Жест Лицедея (СИ)

— Прочь, извртаный дух! Чертов распутник! Царь Небесный поразит тебя святым громом!
Вдруг она схватила мое послание и разорвала на кусочки, выдернула из моей невидимой руки перо, переломила его и выбежала коридор.
Увы, попытка выйти на контакт с Леночкой потерпел провал. А время беспощадно работало против меня. Я снова воззвал к магистру, выматерился, и не получив ответа, направился в сад. Пока еще солнце не село, нужно осмотреть окрестности нашего особняка со стороны моря, прочесать полосу вдоль берега. Пролетев над дорожками сада, я двинулся над кромкой морской воды. Мысли витали самые скверные. Что я знал о сущностях тонкого плана? По сути ничего. Большая часть их — это полуразумные существа, живущие чем-то вроде инстинктов. Тело, в которое они вселялись, вело себя примерно, как зомби. Такой поселенец может поиграть телом и оставить его в любое время. Может, оно где-то валяется на берегу или под кустиком сада. Реже встречаются весьма разумные сущности демонического и магического толка, а также души умерших. Вот если кто-то из подобных займет тело, изгнать его будет проблемой. Ладно, все это тупые разговоры, пока нет самого тела.
Я пролетел в одну сторону через участки соседних владений достаточно далеко. Впереди уже виднелся порт, стоявшие на рейде и у причала парусники. Солнце исчезло в море, печально и красно догорал закат. На участках богатых особняков зажигались светильники, мерцавшие теплым магическим светом, вот только на душе было вовсе не тепло.
К своему дому я подлетел со стороны хозяйственного крыла, выше на втором этаже темнели окна Ирины Львовны, и я решил наведаться в ее комнаты. Все равно в густеющих сумерках найти сусла шансов нет.
Я влетел в распахнутую форточку. В комнатах уже лежал густой мрак, и магические светильники, обычно сами включавшиеся при появлении человека, не реагировали на мое появление. Значит, я для них уже не человек. Я уплотнил руку и потянулся к светильнику возле зеркала, но маленькое чудо — он вспыхнул раньше, чем я дотронулся. Значит, светильники реагировали, если тело сделать плотным. Пролетав над круглым столом, свернул в спальню, попутно включая свет. Между книжным шкафом и трюмо увидел портрет статного мужчины в синем мундире, с саблей, свисавшей с широкого ремня. Разумовский Петр Михайлович… Я и раньше видел портреты «отца». Если честно, у сусла с отцом имелось сходство: цвет и форма глаз, сам овал лица и отчасти линия губ. Но при всем этом Петр Михайлович без сомнений приятный и даже красивый мужчина. Отчего так природа пошутила над его сыном?
Внизу картины белой краской было выведено очень тонко:
«Люблю тебя. Прости за все. Твоя Ирина».
И покинул этот мир он в рассвете сил. Говорят, не без помощи Троцких. Вроде как это случилось в Москве, Ирина в тот день уезжала в Коломенское. Печальная история.
Я пролетел дальше, разглядывая книжный шкаф, читая названия на корешках книг. Скорее всего на полках преобладали приключенческие и любовные романы. Так я рассудил по названиям: «Рыцари короля Олафа», «Цветок его сердца», «Счастливые дни госпожи Фоминой», «Пираты северных морей» и прочее, прочее. И ни одного известного автора из мира Айфонов. Только граф Лев Толстой с тертой книжонкой «Грезы тульских вампиров».
Интересно, что у Ирины под подушкой. Тоже книга, как у Наташи? Подушки оказались слишком тяжелы для меня. Но кое-что интересное я обнаружил: нефритовый стержень с округлым концом. Уж не деликатная ли это штучка для ночных игр одиноких дам? Ох, «мама»… Я тебя понимаю. В твои цветущие годы. Годы, когда женщина всецело раскрывается и полна страсти, потерять мужа — это тяжело. Убрав деликатную штучку назад, я повернулся, оглядывая простенок напротив: картина с морским пейзажем, часы, и что-то похожее на барометр или компас. Стоп!
Компас! Твою мать! Охренеть! Я дебил, да?! Ведь сусла можно отыскать через заготовку «Компас»! Не, ну надо быть таким идиотом?! Как же права Наташа!
Я активировал «Компас». Представил тщедушное тело с оттопыренными ушами. Вот это далось мне настолько легко, что казалось, могу его даже пощупать. Направление примерно на запад. И он точно где-то очень близко. Уж не в моей ли комнате?
