Время Имен (СИ)

Сквозь вуаль бетонного крошева, оседавшего на поле, просматривались терзаемые разрядами блоки ограждения. Секции периметра одна за другой исчезали в вихрях энергии, уступая место приземистым силуэтам, что с лязгом пробирались через завалы.
Танки. Среднего класса, для боев на пересеченной местности и зачистки территории. Пехота.
Каким-то образом на планете объявились мобильные части федеральной гвардии. Не даром комплекс столь резво сдался… Из расчета, что поблизости располагалась военная база, не засвеченная в официальных сводках, либо секретный объект департамента обороны. Натравленные федеральным Советом они раскрылись во имя уничтожения альфа-противника.
— Замечательно. — Николай пересчитал силуэты пехотинцев, мелькавшие за пламенем. Очередной танк выплюнул голубоватый шар энергии, метеором прочертивший гарь и дым. — Просто великолепно, б…
Вдавив гашетку, метнулся к баррикаде, образованной развороченной бетонкой.
Кинжальные залпы рассекли пространство в опасной близости от тела. До укрытия метра три…
Он извернулся, пропуская луч, и скатился в траншею, прорытую танковым зарядом. Перед глазами поплыли милосердные круги: затмили хетч, что плюс. Убрали из действительности грузовой транспорт — минус. Необходимо определить время, оставшееся до завершения погрузки…
Взрыв плеснул в траншею волной гальки. Пехотинцы лупили от души; рано или поздно зацепят…
Свист и рев наполняли горевший воздух.
Бросок вверх. Свечкой взмыв над землей, Охотник прицельными залпами обработал левый — ближний к грузовику — фланг противника и рухнул вниз. Рыбкой переметнулся к следующему укрытию: скорости придал ряд плазменных взрывов. Опаленный, полузадушенный черным пропеллером ткнулся в борт неведомой машины и накрытый шатром огня скорчился у массивного трека гусеницы.
«Последний приют», — металась в голове шальная мысль. Кстати, почему за громом пальбы не приходит смерть? Враг разошелся не на шутку, так и сыпет, а результат — нулевой. Ведь куда-то пехота стреляла…
Николай приподнял голову, выглянул на оперативный простор… Справа — от куполов рудника — к нему прорывался силуэт, упакованный по полной боевой программе. Выделывая немыслимые па, лавировал меж огненных барьеров…
Талла; на миг ее лицо возникло среди дымных всполохов. Ошибки нет — она продолжала стремиться к встрече с Даром.
Взрыв, багрово-черным экраном развернувшийся за амазонкой, швырнул ее вверх. Черной птицей она взмыла к небу, перевернулась и пропала в пылевых облаках. В попытке узнать судьбу женщины Николай приподнялся…
Движение цели зафиксировал стрелок-оператор МРТ-12. На дисплеях наводки картинка в три приема стала портретной. Камеры выхватили из хаоса боя голову Кор Рона. Оператор почти ласково примостил ладонь на клавише пуска. Ему дадут золотой шеврон, а лучше нет — повысят…
Выстрел.
***
Планета ей разонравилась. Талла, стиснув зубы, продвинулась к едва различимым катерам. Противник наградил болью, взрывом сломал точность маневра. Но она привыкла к играм со смертью — сохранила пульсатор, остатки рассудка и волю, которая помогла сдвинуться с места.
Гвардейцы переключились на Дара в ярком намерении испепелить. Лучший момент, чтобы бросить тело в рывок и напоследок стрельнуть по формам.
Два излучателя, с противостоявших фронтов, заработали в унисон. Результаты впечатляли: пехотинец попал Талле в бедро, чем превратил ее движение в кувыркание по камням; она засадила разряд в плечо. Рука бойца, финальным усилием замкнув гашетку, отделилась от тела — рассыпая веер лучей, совершила три-четыре оборота и знатно проредила линию пехоты. Волей прихотливого случая запустила росчерк энергии в канал танкового ствола.
Мироздание дыхнуло жаром.
Димп перестал искать взглядом Таллу, повернулся — на отпущенный судьбой угол.
***
Оператор МРТ-12 от усердия прикусил губу. Так и умер.
Танковый заряд контактировал в стволе с посланцем лима, подорвался и обратным ударом вышиб затвор орудия из креплений. Прорвавшаяся в кабину огненная струя накрыла снарядные ячейки…
 
