Наследство. Чужая невеста (СИ)

— Спасибо, я уже не надеялась на его возвращение, — забрала свою вещицу, прижав к груди.
— Я позвоню, как только все решу.
— Договорились.
Поцеловал меня в макушку, словно нерадивое дитя и вышел из комнаты.
Не хочу общаться с дедом, а то, что он следил за гостями и к бабке не ходи. Оказавшись в комнате, закрылась и бросила свое тело на мягкую кровать.
Матис прав. Слишком много "но". Прокручиваю наброски плана и никак не получается четкая тактика действий. Словно слепой катенок в темной комнате. А ещё мешает думать сам Матис. Неужели он смерился с тем, что теперь я чужая невеста? Или чего я хотела! Он взрослый, состоявшийся давно мужчина, переживший уже свою утрату. А буду ли я сожалеть? Лёня ещё в огонь масло подливал. Неужели он любит меня?
Я так запуталась. Папа был прав в том, что мне не хватило воспитания мамы. Но у меня ее не было и ничего уже это не исправит, как бы не тосковала по безликому призраку, но зато я видела боль отца и Матиса. Они оба винят себя за прошлое, не давая спокойно жить себе. Наверное, я должна сказать вселенной спасибо за отсутствие подобных терзаний.
Матис и вовсе мог сегодня улететь. Приподнялась, от безумного порыва — поехать к нему. А почему нет? Обдумаем план. Как там говорят, одна голова хорошо, ну а вторая дурная лучше. Может что-то и напутала, но так больше вписывается в нашу картину.
Прокралась по коридорам и выскочила на улицу. Адреса я не помню, но визуально могу найти. Вот и на чем ехать? В гараже заметила приоткрытую дверь, из которой пробивается тонкая дорожка света. Дойдя до неё прислушалась, но не слышно ни единого шелеста. Зашла и наткнулась на Егора. Вот мне же должно было повезти или нет.
— Привет. Чего забыла здесь? — натянул улыбку, вытирая руки непонятной тряпкой.
— Отвези меня.
— А что мне за это будет?
Вот почему этот человек не может нормально общаться?! Сжав свои жалкие кулачки, выдохнула.
— Вообще-то это твоя работа.
— Точно, а что папеньке твоему сказать? Ты ведь не к дружку своему.
— Шантажист! Свидание?
Он на секунду задумался и кивнул.
— Хорошо, только не вздумай обмануть. Садись.
Подмигнул, от чего меня инстинктивно передернуло и кинул тряпку в угол верстака. От встречи отделаться будет легко. Пусть потешит себя, самоуверенный индюк.
  
Глава 22
 
Михаил Орлов
Вернувшись в квартиру, все думал о ней и о ее плане, что рушиться как карточный домик. Но больше о ней. Совсем безрассудная.
Налил виски и сел в кресло, пытаясь расслабиться. Этот день все не кончается, словно насмехаясь.
Хорошо, допустим бумаги, о которых она говорила, там. Нужен проверенный человек, который сделает все чисто и не развернет игру против нас. Похоже, я буду должен оставшуюся жизнь ему, если конечно все закончиться хорошо, а то и не доживу до оплаты. Хорошо Николоса отправил домой. Не готов ещё и друга сюда впутать. Взял телефон и набрал номер человека, который может быть возьмётся за наше дело.
— Росмин, привет, узнал?
— Все не устаешь спрашивать об этом?
— Тогда ты знаешь зачем я звоню.
— Решил снова накликать беду на себя? Не говори, что снова из-за какой-то девчонки! — друг рассмеялся в трубку, а мне не до смеха. — Черт, брат, да ладно? — отсмеявшись, напрягся.
— За чаем поделюсь. На этот раз я твой вечный должник, — отпил из бокала и откинул голову.
— Тогда выкладывай.
Рассказав другу о его роли подкладной шестерки, он не проронил ни слова и долго молчал после. Я понимал, что он рискует и не только авторитетом, но и жизнью. Мир криминала строг, суров и мстителен. Но если кому и доверить это, то только Росмину — большому человеку в этом мире нелегального бизнеса. Он владеет информационной системой, несколькими биржами и ещё всякой мелочёвкой. Я уже и не помню сколько мы с ним знаемся, но кажется всю жизнь.
— Дай мне подумать, — голос друга выдает его напряжение.
— До связи.
Опустошив бокал, обновил его в надежде, что эти два пункта решены, но как подменить бумаги и вытащить девчонку из дома невредимой? Мне не нравиться все это. Интуиция как назло молчит. Полный штиль.
 
