Ловец сбежавших невест (СИ)
«А не значит ли это, - ошеломленная, подумала я, - что он ищет что-то настоящее?! По-настоящему драгоценное? Что-то, что было у Офелии, о чем все знали, и что она не смогла забрать? Интересно, слуга это ее или вор?»
Похоже, Генри пришел к такому же выводу. Он распустил вампирскую маскировку, словно защитный кокон - кожистый, серый, как гранит, - и обнял этой магией себя и меня. Оба мы стали похожи на густую тень за камином, на пыль и паутину, на старый, забытый сверток. Идеальная маскировка!
В камине отчаянно загрохотало, уголь сыпался уже непрерывным потоком, потому что тело, до того карабкающееся осторожно, сейчас обрушилось и летело вниз. Шмяк! В очаг свалился какой-то мелкий человечек, то ли карлик, то ли гном, в полутьме не разобрать. Рассвет еле занялся, но лучи света с трудом пробивались сквозь пыльные мутные стекла.
Минуту лазутчик хныкал и бранился, видимо, повредил себе что-то или ушибся, выпав на каменный пол. Затем, вдоволь начесавшись, этот противный крысеныш, поводив впотьмах своим длинным носом, шумно принюхался и бросился к прилавку.
Там он с грохотом, не особо скрываясь, но явно спеша, начал выдергивать ящички, скидывать с полок припрятанный товар, какие-то бухгалтерские книги. Он искал что-то определенное, видимо, небольшое, потому что рассматривал каждую мелочь, перебирал блестящие монетки и безделушки. Но все было не то.
Наконец этот странный мелкий человечек как будто нашел искомое.
Я поняла это по тому, какой радостный вопль он издал - ну, словно гундосый слон высморкался.
- Нафел! - задыхаясь, как чахоточник в жарком бреду, шепеляво шептал он, вытягивая из-под прилавка какой-то странный предмет. - Нафел!
Что-то вроде то ли крохотного чемодана, то ли не слишком большого саквояжа. Да, точно - чемоданчик! Да такой ладненький, такой милый, что мне тотчас захотелось заиметь себе такой. Нарядный, но не слишком новый, из блестящей коричневой кожи крокодила, все еще слегка пахнущей вишневыми горькими косточками.
Ручка у него была гладенькая, изящная, будто выточенная из волокнистого крепкого дерева, покрытого желтовато-коричневым лаком.
Его легкая поношенность сглаживала слишком острые углы и придавала чемодану вид приятный и округлый. Ремни, перетягивающие его, скрипели, и это был очень приятный, добротный и уютный скрип хорошей, нужной вещи.
Все эти ремешки были сплошь с серебристыми красивыми застежками, которые делал, наверное, очень искусный ювелир, и в довершении всего чемодан был перетянут крест-накрест звонкими цепочками, оберегающими содержимое от воров.
Что и говорить - стильная и красивая магическая штука! Не дешевая подделка, нет. Кто будет превращать в фальшивку вещь, которая стоит баснословных денег?
…А внутри он наверняка выстлан крепким светлым шелком. И каждая вещь, будь то маникюрные щипчики или дневник в таком же роскошном переплете, наверняка лежала в своем гнезде.
Противный крысеныш с сухим шелестом потер свои огромные ладони, нащупал на поясе волшебную палочку. Прочистил горло кашлем и выплюнул какое-то заковыристое заклинание, ткнув палкой в замочек в виде головы единорога на чемодане.
Ага, как бы ни так!
Видимо, в чемодане хранилась действительно ценная вещь, потому что тот так плюнул в ответ защитной магией, что карлика откинуло мощной вспышкой, и он с воплем улетел в камин, где его и прихватил Генри, заломив его жилистую ручонку с зажатой в ней волшебной палочкой.
- Зажгите свет Энди, - велел он мне, справляясь с вопящим и извивающимся в его руках мелким гадом. - Посмотрим на наш улов!
Я махнула своей волшебной палочкой и зажгла свечи на каминной полке.
В руках Генри действительно был какой-то карлик, и лицо его, старое, носатое, перемазанное сажей, было мне отчего-то смутно знакомым.
- Ба-а, - протянул Генри, встряхивая своего пленника за шкирку, как нагадившего кота, - какие люди! Узнаете, Энди?
- Шут?! - выдохнула я, встретившись глазами с ненавидящим взглядом карлика.
