Серенада для любимой

Стелла боялась встречи с Васко следующим утром за завтраком, но, к своему удивлению, расстроилась, когда не увидела его. Очевидно, он уехал по своим королевским делам и вернется поздно. Это означает, что их прогулка по окрестностям отменяется. Но она не должна вести себя как обиженная подружка. Васко ей не бойфренд и даже не друг.
— Ма! — воскликнул Ники, ковыряющийся в омлете, приготовленном специально для него. — Дай «Чириоуз»[1]!
— Ты хорошо говоришь, когда тебе действительно что-то нужно. — Она вытерла ему подбородок. — Но я не уверена, что у них здесь есть «Чириоуз».
— «Чириоуз»! — Он ударил ложкой по деревянному столу.
Схватив его за руку, Стелла обернулась, чтобы посмотреть, не видит ли кто-нибудь эту сцену.
— Этот стол очень дорогой, Ники. Мы должны быть аккуратными.
— Дай «Чириоуз»!
Казалось, что из его больших серых глаз вот-вот польются слезы. Почему она не взяла с собой его любимый сухой завтрак? Дома у нее есть специальный пакет с молнией для перевозки продуктов и напитков в самолете, но она думала, что здесь едят то же, что и в Штатах.
— Пойду спрошу повара, хорошо? Мы что-нибудь найдем.
Оставив его за столом, Стелла открыла дверь, за которой находилась кухня. Она вздрогнула от неожиданности, когда увидела молодого человека, стоящего сразу за ней.
— У вас есть хлопья для завтрака? — спросила она его по-испански.
Кивнув, он провел ее в коридор, вдоль которого располагалось несколько кладовок. Одна из них оказалась забита коробками с пастой, печеньем и хлопьями, импортированными из Соединенных Штатов.
— Его величество заказал все это специально для маленького Ники.
Стелла закусила губу. Васко такой внимательный. Она указала молодому человеку на большую коробку «Чириоуз» на верхней полке:
— Вы не могли бы насыпать немного в миску? Молока не надо.
— Конечно, мэм.
Испытывая облегчение, Стелла пошла назад в столовую. Она встревожилась, когда открыла дверь и обнаружила, что стул Ники пуст. Дома он всегда сидит в высоком стульчике, но здесь, похоже, такого нет.
— Ники? — Она огляделась по сторонам. Ее сына нигде не было. Здесь столько дверей, через которые он мог уйти.
Ее охватила паника. Дворец огромный. В нем полно мест, которые могут представлять опасность для маленького ребенка. Было так неосмотрительно с ее стороны оставить его одного в незнакомом месте. Больше она этого не сделает.
— Ники!
Выйдя в главный коридор, она помахала пожилому лакею:
— Прошу прощения, я... Мой сын...
Он просто улыбнулся и велел ей следовать за ним. Еще несколько дверей и коридоров, похожих друг на друга, и они оказались во внутреннем дворике с большим круглым бассейном посередине. Стелла успокоилась, когда увидела Ники, запускающего маленький парусник в фонтане под присмотром двух тетушек.
Стелла тяжело вздохнула:
— Слава богу, ты здесь. Ники, в следующий раз не уходи, не предупредив меня. — Разумеется, она обращалась не к годовалому малышу, а к женщинам, которые привели его сюда. — Мамочке постоянно нужно знать, где ты находишься. — Она холодно улыбнулась тетушкам: — Похоже, здесь глубоко.
Она сказала это по-испански, но тетушки никак не отреагировали на ее слова, словно не поняли ее. Фонтан очень красив, но в выложенном плиткой углублении внизу добрых полтора фута воды, и маленький ребенок может запросто захлебнуться, если его хотя бы ненадолго оставить без присмотра. Ей придется поговорить с Васко о безопасности Ники, чтобы он вразумил своих тетушек.
— Я нашла для тебя «Чириоуз», Ники. Иди поешь. — Она протянула руку. Ники посмотрел на нее, затем снова переключил внимание на кораблик с полосатым парусом. — После завтрака ты продолжишь запускать кораблик.
— Нет! Ники будет играть.
