Время Имен (СИ)
***Еще раз проверив защиту линии связи, Николай переключил мобильный такт-экран на очередной катер. Все девятнадцать камер показывали одно и то же: блеск стали в каменистом обрамлении и пятнистые комбинезоны пехотинцев. Образцовая братия, что залегла у горного ущелья. С точки зрения полевых командиров, рациональная тактика — блокировать врага, оценить боевой потенциал и, по возможности, уклониться от лобовой атаки.
Димп выбрался из декоративной полосы кустарника. Флагману, по прибытию, потребуется свободное от растительности пространство, коего в парке близ «Сэлко Индастриал» не хватало. Десяток узких тропок, нагромождение информ-техники, сотни граждан…
— Здравствуйте. — Николай запрокинул голову. Срезав тонко-зеленые верхушки деревьев, из поднебесья спикировал катер. Компьютер вклинил аппарат меж двух сигнальных стоек и вызвал легкий шок у невольных зрителей. Фультонцы уставились на обтекаемую мощь корабля, раскрываемый автоматами шлюз и стремительную тень, нырнувшую в матовую белизну люкового проема.
Ложемент пилота тихо скрипнул под охотничьим весом. Мелкой дробью флагманскую рубку наполнили перестук клавиатуры и щелчки тумблеров. Набор команд, активация ручного управления — отлаженность процесса не требовала и грана усилий. Николай сосредоточился на карте Фультона, которая упорно не желала читаться.
— Дрянь эдакая…
Настал момент для отправки флоту базовых команд — заданные программы не дадут скучать пехотинцам, издерганным постоянными запросами командования. И пока они разбираются, что к чему, Николай успеет достичь обители Вар О’Лауда.
…Перемены стегнули нервную систему мастер-капитана точно металлический прут. Отрезвленный холодным порывом ветра, он придержал гашетку. Девятнадцать целей разом поднялись над землей. Фиолетовые клинья реактивной тяги бросили корабли к пронзительной синеве — катера разлетелись подобно испуганной стае пичуг, по непредсказуемым траекториям.
Басовито рявкнул пульсатор. Яркий шар энергии прочертил камни голубоватым отблеском, ударился о скалу и разродился фонтаном гальки, перемешанной с огнем.
Долина утонула в яростном грохоте.
— Рассредоточить огонь! — запоздало гаркнул капитан. Передатчики гравитолетов оттранслировали команду по фронту, и в бою наступил относительный порядок.
Эдин попытался определиться, в кого именно они стреляли. За алой сетью энергетических нитей виднелось немногое — крохи пейзажа, окончательно раздавленные запуском ракет. Пять серебристых звезд белесыми дымовыми лентами выписали траекторию, зафиксировали объекты в воздухе…
— Отставить! — Капитан вскочил.
Пронзив завесу гари, катера вышли на запрограммированный рубеж — к скалам, что морщинистым рисунком оттеняли тылы пехоты. Залп аннигиляторов превратил вековые камни в водопад раскаленного щебня. Исчезло все: проход к долине и оставленный в арьергарде транспорт. Яростное пламя молниями расписало бурую стену, отрезав солдатам единственный путь к отступлению.
Капитан тряхнул головой. Перевернулся на спину в облаке мелкой пыли. Безнадега… Потолок у гравитолетов не более пятидесяти единиц, а в окружающих скалах наберется добрая сотня метров.
— Связь! — Тоб приподнялся на локтях. Узрел неподалеку машину, перевернутую ударной волной, и сник. Первый и, как хотелось надеяться, последний раз в жизни он стал свидетелем аннигиляционного распада.
***На обзорном экране флагмана появилось детализированное изображение резиденции О’Лауда. Полный комплект оборонительных укреплений и средств нападения, годных для развертывания нешуточного действа. По федеральным стандартам — класс четвертый, не меньше. А значит, шансы есть.
Николай переместился к десантной аппарели, через которую предполагалось маниакально бросать себя в атаку. Неуютная площадка — броня, рифленый пол и единственная кнопка в стеновой панели.
Подготовив излучатели, димп напрягся перед мерной пульсацией сигнального плафона.