— Хороший факел, — кивнул Николай. Он не имел отношения к безвременной кончине машины, но испытал определенное удовлетворение.
Фигура Таллы возникла из ада, преодолела метра три и рухнула… на пути предполагаемого отступления. Ввиду долгожданного окончания погрузки Николай устремился к флагману — до того, как черная амазонка распласталась средь обломков.
Неведомым усилием женщина продвинулась еще на метр. Поднялась и опала рука… Надежда и спасение.
«Пехтура не промажет», — отрешенно констатировал Николай. Он чувствовал, как рамки электронных визиров сошлись на контуре федеральной цели.
Пальцы дрогнули на спусковых крючках.
Три двери, с которыми он сроднился…
Николай стряхнул оцепенение. Сорвался в бег… На том месте, где стоял, разверзлась пламенная чаша. Успел. На коррекцию вектора огня гвардейцы потратят несколько секунд…
До люка рукой подать; Охотник ухватил Таллу за шиворот, метнул в зев переходника и потерял равновесие… Падение ознаменует приход великого ничто, если только…Импульс энергии крепким пинком меж лопаток зашвырнул его внутрь кессона — туда, где амазонка силилась подняться на ноги.
— Открывай!
— Что?!
— Переходник!
Трубы пневматики оборвали крик. Сползая по обшивке, Охотник краем глаза заметил открытие внутренней герметизационной плиты и… вывалился в коридор. Флот нуждался в командах, значит он забудет о ранах и федеральных войсках.
— Держись! — Николай бросился к рубке. Достиг лесенки, рванулся вверх… Палубный настил встретил неласково, крайние метры — точно пропасть.
Активация маршевого привода раскрасила галактику в желтые кислотные тона.
— Желтые? — Охотник плюхнулся в кресло и помотал головой. Картинка не настраивалась.
— Мы живы? — раздалось сзади. Женщина согнулась и сблевала прямо у киберштурмана.
— Не на приборы! — Николай поморщился. — Синтетикой закидываешься?
Он окинул беглым взглядом аппаратуру и успокоился. Катера вырвались с планеты, грузовой транспорт, повинуясь программе, пристроился в фарватер. Преследователи отсутствовали. Если гвардейское командование и выслало погоню, то безнадежно запоздало. Не всякий решится уйти в маршевый бросок с поверхности планеты. Статистика давала мизерный шанс на успех. Федералы предпочли не рисковать.
— Аптечка. — Он выбрался из-за пульта.
Избавление от брони и ран отодвинуло проблему Таллы на второй план. Десятки рассечений и гематом взывали к антисептику и регенерирующей мази. Ныли, пульсировали и зудели до тех пор, пока Охотник не завершил процедуру. Далее по программе следовала уборка, активируемая нажатием ряда сенсоров командного пульта.
С приглушенным гудением из открывшейся в переборке мембраны выбрались автоматы-уборщики, напоминавшие гибриды черепахи и краба. Слизнули грязь, обследовали доспехи, скинутые на палубу, и деловито утащили броню на профилактику.
За их усилиями Талла наблюдала с необъяснимой мимикой обреченного. Располагаясь в кресле, источала тонны напряжения и скованности. Вокруг слипшихся волос женщины медленно собирались сизые завитки дыма — чадил защитный костюм.
Охотник молча перебросил ей аптечку. Она даже не взглянула на прибор, просто перехватила — в абсолюте сосредоточенная на уборщиках, исчезавших в недрах корабля. Вздрогнула, ухватилась за крепления брони и посмотрела на димпа, замершего подле выхода. Грозно нахмурилась:
— Так и будешь смотреть?
— У меня полностью отсутствуют манеры, — согласился Николай, любуясь на тело, возникавшее из черноты. Притягательные точеные руки, впадинка между грудей… Комбинезон, надеваемый под защиту, сползал вместе с латами.
 
Он волевым усилием перевел взгляд на лицо собеседницы:
— Ты вновь нашла меня. По собственной инициативе. Прекрати валять дурака и выскажись.
У Таллы присутствовала деловая хватка. Ее формулировки отличала краткость, емкость и целенаправленность.