Ее глаза расширились от удивления. Только что он сказал самое длинное предложение в своей жизни.
— Сначала поешь. — Она с немой мольбой посмотрела на пожилых женщин.
— Не беспокойтесь, мисс Греко. Он только что съел два пирожка с вишней, — произнесла тетушка Мари на безупречном английском. — Мы о нем позаботимся, пока вы будете завтракать и делать все, что захотите.
 
Пирожки с вишней? Не самый полезный завтрак, но, по крайней мере, он поел.
— Вы уверены?
— Я вырастила восьмерых детей и с большим удовольствием проведу время с маленьким Ники. Фрида думает так же. Когда Лилли вернется от доктора, она нам поможет. — Она улыбнулась Ники. — Он такой милый малыш.
— Да. — Стелла закусила губу. — Вы не позволите ему свалиться в воду. — Это прозвучало как утверждение, а не как вопрос.
— Конечно нет, — ответила Фрида, продемонстрировав хороший английский. Пока тетя Мари поправляла кораблик, что-то говоря Ники по-каталански, она продолжила: — Васко сказал, что вы реставрируете старинные книги. Нам так повезло, что мы можем воспользоваться вашим драгоценным опытом. Когда-то я преподавала средневековую литературу в университете Барселоны и знаю, что библиотека этого дворца — настоящая сокровищница.
Стелла сглотнула:
— Да. Вчера я ее видела. Думаю, именно туда я сейчас и отправлюсь. Мы поболтаем позже.
Сейчас она слишком взволнована, чтобы разговаривать. Она думала, что эти седовласые дамы не говорят по-английски, а они, возможно, даже более образованны, чем она. Они смогут многому научить не только Ники, но и ее саму.
— Увидимся позже.
Поцеловав Ники в лоб, она подавила материнские тревоги. Это не опаснее, чем оставлять Ники в дневном центре ухода при университете, как она делала раньше.
Стелла провела день в библиотеке, изучая впечатляющие тома эпохи Карла Великого. Васко заказал необходимые инструменты и материалы, включая ассортимент тонких кож и тонкое листовое золото для замены испорченных корешков и обложек.
Одно лишь прикосновение к книгам давало невероятное ощущение. Когда она читала поэмы, рассказы и исторические очерки, перед ее внутренним взором рисовались яркие образы. Она знает французский, испанский, итальянский и латынь, поэтому смогла прочитать и понять то, что читали многие поколения жителей этого дворца.
Стелла нашла интересные вещи, которые решила обязательно показать Васко. Среди них были рассказы о его предках, народные сказки Монтмейджера, даже дневник молодого короля, жившего в конце пятнадцатого века.
Но днем Васко не пришел. Его не было за ужином, и она чувствовала себя глупо в длинном голубом платье и серьгах с бирюзой. Она ела одна в большой столовой, жалея, что не поела вместе с Ники яичницу и тосты на кухне. Сейчас малыш спал под присмотром одной из горничных.
Стелла чувствовала себя неловко, когда официанты приносили ей блюда и наполняли ее бокал.
Она уставилась на пустой стул напротив. Где Васко? Разумеется, это не ее дело. Между ними ничего нет. Даже если он ужинает с другой женщиной, она не должна расстраиваться.
Стелла сделала глоток вина. Как хозяин этого дворца, он мог бы продолжить общаться с другими женщинами после их возвращения в Штаты. В конце концов, они с Ники его гости и он должен уделять им внимание.
Возможно, он сейчас развлекается вместе с богатыми аристократами на вечеринке, совсем о них забыв. А может, он улетел на своем самолете, чтобы провести несколько дней на чьей-нибудь яхте или посетить роскошную свадьбу.
Впрочем, какая разница? Ведь в ее распоряжении удивительное собрание книг и рукописей. Тогда почему у нее перехватывает дыхание всякий раз, когда открывается дверь? Почему внутри у нее все падает, когда она обнаруживает, что это официант?
Она съела только половину абрикосового пирожного со сливками. Жаль выбрасывать такое вкусное и красивое кондитерское изделие, но в одиночестве она не получала никакого удовольствия от еды.