Наследство. Чужая невеста (СИ)

Гнев, ярость и жажда мести были моими глазами. Мысль убить его пульсирует в висках, застилая здравый смысл. Он должен поплатиться за все, что она пережила в этом доме.
Ворвался в открытую дверь, привлекая взгляды собравшихся. Но я смотрел только на сидящего в центре на стуле Левицкого. Он усмехнулся мне в лицо, не осознавая, что окончательно срывает все тормоза. Разбитой губы на его роже мне мало.
Прошел пол комнаты и вмазал что есть силы, опрокинув тушу на пол. Кто-то за спиной, что-то пытался мне донести, но я снова навис над ним, желая большего.
Удар за ударом пытался унять свой гнев, пока не почувствовал взгляд на себе. И подняв глаза увидел Женю.
Она стояла в дверях, прикрыв ладошкой пухлые губки и не сводила с меня испуганный взор. Огляделся по сторонам, заметив всех собравшихся здесь.
Кому-то это показалось забавным, кто-то взирал на это хмуро и только Росмин пытался остановить меня.
Посмотрел на Левицкого, что валяется у ног и сплюнув, направился к выходу. Взял девочку за руку и повел из этого дома, как можно дальше.
Мы ехали молча, в полной тишине. Порой замечал робкие движения. Как мнет рукав этого долбаного свитера или вдыхает полной грудью и отворачивается к окну, прикусывая нижнюю губу.
— О чем ты думаешь? — перехватил вновь теребящую рукав руку и погладил, вкладывая в это движение как можно больше нежности.
— Обо всем, — пожала плечами и повернулась ко мне.
  
Глава 54
 
Евгения Богданова
Я не солгала. Слишком много мыслей было в моей голове, что терзали меня, не давая спокойно сидеть. Я уже успокоилась, но мне нужны ответы.
Я смотрю на Матиса и не верю, что все позади. Ещё утром могло случиться то, что перевернуло бы мою жизнь. А теперь я еду с человеком, который дороже той самой жизни.
— Не хочешь говорить? — в его голосе столько заботы, а в лёгких касаниях море спокойствия.
— Наоборот. Просто не знаю с чего начать.
— С главного.
— Что теперь с нами будет?
Матис улыбнулся и прижал мою руку к своим губам, не сводя глаза с дороги. Я не могу налюбоваться им, хотя и вижу бурю в нем.
— Мы улетим отсюда и обо всем забудем.
— А как же мои родные?
— Они уже не здесь и уже не захотят вернуться. Твоему деду нужны лучшие врачи.
— Кто те люди…? Что были с Левицким.
Матис сжал руль и резко взглянул в зеркало заднего вида, словно ищет там ответ.
Этот человек многое сделал, но я не желаю ему смерти. Это поняла, когда увидела Матиса, с какой жестокостью он его бьёт. Мне тогда стало не по себе. Взгляд Орлова был наполнен чем-то темным, холодным, будоражащим. Такого видеть больше нет никого желания. До сих пор холодок по коже бежит, стоит только вспомнить.
— Я не знаю, что с ним будет. И те люди не должны тебя волновать, — с жестокостью в голосе ответил и даже не взглянул на меня.
— Куда мы едим? — решила перевести тему.
— Домой.
И Матис не солгал. Мы действительно отправились домой. Туда, где нас ждало спокойствие.
Я ещё долго отходила от всего, что произошло с нами той весной. С каждым днём всё становилось более прозрачным и далёким.
Дедушка пошел на поправку, а отец отошёл от дел и открыл на оставшиеся деньги мастерскую своей мечты.
Однажды, он признался, что эта не только его идея. Но и мамы. Они часто мечтали под звёздами на крыше приюта, строя планы. И он не отошёл ни от одной запланированной детали, воплощая детскую мечту.
Папа стал со мной откровеннее. Наверное, посчитал, что я выросла. А может просто сам стал счастливым.
Хотя принять мой выбор, относительно Орлова, ему было дико сложно. Помню, как ходил из угла в угол, что-то причитая себе под нос, но в конце концов остановился и снова задал вопрос, на который уже раз десять отвечала, что люблю его. Тогда он вздыхал и стиснув зубы кивал. Вот только мне этот жест был адресован или самому себе, так и не поняла.
Игоря Анатольевича посадили за подрыв авторитета влиятельных лиц, клевету и шантаж. Вскрыли его темные дела в бизнесе. Но в гибели предыдущей жены его не смогли обвинить. Честно говоря, я и не верю, что Левицкий убил ее. Смогла кое-что о нем понять.
 
