Ловец сбежавших невест (СИ)
А потом он поудобнее перехватил ее, и девушка ахнула и невероятно широко раскрыла свои зеленые глаза, трепеща и подрагивая под ним, запустив коготки в его белоснежные волосы.
- О, - простонала она, закатывая глаза, - блаженство…
Тристан двигался медленно, мягко, осторожно, лаская девушку всем телом. Сколь страстны и ненасытны были его губы, мучающие Изольду голодными жаркими поцелуями, столько нежно было его тело. В его мягких, плавных движениях было больше откровенности, чем в иных словах. Девушка и подумать не могла, что порывистый и стремительный Тристан может двигаться так бережно и ласково. Вжимаясь в раскрытые бедра девушки, он заставлял ее миг трепетать и видеть в наслаждении звезды, а затем отстранялся, выпуская ее из объятий пьянящего удовольствия. И снова приникал, начиная игру сначала.
- Мой Пилигрим, - бормотала она, блаженно откинувшись и подставляя под его поцелуи шею, - вот я и дождалась тебя…
***
- У тебя самый красивый нос в мире, - сказала Тристану совершенно очарованная Изольда, когда смогла говорить. Она любовно провела по вышеупомянутому носу пальчиком, потом скользнула по светлым, крепко сжатым губам, и эти губы прихватили ее палец, поцеловали мягкую подушечку.
Тристан вынес и этот комплимент, умудрившись не расхохотаться во все горло. В постели вампиши было тепло, уютно, чистое белье шуршало и приятно пахло, словно сушили его не в Аду, а на залитом солнцем лугу, и они устроились под пышным одеялом, тесно прижавшись друг к другу и переплетя горячие руки.
…Сразу после страстного свидания у камина он сгреб в охапку сомлевшую девушку и на руках отнес ее по лестнице наверх. Отыскав ее комнату, пинком раскрыв дверь, Тристан затащил свою добычу в свое теперь гнездышко, и бросил на постель.
Нетерпеливо, словно упаковку на подарке, он стащил с девушки ее шуршащий парчовый халат, расстегнул свой строгий высокий ворот, движением плеч скинул свою белую сутану.
Девушка, оробев, смотрела, как он избавляется от одежды. Одно дело - осторожная ласка у камина, хотя и непривычная, но нежная и деликатная, и совсем другое - одержимая, ничем не сдерживаемая страсть, жар тел, не разделенных даже одеждой.
- Не обидь меня, королевский сын, - стыдливо прошептала она, когда Тристан опустился на нее, и его белоснежная ладонь прижалась к разгоряченной щеке девушки. - У меня сердце останавливается, когда ты так смотришь…
- Не бойся, - ответил Тристан, снова сладко, томно вжимаясь в ее тело, пылая от нетерпения. - Это всего лишь любовь. Не смерть.
Отчаянно, словно бросаясь в пропасть с закрытыми глазами, девушка поцеловала его, зажмурившись, и он ответил ей осторожной, нежной лаской, стараясь не вспугнуть девушку, чье сердце билось часто, как у перепуганной птички. Тристан оторвался от ее дрожащих губ и несколько раз осторожно поцеловал ее грудь, часто вздымающуюся от волнения и страха, словно желая успокоить испуганное сердце и пролить в него нежность своими поцелуями.
Девушка, трепеща, покорялась его ласкам, хотя щеки ее пылали от стыдливого румянца, когда ладонь Тристана, следуя за его бессовестным взглядом, ласкала ее белоснежную грудь с яркими розовыми ягодками сосков, ее мягкий нежный животик, лобок меж стыдливо сжатыми бедрами. Ее тонкая кожа, острые пуговки сосков ласкали его возбужденные губы так же, как его поцелуи ласкали ее.
С каждым мигом он все полнее овладевал ее телом - взглядом, горячими ласками, поцелуями, - и стыдливость горячей волной обжигала девушку, вздрагивающую с каждым поцелуем, с каждым прикосновением. Обняв ее бедра, Тристан уткнулся лицом в ее живот, упиваясь ее ароматом, запахом желания и чистого, здорового тела, и девушка вздрогнула, ощутив поцелуй, полный обожания и преклонения, там, на лобке, меж крепко сжатых бедер.
- Ох, - только и смогла произнести она, чувствуя его пальцы, осторожно сжимающие мякоть ее нежных бедер, разводящие ее ноги в разные стороны.
Тристан снова накрыл ее собой, неумолимо, быстро, хищно, запечатал протестующий рот поцелуем и овладел ею вновь - нетерпеливо, жадно, жестко.