- Верный слуга Его Княжеского Полуночного Высочества, - насмешливо произнес Генри, крутя мелкого вампира так и этак, рассматривая его скромное одеяние, на которое он сменил свое роскошное раззолоченное вампирское тряпье. - Наш пострел везде поспел! Не сгорел, не пострадал даже! Малыш Карл, ты зачем тут? Что ты хочешь раздобыть в этом красивом ящичке? Я вижу, что ты весьма недурно ориентируешься в чужой лавке. Интересно, почему бы? Зачем тебе сокровища красотки Офелии? И что это за сокровища? Деньги? Драгоценности? Что? Не хочешь говорить?
Теперь я поняла, почему карлик так странно хрюкал и сопел. Зубы его, покрошенные осиновой тростью Генри, еще не выросли заново, язык распух, и говорить ему было непросто.
- Нильгальдяй Генриф, - слюняво сопел карлик, дрыгая тощими ногами и пытаясь пнуть Генри прямо в живот. - Нельнальвифу! Скольколь труфдоф, и все насмальрку!
- Что он говорит? - переспросила я осторожно.
- Он говорит, - перевел мне Генри нечленораздельную речь карлика, - что очень сожалеет, что когда-то помогал делать меня вампиром. Не смотрите на его жалкую внешность, Энди, на самом деле он очень умный и очень грамотный маг. Он знает такие заклятья, знания которых сделало бы честь любому профессору. Вот только вместе с талантом природа наградила его редкой пронырливостью. Такие знания - и такая склонность к воровству! Так что в чемодане, Карл?
Вампир злобно сопели на вопрос не ответил.
- Но чемодан он открыть не смог, - заметила я.
- Это оттого, - отозвался Генри, между делом связывая карлика, чтоб тот не сбежал, - что он ужасно шепелявит. Поэтому некоторые слова просто не может выговорить правильно. А без правильного произношения это совсем другое заклинание. Но в целом, он был на верном пути. Отойдите от чемодана, Энди. Сейчас я его вскрою.
Я отскочила от чемодана подальше.
Генри аккуратно уложил его на прилавок, бегло осмотрел. Ему волшебная палочка была не нужна; он лишь коснулся пальцами змеек-цепей, немного нараспев читая заклятье, и те ожили и серебряными петлями расползлись в разные стороны.
Чуткие пальцы Генри легли на замочек чемодана, поглаживая. Пара слов - и тот щелкнул, отпираясь.
- Единорог встал на дыбы, - заметил Генри, с видом победителя глядя на карлика.
Самодовольно усмехнувшись, он легким движением откинул крышку чемодана - и отскочил с криком, потому что он был все-таки вампир, а в чемодане лежали очень священные вещи.
На бледно-бежевом шелке, как я и предполагала, каждый в своем гнезде, собранном из изящных шелковых складок, лежали магические талисманы, много. Серебро, кости, драгоценные камни, выточенные из хрусталя сувениры. Все в своей ячейке. Все аккуратно уложено. Все перехвачено цепочками-змейками. Каждая вещь запиралась и открывалась своим заклятьем.
- Череп соболя с агатовыми глазами, смотрите! - воскликнула я, оглядывая эту диковинную коллекцию. - Вот так раз! И Серебряный Пес! Какая редкость! Это, вроде как, защита от демонов?!
- О да, - прошептал Генри, отойдя от испуга и боязливо заглядывая в чемодан. - Амулеты от демонов… Магия пресвятая, сколько их! И всякие разные! И кольцо с дымными синими камнями…
- Разве они работают? - удивилась я. - То есть, конечно, я слышала о черепах, например, которые вроде как отгоняли злых духов, но это же были суеверия? Разве нет?
- Еще как работают, - ответил Генри, дрожащей рукой коснувшись маленькой серебряной фигурки собачки, прелестного бассета длиной в половину моего пальца. Та вдруг ожила и попыталась укусить Генри за палец. - Только они страшны более тяжкому злу, чем я.
- Генри, - изумленная, произнесла я, - но если эти амулеты есть здесь, значит, существует и тот, от кого они защищают!
- И это очень плохо, Энди, - глухо ответил Генри. - Очень.
**
Найденный красивый чемоданчик с артефактами, которыми точно собирались воспользоваться, очень разозлил Генри. Шутка ли - демон на свободе! И имя его хозяйке чемодана было известно; оно было записано на серебряных бусинах, нанизанных на тонкий серебряный плетеный браслетик.