Не знаю, что сделал Матис, но мой брак признали недействительным. Хотя я так и осталась замужней девушкой. Только теперь с другим мужчиной. Мужчиной, которого люблю всем сердцем. Не представляю жизни без него. Даже привыкла к его некой диктатуре и жёсткости в принятии каких-то не мало важных делах.
Но, скажу по секрету, рычаги управления имеются. Лёгкие кружева, свечи и бутылочка хорошего вина ещё тот способ уговорить на мою очередную авантюру.
Когда в моей жизни появился Матис, все стало рушиться и переворачиваться. Но на самом деле, чтобы построить что-то стоящее, надо сначала сломать прошлое. И мой строитель обустроил нашу жизнь, где ничего не страшно. Уверенный в будущем и неуязвимости своей семьи.
  
Глава 55
 
Леонид Левицкий
Все произошло настолько быстро, что я не успел ничего понять или предпринять.
Отца арестовали и судили. Я не расстроился особо, но просто было странно, что он со всеми обвинениями соглашается, кроме убийства мамы. Но и без этой статьи его посадили на двенадцать лет.
Но больше меня волновала Женя. Я не смог увидеть ее перед их отлётом. Орлов сделал все, что бы ему никто не помешал. Оперативно и бескомпромиссно. Спрятал свое сокровище от всего мира, оберегая и защищая.
Я бы тоже на его месте так сделал. Но вся горечь именно в этом и состоит. Она выбрала его. Я пил? О да! Я безбожно пил и пустился во все тяжкие, пока мой телефон не засветился от незнакомого абонента.
Эта она, снова ворвалась в мою жизнь как вихрь расставив все по местам. Я просто не мог огорчать своим видом, поведением и образом жизни. Общение на расстоянии лучше, чем полная тишина.
Брат сразу прибрал меня к рукам. Мы стали руководить отцовским бизнесом. Точнее тем, что от него осталось.
Со временем, Орлов смерился с моим общением с Женей и я смог прилетать к ней в Германию, где они обосновали свое семейное гнездо.
Угасла ли моя любовь? Нет. Я завидовал ему, ревновал ее, сжигая себя изнутри.
Бизнес пошел в гору, а толку? Счастья нет, лишь бессмысленный бег. Когда узнал, что Женя ждёт ребенка, то и вовсе сник, уйдя в недельный запой.
Твердил себе смериться и отпустить. Но так и не смог. Видел как она счастлива и все равно ничего не мог с собой поделать. Ведь в ее глазах не я.
Прилететь на рождение их сына не смог. Да и не хотел, понимая, что снова сорвусь, как только покину их дом.
Вот только скажите мне, как Женя смогла уговорить Орлова на то, чтобы я стал крестным? Хотя молчите! Есть у меня пару догадок, что сносят мне голову.
И вот я снова сижу в офисе до поздней ночи, чтобы забыться в работе. Дела идут в гору. Мы все исправили и модернизировали. Очередная папка в сторону и я почти готов ехать домой, где меня никто не ждёт. Тишину нарушил звонок.
— Да, дорогая? — ответил на вызов от Жени.
— Привет. Снова на работе?
Я решил промолчать. Она и так знает лучше меня ответы на свои вопросы.
— Не бережешь себя!
— Берегу. Дел много.
— Сделаю вид, что поверила. Но хочу отвлечь тебя от них. Ты помнишь, что у Никитки через два дня день рождение?
— Помню конечно. Билеты уже заказал. Осталось подарок купить.
Услышал ее смех и на сердце стало радостнее. Как она это делает со мной?
— Я знаю, что забыл и билетов нет. Но не благодари меня. Я все сделала и жду тебя на праздник.
— Жень, я не могу. Много дел.
Конечно, я вру и она об этом знает. Но не могу я снова видеть их идиллию. Никита и вовсе копия Орлова, только глаза чистый изумруд. Смышлёный, маленький карапуз, что любит сидеть на моих коленях.
— Ничего не слышу! Связь пропадет! Шшш-шш! В общем жду! Пока.
Сбросила вызов, а я уткнулся лбом в бумаги, чуть бы не стону от бессилия.