Перекресток. Часть 3. Новые миры (СИ)

- Надеюсь, лифт работает. – Пробормотал священник, беря меня под руку.
Лифт работал, и мы без проблем поднялись на нужный этаж.
- Госпожа ведьма! – Громко крикнул распорядитель в открытую дверь, как только мы протянули ему наши пригласительные. – И сопровождающие ее лица.
- Удачно я вписался в вашу компанию. – Пробормотал Кэвин, когда аплодисменты схлынули.
- Вы и есть наша компания. – Произнесла я и в этот момент мой взгляд упал на собственное отражение в огромном зеркале, которым была украшена одна из стен большого актового зала, в котором и происходило это действо.
Ну, что сказать. Зря я смотрела на часы, а не на свое отражение, когда девушки закончили мое волшебное преображение.
Мои волосы были начесаны хитрым образом, что должно было символизировать плеск волн (видимо тех, которые в свое время едва не утопили Сенат), но больше всего напоминали лежалую мочалку. Поверх этого безобразия лежала шляпка, в которую было воткнуто роскошное перо. Роскошное, но не очень большое, которое к тому же торчало вертикально.
Платье было шикарным. Именно таким, какое я присмотрела. Правда, оно сидело на мне как седло на корове, поскольку декольте оказалось для меня слишком глубоким, так что при каждом шаге так и норовило показать больше, чем было задумано его создателями.
Вот сумочка была хороша. Именно такая, как я и выбирала.
А еще мой рот оказался накрашен ярко-алой помадой, отчего казалось, что на лице больше ничего нет.
Но к помаде отлично подходили горошки на бусах, которые в целом смотрелись отвратительно с этим ансамблем.
- Капец. – Тихо пробормотала я, но потом расправила плечи и сделала лицо как у остальных дам. Пускай я выгляжу совсем не так, как мне того хотелось бы, тем не менее я все равно очень привлекательная женщина.
- Госпожа ведьма, вы так хорошо выглядите. – Поспешила к нам какая-то матрона. – Я была уверена, что вы затмите всех на этом мероприятии.
- Так и должно быть. – Заметил Эд, подходя и целуя мне руку. – Ведь это мероприятие в ее честь.
Я улыбнулась. Потому что сказать мне было нечего.
- Правда у вас сегодня весьма необычное для вашего стиля платье. – Продолжил Эд, наклонившись ко мне еще ниже. – Рассчитываете на продолжение вечера?!
Я демонстративно подхватила под руку супруга.
- Это наши с любимым брачные игры. Я рассчитываю на очень жаркую ночь. Но ты в наши планы не входишь. – И я улыбнулась как можно противнее.
Муж если и удивился, то вида не подал, в ответ лишь слегка приобнял меня за талию.
- Даже немного завидую. – Улыбнулся Эд, и, откланявшись, перешел развлекать других гостей.
Мы бродили среди разряженных гостей. Я крепко держала мужа за руку и старалась не выпускать из поля зрения нашего охранника, который старался в свою очередь не выпускать из поля зрения нас. Хотя ему это было и нелегко.
На него обратили внимание практически все женщины.
- Какая у вас интересная рубаха. – Промурлыкала одна дамочка, аккуратным коготком проводя по рубашке. – Никогда еще не видела такой вышивки.
- Это единственный экземпляр. – Попытался уйти из захвата Лось.
- Значит и руками трогать нельзя? – Уточнила другая барышня, тут же тяня руки к предмету обсуждения. Лось попытался аккуратно отстраниться, но только попал в руки третьей дамы.
- Чувствую, здесь приложила руку женщина. – Протянула почтенная матрона, надевая на кончик носа очки странной формы и подкручивая у них пару шестеренок.
- Разумеется. Это мне невеста вышивала. – Попытался еще раз аккуратно выбраться охранник и умоляюще посмотрел на нас.
- Невеста. – Ахнули дамы хором. – Какая прелесть.
- Может, вы покажете мне вышивку поближе? – Томно прошептала дама, склоняя свое декольте так низко, чтоб Лось точно смог оценить весь предлагаемый ассортимент.
- Не могу, дамочка, извините, я на работе.
