесленники и огородники, да открыли лавки купцы оборотней.
– Добрый день, дон Агорр, – входя в комнату, решительно произнесла уже немного знакомая дракону донна средних лет, – вы хотели меня видеть?
– Я дракон, донна Кора, – мягко заявил гость, начиная понимать, что его старинному другу так и не хватило решимости признаться ей в своих чувствах, – и называть меня доном не совсем правильно.
– А разве вы присутствуете здесь не инкогнито? – мгновенно парировала сваха.
– Я здесь невидимка, и только для вас сделал исключение, – спокойно сообщил дракон и она понимающе приподняла бровь, сразу же став очень серьезной.
– Что‑то случилось с Эми? Нет? Тогда… с Дейном?
– Ошеломляюще, – изумленно выдохнул повелитель, – какая интуиция! Да, к сожалению, Дейна выкрали. И мы собираемся лететь на побережье.
– Это были русалки? Или пираты? Нет пиратам не под силу, если у них нет мощных менталов, – рассуждала Кора, испытующе поглядывая на него, – значит все же русалки. А что требуется от меня? Лететь с вами или отправиться к Эми, помочь ей справиться с горем?
– От вас требуется откровенный ответ… – Агор несчастно вздохнул, в своих долинах ему никогда не приходилось заниматься такими вещами.
Драконы честны и прямолинейны и говорят избранницам о своих симпатиях сразу же, как только в них убедятся.
– Спрашивайте. – разрешила сваха, и стоявший у дверей Азхарт невольно побледнел.
– Только сделайте скидку на мою неопытность, – предупредил ее дракон, – в этом деле я ученик. Мой друг давно влюблен в вас… но почему‑то никак не может сказать этого прямо. И сейчас, улетая со мной, очень хочет знать, что его будет ждать жена. Вот браслеты… я принес их для вас.
– То‑есть… – медленно произнесла не ожидавшая такого поворота Кора, – вы пробуете свои силы в ремесле свахи? Должна сказать… действуете вы слишком… напористо.
– Я бы рад, – честно заявил дракон, глядя ей прямо в глаза, – подлить в свою речь немного романтики и изысканности… но нас уже ждут. Дейн почти сутки в плену, и нужно спешить. Кроме того, вы не можете не догадываться о чувствах Азхарта, женщины, тем более столь умные, как вы, знают такие вещи едва ли не с первого дня. И конечно давно определились… со своими желаниями. Я же прошу вас принять во внимание только одно, Азхарт давно не мальчик и ему все равно, сколько вам лет. Такие мужчины выбирают своих женщин вовсе не за возраст или приданое. Ваш ответ?
– У меня есть желание… – помолчав минуту, твердо сказала Кора, – пусть он скажет мне это сам, глядя в глаза.
– Он скажет, обязательно скажет, – почти прорычал дракон, возмущаясь упорством этой пары и ринулся в соседнюю комнату, – Азхарт! У тебя есть пять минут, и время пошло.
– Кора… – проводив его взглядом, удрученно произнес Ридзони и тяжело вздохнул, – я помню все твои слова и все понимаю… потому даже не надеюсь. Но бывают такие дни… как сегодня… когда не знаешь, что будет завтра, и тогда хочется просто знать… что о тебе вспомнит кто‑нибудь … кто дорог тебе по‑настоящему.
– Старый дурак, – отвернувшись и прикрыв ладонями лицо, всхлипнула Кора, – ты мог сказать это раньше? Лет пятнадцать… или десять назад?
– А теперь… уже поздно? – расстроенно сник Азхарт, – тогда прости…
– Да ни за что не прощу, – вдруг не на шутку разозлилась сваха, – я из‑за его трусости столько лет живу неприкаянной свечкой на ветру, а он снова начинает просить прощения, вместо того чтобы уже надевать мне свой браслет!
– Кора? Ты правда… – Ридзони не договорил, вдруг сообразив что еще не поздно все испортить, заставив эту замечательную женщину разочароваться в нем окончательно и ринулся к ней диким тигром.
Сжал в объятьях, на несколько мгновений застыл, опасливо ожидая, не оттолкнет ли и начиная постепенно таять от счастья, в которое не верил уже очень давно.
А потом поспешно выхватил одной рукой из шкатулки браслет поменьше и дрожащими пальцами надел на запястье свахи.
– Кора‑а…
Она секунду стояла, вслушиваясь в незнакомую, ликующую интонацию наизусть известного голоса, потом усмехнулась, смахнула слезы и взяла из шкатулки его браслет.
– Старый дурак. А я старая дура… но…
Щелкнула застежка.
– Поздравляю, – ворвался в комнату дракон, – и объявляю ритуал завершенным. Отныне вы одна семья, муж, целуй жену и прощайся.
А едва губы свежеиспеченного мужа коснулись губ его любимой женщины, бросил в нее заклинание расширения резерва. С Корой эта процедура должна была пройти легко, сваха имела небольшие врожденные, хотя и неразвитые способности.
– Как‑то тут жарко… – смущенно отстранилась она от Азхарта через минуту, – или я переволновалась?
И покачнулась.
– Кора! – взревел ее муж, хватая женщину на руки и усаживая в кресло, – Агорр, сделай что‑нибудь!
– Я уже сделал… – кастуя Коре пополнение жизненной силы, пробормотал тот, – добавил резерв. Но она не должна была так отреагировать… словно не ела два дня.
– А разве я просила резерв? – слабым голосом отозвалась сваха, и виновато вздохнула, – но и правда не ела. Мне сегодня нищенку играть… а когда они куски получают… то едят очень трогательно. На сытый желудок такое не изобразишь.
– Отменить, – яростно рявкнул Ридзони, – никаких операций в городе. Все запрещаю.
И резко дернул шнурок.
Агорр удрученно вздохнул, вылет снова задерживался. Однако Ридзони уже вернулся в свое обычное состояние всевидящего и все предусматривающего начальника и решил все проблемы за пару минут. Отдал распоряжение секретарю написать приказ и выдать всем экспертам, приказал курьеру принести в кабинет Коры побольше еды и сам проводил туда жену. А вернувшись, глянул в глаза дракона и тихо сказал:
– Извини за задержку. Можем отправляться.