Жест Лицедея (СИ)
Наше прикосновение длилось не больше секунды: у меня дернулся член в штанах, из ее сексуальных губ изошла еще одна струйка дыма, пахнущего клубникой.
— Но кое-что потребуется взамен. Не забыл? Мне нужно добраться до того места вместе с тобой, — продолжила она. — Как-то обмани свою идиотку-мачеху. Придумай, будто нужно уехать по какому-то делу на целый день. Ты же не маленький мальчик и смог сегодня прийти на встречу. И, конечно, не вздумай ей сказать, что поедешь со мной.
— Свет, есть одна проблема… — я виновато потупил взор. — Можно взять сигарету? — когда она кивнула, сказал: — Я кое-что забыл. Сейчас расскажу, только ты, прошу, не сердись. Я увлекся мухоморами: от них так хорошо, будто уплываешь в другой добрый и легкий мир. Вот… съел их слишком много и чуть не умер. Меня еле спасли. Это случилось пару недель назад. В общем, из-за мухоморов у меня что-то случилось с головой, и я многое забыл. Напомни, в какое место нам нужно сходить и зачем?
— Ты что с ума сошел?! Ну-ка смотри на меня! — она убрала руку с сигаретой и уперлась в меня взглядом.
Конечно, что она делала — одна из ментальных техник. Я ее не знал, но чувствовал, что это так. Ее безумно красивые, зеленые с бирюзовым оттенком глаза будто вонзились в меня. Но мне-то скрывать в данном случае нечего. Я действительно не помнил. Вернее, не мог знать.
— Конченый урод! Как ты мог такое забыть?! — она явно злилась.
Сейчас Троцкая напоминала Наташу: один в один злобная стерва, возомнившая себя богиней. Интересно, она тоже нимфоманка? Она такая же шлюха? Девочка хоть куда?
И я вам скажу, она прекрасна в этом гневе. У меня лопались штаны.
— Не сердись! Пожалуйста, не сердись, — начал увещать я. — Только помоги вспомнить, Свет! Я на все готов ради тебя! Уйду от чертовой мачехи, как только скажешь! Мне нужно лишь вспомнить. Помоги, а? — кажется сыграно очень убедительно. Можно даже попробовать, пустить «Откровения», пока она сбита с толка.
И я, словно заискивая перед ней, робко взял ее ладошку. «Нежное Касание» очень быстро. Боги! Там у нее очуметь что творится в ментальном облаке! Нет, туда просто так не проникнешь. Там сто пудовая защита — железобетонная! Я просто кинул «Откровения», даже не пытаясь их встроить. Может сработает. Может в ближайшие минут десять со мной коварная валькирия будет честнее.
Анджела принесла наши напитки, поставила на стол и с поклоном удалилась.
— Смотри на меня и вспоминай! — Троцкая, коротко затянувшись сигаретой, снова уставилась на меня. — Май прошлого года. Граф Салтыков Николай Сергеевич приезжал в ваш московский дом. Что он сказал тебе?
— Не помню. Что он должен был сказать? — я так и не прикурил, взятую у нее сигарету. — Просто напомни, хотя бы о чем должна быть речь?
— О твоем отце, что он умер. И ты — ключ! — она нервничала, и это хорошо. — К какому месту ты ключ? Вспоминай!
Я реально не помнил. И не мог помнить. Морща лоб, подкатывая глаза, я разыгрывал напряженную деятельность ума и между делом вызвал меню. Тык, тык, тык…
«Объект-инфо»
«Троцкая Светлана Григорьевна. Возраст 22 года. Магические способности — развитые техники школы «Киприды». Резерв магической энергии 212. В настоящий момент: сильное волнение, злость, спутанные мысли. Отношение к вам: злость на вас, желание заставить вас вспомнить, желание наказать вас, желание сделать вам больно, желание убить вас».
Ох, нихрена себе! Желание убить меня! Здесь все похуже, чем у ведьмы-Наташи. Интересно, чтобы было, если бы я дважды не пускал в нее «Я Хороший»?
И я решил немного соврать. Соврать, чтобы вытянуть из нее еще немного информации и понять, для чего им так нужен сусел. Вроде кое-что уже прояснялось.
— Ах, ключ! Да, граф говорил, что я — ключ, — согласился я. — Конечно, ключ. Сначала ключом был отец, потом я. Так же?