Мягкие толчки укачивали ее, словно волны в бурном море. Наслаждение, которого раньше Изольда не знала, наливало ее тело, прорастало в каждой его клеточке. Девушка прикрывала глаза, отдаваясь во власть ласкающего ее мужчины, ноготками ранила белую кожу Тристана, чертя ярко-красные полосы на его плечах и спине, закусывала губы, душа в груди рвущиеся стоны, и тогда Тристан целовал ее, заставлял приоткрыть разгоряченный рот, криками выдать терзающее ее удовольствие.
Он сжимал ее нежную плоть, тискал нетерпеливыми руками, мерно двигался меж обнимающими его ногами, пил ее крики и стоны, безжалостно добавляя еще страсти в бушующий пожар, и девушка в изнеможении кричала и билась, но это была любовь, не смерть.
И страх отступал, отставляя место блаженству.
- …Ну, и кто из нас вампир? Ты выпил меня досуха, - пробормотала девушка, ласкаясь к Тристану, носом потираясь о его нос. Его пальцы легкими прикосновения считали веснушки на ее плече, и Изольда рассмеялась, снова глянув в его лицо.
- Твои силы скоро восстановятся, - ответил Тристан, - и можно будет повторить.
Ресницы девушки дрогнули, она крепче прижалась к Тристану, спрятала лицо на его груди, тихо засопела, и он понял, что сейчас последует очень важный вопрос, каких ему, наверное, задавали очень много.
- Тристан, - тихо и робко произнесла Изольда. - Ты же понял, что ты - это мечта моя? С самой ранней юности, только-только ощутив себя взрослой, я мечтала только о тебе. Прабабкина сказка сделалась для меня смыслом жизни, я просыпалась и засыпала с твоим именем на устах… Кажется, каждая черта в тебе мне знакома, я представляла тебя сотни тысяч раз, и взгляд твой преследовал меня во сне… Ты и сам ведь почувствовал, как тебя ко мне тянет? Скажи, Тристан… ты женишься на мне? - тут Изольда занервничала, заторопилась, прижалась к нему сильнее, будто испугавшись, что сейчас он встанет и покинет ее навсегда. - Ты для меня спустился в Ад, а я для тебя готова его покинуть! Тот демон, что пропускал через меня свою магию, вычерпал все нечистое и черное из моей души, выскреб ее до бела. Она теперь прозрачна, как стеклышко, и бела, как твоя кожа! Что тебе королевская невеста? За нею идет Ловец и эта его Энди. Вот и пусть они сами этим занимаются - и Офелией, и демоном, и беглянкой. А мы с тобой могли бы жить там, наверху, под солнцем! Ну, конечно, ты не смог бы со мной прогуливаться по парку с утра, даже если б купил мне самый плотный кружевной зонтик, но ведь не это самое главное?
Тристан вздохнул и крепче обнял ее плечо, уложил ее рыжую головку себе на грудь, прижал девушку к своему сердцу.
- Признаться, - произнес он после долгой томительной паузы, - я бы этого хотел…
- Но?! - почуяв неладное, тотчас подскочила Изольда.
- Но я обручен магией с другой, - ответил Тристан.
Ярость исказила хорошенькое личико девушки. Она взбрыкнула, отталкивая Тристана, колотя кулачками по его белоснежной груди.
- Да чтоб ты провалился на мосту через адскую реку, Тристан Пилигрим! - проорала она, извиваясь, дрыгаясь и отчаянно сопротивляясь рукам Тристана, пытающимся ее скрутить и усмирить. - Чтоб демон тебя утащил за ногу! Для этого в твоей груди бьется сердце храбреца - чтобы ты мог преспокойно девушкам говорить «нет», обманув и подарив надежду!? Вот я ду-у-ура! Знала же, что тебе верить нельзя! О, магия всемогущая, это мне наказание за мои грехи! Почему я вообще подумала, что ты тоже ждешь меня и ищешь встречи со мной?! Пусти меня, мерзавец! Не смей раскрывать свой лживый рот! И слушать не хочу, какая ведьма твоя невеста и как ты страдаешь, а потому ищешь утешения в моих объятьях!
- Но она действительно ведьма, - парировал Тристан, завалив сопротивляющуюся девушку в подушки и справляясь с ее руками, то и дело норовящими залепить ему пощечину. - Просто беда с вами, с честными девушками, вечно вы все портите разговорами о замужестве.