 
Я полетел. Если бы у меня имелось сердце, то оно наверняка выдавало бы двести ударов в минуту. Пролетел по коридору, чтобы миновать стены — не люблю через них. Точно! Он в моей комнате! И что-то странное там… Я насторожился. Толи стоны, толи чье-то повизгивание.
Я прошел сквозь дверь и…
Охренел! То, что я увидел дальше, сразу не помещалось в мои мозги. Да, их не было. В общем не помещалось туда, чем я думал! От представшего передо мной натюрморта, я просто заорал благим матом!
Сусел, спустив брюки, трахал мою Леночку! Трахал нагло, поставив ее раком у края кровати! Госпожа Вяземская нервно вздрагивала всем телом и вскрикивала от каждого его толчка. О, боги! Он ее не просто трахал, а имел в попу! Реально, вероломно, прямо в нежную, ни разу не тронутую прежде задницу! На кровати рядом валялась открытая баночка с надписью «Вазелин».
Я заорал еще раз, понимая, что мой крик отчаяния, они оба не слышат, я закрыл лицо руками. Решение созрело вмиг. Со всем возмущением, жутким негодованием я начал уплотнять руки, делая основной упор на кулаки. Потом подлетел к нему и зарядил со всей силы по его скотскому еб…лу! Увы, из тонкого плана, сила удара оказалась так незначительна, что у него не дернулась даже голова. Он отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи. А потом произошла крайне неприятная штука: этот мудень вытянул правую руку в моем направлении и долбанул «Приветом от Теслы».
Не знаю, каким образом разряд проник на тонкий план, но меня шибануло так, что я просто стек на пол. Да, странным образом в моя невесомая сущность обрела какой-то вес. Я лежал на коврике, трясясь и пуская во все стороны искры. Слышал, как Леночкины стоны, превратились в громкие вскрики, тут же сусел заворчал, притягивая несчастную мученицу к себе. И видимо кончил в ее сладкую попку. Потом встал и натянул штаны с показной небрежностью. Зыркнул на меня и сказал… Беззвучно сказал!
— Иди за мной, дебил!
Вот тут до меня дошло: в сусле был Весериус!
И Леночке магистр тоже не оставил без внимания — сказал ей:
— Моя зайка, как же с тобой хорошо. Женился бы, если б мог! Я сейчас схожу в туалет. Что-то живот крутит. Ты пока здесь полежи, отдохни. У нас сегодня будет интересная ночь.
— Да, Александр Петрович. Пожалуйста, не долго. Боюсь здесь быть одна, — простонала она, свернувшись калачиком и уткнувшись в подушку.
Я не сразу смог отлипнуть от пола. Как только это удалось, полетел в ванную, волоча вялые конечности по ковровой дорожке и по-прежнему ощущая тяжесть необычную для тонкого плана.
В ванной меня ждали Весериус и распростертое на полу тело сусла.
— Теперь ты понимаешь, какой ты идиот? — полюбопытствовал маг. Он отлетел в сторону, поправляя шляпу и глядя на меня с насмешкой.
— А ты понимаешь, что трахнул мою девушку, подло воспользовавшись моим отсутствием? — меня наполнял праведный гнев. Хотя, наверное, нет. Гнев поулегся после «Привета от Теслы» и продолжал стихать, с пониманием, что все это странное дело приобретает чуть иные расклады из-за вмешательства магистра.
— А что мне оставалось делать? — Хранитель тоже возмутился. — Она сама подцепила меня в коридоре. Говорит: «Я уже готова, Александр Петрович. Мне идти в вашу комнату?». Мне надо было сказать, мол, Александра Петровича временно нет? Алесандр Петрович съеб..лся погулять? Я вынужденно пошел с ней, так сказать в твою комнату. А она начала рассказывать про какой-то долг. Я понятия не имею о ваших долгах и прочих не во всем целомудренных играх. Зашли, она расстегнула мне брюки и начала сосать член. Мне что надо было ей сказать, типа, не соси, это не я?
— А в жопу ты ее зачем трахнул? Она об этом точно не просила! — его объяснения едва ли могли унять мое недовольство.
— А затем. Затем что она протянула мне баночку с вазелином со словами «Это подойдет? Вы сказали, будет сюрприз». Знаешь, много ума не надо, чтобы сложить твою распущенность, вазелин и молодую красотку. Это при любой арифметике данная сумма будет равняться анальным забавам. Ну я и отработал как бы за тебя.