Солнце уже приблизилось к горизонту и время играет против нас. Крутя сигарету в руке, все не прекращая мозговой штурм. Из этого омута меня вытянул звон телефона. Принял вызов от незнакомого номера.
— Слушаю.
— Это я. Согласен, но у меня есть условие.
Что-то мне говорит о том, что ставки повышаются. Звонок домофона насторожил и встав, двинулся к нему, не кладя трубку.
— Что ты хочешь?
Посмотрел на экран домофона и не поверил, что там стоит Женя. У нее что-то случилось? Впустил, ожидая гостью.
— Я хочу забрать его пути и ещё пару маленьких фирм, — я усмехнулся другу, из-за его сарказма, но это вполне могу устроить. — И прости, я в курсе, почему ты туда лезешь и хочу некоторый бизнес Богданова, включая картину, что находиться у ее дочери.
Я потерял дар речи от запросов и в этот момент открылась входная дверь, впуская мое наваждение. Показав ей на телефон, думал над словами Росмина.
— Я подумаю, как выполнить все твои запросы.
— До связи.
Сбросил вызов и приблизился к затихшей девочке, что так сладка пахнет лугом.
— Ты голодна?
— Да.
Я направился на кухню и достав контейнеры из холодильника, стал их открывать. Женя села на стул, наблюдая за моими действиями.
— Прости, но на ужин лазанья.
Улыбнулась и на мгновение мне показалась, что каждый вечер, на одном и том же месте она сидит и наблюдает, как я готовлю для нее ужин. Одаривая улыбками, делиться своим днём, рассказывая всякие курьёзы. Словно замер в этом моменте и прожил там всю жизнь.
— Я люблю итальянскую кухню.
— Это меня не удивляет.
Разложил разогретую лазанью и налил бокалы вина. Женя забавно провела носиком над паром, вдыхая аромат.
— Я никогда не была на родине своих предков, — уплетая с каким-то диким удовольствием блюдо, посмотрела на меня.
— Если ты захочешь, я буду твоим гидом.
Она отпила вина, не сводя с меня взгляд. Я бы отдал очень многое, чтобы узнать о чем думает. Даже перед прыжком со скалы, я думаю о ней, а девочка рядом, лишь протяни руку, ведь ее тоже тянет ко мне. Хотя, наивное дитя считает, что я позволю выйти замуж за того, с кем она не будет счастлива.
— Мы справимся? — тихий, нежный голосок нарушил тишину.
Непривычно видеть в ее характере робость, смятение.
— Не хочу лгать тебе.
Опустила голову, словно провинившиеся ребенок.
Обошел стол и взяв нежно за маленький подбородок, поднял вверх белокурую головку. Помахал отрицательно головой и заправил выбившийся локон, что норовил выбиться из хвоста. Накрутил русую прядь на палец и наслаждаясь их шелковистостью, отпустил.
— Дыши, Жень, — прошептал над ушком и усмехнулся тому, как она забавно вздрогнула.
— Я пришла, чтобы помочь над планом, — растерянно произнесла, явно обеспокоенная и не удивительно.
Обнял ее, приподняв со стула. Какая же она хрупкая, дюймовочка. Ее тело напряглось, боясь пошевелиться. Посадил на стол, отодвинув тарелку и забив на ее запрет, приник к губам, как к источнику жизни так необходимый мне сейчас. Она не сопротивляется, пробуждая во мне давно спящего зверя. Стянул с нее свитер и схватившись за тонкую шейку, вновь впился в нежные губы.
Меня сводит с ума то, как выгнулась мне навстречу, как задрожала от невинного поцелуя, как сжала ручки на моей груди, когда провел рукой по осиной талии. Снял футболку, желая ощущать ее всем телом и вкусил бархат шеи. Ее вырвавшийся стон, как красная тряпка, снимающая все тормоза. Расстегнул кружевной бюстгальтер, что давно мечтал снять и приник к упругой груди, лаская твердый девичий сосок. Она как налаженный инструмент под пальцами музыканта, отзывающаяся на каждое мое прикосновение. Потянулся к пуговке на ее белых джинсах, покрывая персиковую кожу поцелуями. Она перехватила мои руки, не позволяя расстегнуть.