Отчет медленно перевалили за третью отметку.
Красная вспышка. Сигнал. Локтем Охотник рубанул по клавише управления люковым приводом и едва не задохнулся от жаркого наплыва воздуха. Компьютер провел серьезную артподготовку — аннигиляторы снесли верх домика Вара, оставив багровое пламя, черные дымовые клубы и ломанные рифы перекрытий. В сопутствующих потерях — многочисленные бластерные расчеты…
Ответный залп прозвучал вразнобой. Алая плоскость, мелькнув в двух метрах от Охотника, переворачивавшегося в десантном прыжке, крепко тряхнула флагман. Защита выдержала. Он пробил вуаль пожара и пал в рядах противника.
По приземлении развернулся, выдав длинную очередь, прорезал стены цепочками разрядов… Рассеченная лучами охранка распласталась на полу. Четыре тела, но сигналов больше…
Вскидывая излучатели, Николай качнулся к остаткам двери, откуда алой пеленой выплеснулось пламя. Запоздалой реакцией зрачки сузились до размеров игольного ушка. Уйти не успел. Взрыв отправил за грань реальности; туда же, спустя удар сердца, последовала вся наружная часть дома и безопасники, чье присутствие не учитывалось Вар О’Лаудом при взрыве напалмового заряда. Он сыграл ва-банк и выиграл партию.
***— Вспышка. — Вахтенный офицер оглянулся на капитана. Доклад персональный, но на мостике линкора к словам прислушались все собравшиеся. Три десятка федералов попытались осознать увиденное — искру трехсекундного взрыва, зафиксированного радарами корабля. Кому-то на Фульте сделали очень больно.
«Удивительная планетка». — Арач с возвышенных позиций капитанского мостика осмотрел подчиненных. Он месяцами учил их командной работе, внештатная ситуация не выбьет экипаж из колеи. Системное представительство УКОБа дало четкие указания — блокировать орбиту от несанкционированных полетов.
Линкор, три средних крейсера и эскадра десантных катеров — достаточная сила, чтобы перехватить врага. Дар Кор Рон или как там его идентифицировали в сводке, будь хоть родственником самого дьявола, не сможет соперничать с тяжелыми кораблями.
Взгляд на тактический экран заставил капитана нахмуриться. Россыпи звезд, коричневатый диск планеты с красными прожилками городов и магистралей, ободок светила и неуместная кучность построения федеральных сил. Крейсерам полагалось отойти на траекторию сателлитов визор-сети и мониторить полное экваториальное кольцо. Противник мог ускользнуть от радаров, но не от визуального контакта.
— Меняем формацию, — два слова наполнили рубку танцем индикаторных огней.
***Искомый ад. Вторая попытка. Николай с трудом вернулся к нормальному мировосприятию. Он находился там, куда стремился: дикая карусель смерти швырнула в объятия серого тумана — призрачно зыбких и адски болезненных жерновов, что клубились, били, метались, то открывая бесконечность просторов, то низводя свободу до отрицательной величины.
Димп не сдержался, выплеснулся в крике. Он парил в непреодолимых сантиметрах от безликих дверей — трех возможностей бытия. Совершенной неожиданностью токами притяжения проявился образ холода, номер «4», в котором он почувствовал нечто родственное. Да что ж такое?! За каким ему вселенская гибель? За неказистой дверной панелью крылась смерть.
Он простер руку к обшарпанным доскам под номером «8». Иглы холода росчерками молний коснулись пальцев, руку отбросило…
Средоточие упорствовало. Где-то внизу, среди живого многообразия, томился Вар О'Лауд, наделенный богами излишней самоуверенностью. Убить Дар Кор Рона… Если кто и совершит благое дело, то явно не он. Он увидит иное.
Охотник послушной марионеткой нырнул в нейтральные объятия призрачного воскрешения. Вернулся к исходной точке — перемолотой земле, радиально изрезанному шрапнелью оазису и флагману, чьи борта сокрыли поваленные деревья. Компьютер ждал, подготавливая ликвидацию флота; восемьдесят минут в отсутствии управляющего сигнала и Фульте гарантирован масштабный фейерверк.