— Нет, не так! Твой чертов отец, который убил моего брата, был ключом одновременно с тобой. И Денисов был ключом. Но в живых ты один, — она потянула через соломинку «Корсар». — И если хочешь, чтобы я стала добра к тебе, если ты хочешь видеться со мной, то ты должен вспомнить, где место, о котором говорил Салтыков.
— А у Салтыкова нельзя спросить? — я чувствовал, что вопрос идиотский, но почему бы и нет.
— Ты издеваешься?! Нет этой сволочи, к счастью, в живых! — она поднесла ко рту бокал с коктейлем. — Нет, как и других ваших проклятых заговорщиков!
— Но кто-то еще остался, чтобы помочь мне вспомнить? — продолжил я валять дурака. — Свет, прости, я со всей душой к тебе. Я люблю ебя. Но многое не помню из-за этих мерзких мухоморов. Поверь, больше никогда не буду их есть. Врач сказал, что память должна восстановиться через месяц-два, — вот последнее я очень грамотно соврал. Если она меня думает поводить за нос надежной на отношения с ней, ненаглядной, то почему бы не бросить ей свою наживку.
— У нас нет столько времени. В общем так, мальчик, вспоминай! Вспоминай изо всех сил! Думай, кто тебе может с этим помочь, — она затушила сигарету и встала. — Как вспомнишь, сразу бегом ко мне в салон. Ты понял?
— Да. Сразу, не теряя ни минуты к тебе. Клянусь! — выпалил я, вскочив точно пионер. Правда классно сыграно? И тут же попросил себе маленькую награду: — Можно поцеловать? Пожалуйста, Светочка! — И помню, что женщин об этом спрашивать нельзя. Но сейчас особый случай. Натолкнувшись на ее пронзительный взгляд, я сделал вид, будто стушевался и добавил. — Прошу только в щечку.
Она небрежно протянула руку для поцелуя. Вот же дрянь! Пришлось припасть губами к ее ладошке. Ладно, так тоже сойдет: заодно снова запущу «Я Хороший». Хотя против валькирии это не работало.
Сука, бл…дь и дрянь, еб…ная Троцкая ушла. А я, все же прикурив ее сигарету, тут же загрустил. Сигарета оказалась на редкость приятной: с клубничным ароматом и каким-то изысканным сладковатым вкусом.
Жаль, что так скоропостижно закончилась встреча. Удалось выяснить не много. И так: я — ключ. Вот как это понимать? Ключ наряду с двумя другими лицами графских кровей, которых нет в живых. И один из них мой отец. Может быть Ирина прояснит здесь что-то? Она должна знать, что Петр Михайлович являлся ключом? Ключом к чему — вот главный вопрос. К какому такому месту и что там? Что такое мог мне сказать граф Салтыков? Ведь все знали сусла, как юношу не слишком умного, и если Салтыков доверил какую-то важную информацию именно мне, а не Ирине, то… То хрен его знает, что… Нет вменяемых объяснений, кроме таких: либо граф Салтыков очень спешил, а Ирины Львовны в этот момент не было в московском доме, либо Ирина по каким-то причинам не должна знать о том тайном месте. Хотя имеют право на жизнь иные версии, которые сейчас просто не могут прийти на ум из-за недостатка информации. Вероятно, «ключ» здесь какое-то образное понятие. И в этой головоломке все каким-то образом связано с Апрельским переворотом, заговорщиками.
Как жаль, что не появлялся Весериус. Я не общался с ним несколько дней. Его очень не хватало, и совет магистра был бы кстати. Вполне возможно, маг способен многое прояснить. Он же — Хранитель рода.
— Вот, что вы просили, — Анджела положила на стол свернутый листок.
Негритянка подошла тихо, что я, за своими мыслями, не сразу заметил ее появления.
— Спасибо, дорогая, — я встал, поймав ее руку и притянул к себе. — У тебя красивые глаза. Такие большие…
На нас наверняка смотрели из-за соседних столиков — я чувствовал, как негритянке неловко. Ничего страшного. Подумаешь, маленький эксцесс на рабочем месте. Быстро забудется, простится.
— И такие груди… Потом я их обязательно потрогаю, — я прижал ее к себе, так, что она явно почувствовала мой большой очень твердый член. Это стало видно по ее глазам. Да, они сейчас собирались лопнуть. Так-то, детка! Представь, что будет, когда я тебе засажу по самые помидоры? В общем, помечтай об этом перед сном. Я скоро тебя разыщу.
И тут меня осенило! Это писец! Как мне раньше не пришло это в голову?! Нет, вы сейчас все охренеете от остроты и глубины моей идеи!