- Дамочка, - прошептала дамочка в экстазе. – Какая прелесть. Так меня еще никто не называл.
- Когда говорили про магнетизм рубахи я не особенно верила. – Пробормотала я. – И, если бы вышивала рубаху мужу, я бы наоборот постаралась, чтобы в этой рубахе его не замечали.
 
- Вот поэтому у меня и нет рубахи. – С тоской проговорил священник.
- Будешь плохо себя вести, я вышью тебе рясу. – Пробормотала я, максимально незаметно подтягивая платье повыше и вновь расплываясь в улыбке, приветствуя какого-то важного дяденьку из Сената, которого мне даже представляли, но я уже забыла.
- Отлично выглядите. – Расплылся в сальной улыбке дяденька, приподнимая свою шляпу. – И вам здравствуйте, муж ведьмы.
От такого обращения священника перекосило, но он нашел в себе силы вежливо кивнуть и даже благословить.
Помещение было большим и освещалось с помощью ламп самых причудливых форм. От этого разнообразия, а также от вычурных украшений дам рождались тени странных форм и блики.
Вдоль стен стояли столы, накрытые белыми скатертями, на которых стояли блюда с угощениями. Но никто пока к столам не подходил, поэтому я не могла разглядеть, чем же нас собирались кормить.
Одна стена представляла собой огромное зеркало, в котором отражались лампы и гости. Я старалась туда не смотреть, чтобы не встречаться взглядом со своей фигурой и не портить лишний раз себе настроение.
Все огромное пространство залы было разделено колоннами, которые судя по всему были несущими, хотя дизайнеры и пытались как-то облагородить с помощью вставок из стекла и бетона, смотрелись они все равно грубо и чужеродно.
С другой стороны залы было множество выходов на балконы, где гости могли освежиться. Я из любопытства выглянула на один из них и тут же зашла обратно. Балкон был полностью из стекла и приходилось стоять на двадцать втором этаже, вцепившись в поручни и продуваемая всеми ветрами. Впрочем, это в самом деле знатно освежало.
- Ну, раз уж мы все здесь собрались, – важно откашлялся дядечка в очень высоком цилиндре, - то давайте уже поприветствуем виновницу торжества.
Все присутствующие послушно разразились аплодисментами. На меня направили свет нескольких светильников, отчего глаза сразу ослепило, и они заслезились.
- Благодаря ее отважным действиям и мудрым решениям наши миры вновь разделились, хотя и остались связанными через точку Перехода. Прямо как в старые добрые времена.
Все опять вяло похлопали.
- Наш мир и город в частности хотели бы отметить этот вклад также и материально.
По рядам пронесся завистливый шепот.
- Вот эта статуя теперь будет украшать ваш двор. – Пафосно закончил мужик и сдернул простыню с постамента, который я вначале даже не заметила, так искусно был направлен свет мимо них.
Статуя изображала меня саму. Причем не в самом лучшем виде. По всей видимости, делали ее с моего выступления в Сенате, когда меня местные жители хотели сжечь в превентивных целях. Я была какой-то худой, угловатой, съеженной, в съехавшей набекрень шляпке и с растрепанными волосами. Сходство, однако, поражало.
- Благодарю. – Выдавила я из себя, когда взгляды всех присутствующих вновь скрестились на мне. – Это воистину бесценный дар, который навсегда поразил мое сердце.
И ведь ни словом не соврала, что самое интересное.
Мне тоже вяло похлопали.
И слово взял Эд.
Вот он говорил красиво. Буквально играл словами, нанизывая их на стержень повествования столь причудливым образом, что все буквально заслушались.
Говорил он о долге перед Родиной. О том, что надо выполнять свою работу с полной самоотдачей, какой бы ни была эта работа. О том, что Мироздание никогда не ошибается. Вопрос спорный, и, наверное, с ним могли бы найтись желающие поспорить, однако Эд играл словами так причудливо и приводил такие аргументы, что все стояли молча, завороженные его сильным голосом.
- И именно поэтому наш Университет решил сделать отдельный от города подарок. Это сто золотых монет.
- Аааах! – Раздался дружный вздох и пара дам попытались упасть в обморок.