Мыс альбатросов (СИ)

Но те дни позади. Сейчас миссис Малфой не позавидуешь, а в мэноре витали запахи, далёкие от аромата кокосового ореха.
Снейп повернул бронзовую ручку и пропустил Сирену вперёд. Она заметалась взглядом по комнате, разыскивая среди фигур, окружавших Тёмного Лорда в центре гостиной, своего сына.
— Северус! — обратился Волдеморт. — Ты опоздал. Мы начали волноваться.
Волшебники расступились, прервав разговоры, и все как один обернулись к двери.
— Прошу извинить меня, Повелитель. Возникли небольшие трудности.
— Трудностями, полагаю, ты называешь свою очаровательную спутницу? Представь же нам её. Хотя нет, постойте. Я узнал вас, — Тёмный Лорд жутковато улыбнулся, — мадам Забини. Корбан рассказывал о вас. Вы его впечатлили.
В иных обстоятельствах она бы почувствовала себя в своей стихии. Словесные поединки с мужчинами и обмен любезностями доставляли ей немалое удовольствие, но Волдеморт вызывал в ней только тупой ужас.
— Лестно слышать, — ответила Сирена, призвав на помощь всё своё мужество. Колени у неё так и подгибались.
— Посмотрите, друзья, — сказал Тёмный Лорд, подавив усмешку. — Перед вами пример для подражания, истинная патриотка. Миссис Забини внесла весомый денежный вклад в наше дело и воспитала сына, которым по праву может гордиться. Подойди сюда, Блейз.
Бледный, словно привидение, он вышел на свет. На его лбу блестели капельки пота, руки были напряжены и сжаты в кулаки, а взгляд устремлён в пол.
У Сирены сжалось сердце. В один миг она перенеслась на годы назад и увидела черноволосого малыша, разбившего её любимое зачарованное зеркало — он так же, понурившись, стоял перед ней и стискивал кулачки. Чувствовал ли он себя виноватым? Да, но что толку? Настоящий непоседа, бесёнок. Il piccolo diavolo!
— О, Блейз, — беззвучно сказала она.
Он поднял голову, будто услышал, и она прочла в его глазах непреклонное упрямство и уверенность в том, что было сделано.
Волдеморт положил руку ему на плечо.
— Уверен, ты не разочаруешь.
— Благодарю вас, мой Лорд.
Надо было увезти Блейза на материк, отдать на обучение в Дурмстранг, глядишь, холод и сырость остудили бы его пыл и прочистили мозги. Самонадеянный мальчишка! Могла ли она остановить его, внести здравый смысл в горячую голову? Нет, поздно.
Как во сне, Сирена прошла мимо расступившихся перед ней гостей и заняла предложенное ей место на диване. В зале веяло холодом, несмотря на огонь, который эльфы развели в камине.
Следующий час она провела в полузабытье, кивая невпопад и едва отвечая обращавшимся к ней магам, а очнулась, когда Нарцисса тронула её запястье.
— Поднимемся наверх.
«Ничто не поможет нам подняться из той клоаки, где мы очутились», — отстранённо подумала Сирена, позволив подруге увести себя прочь. За спиной остались те, кто носил метку Тёмного Лорда, с клеймом, точно скот. Как её сын. О чём они совещались? Как поймать Гарри Поттера? Где прячутся оставшиеся фениксовцы? Как убить больше народа?
Оказавшись вне стен зала, Сирена споткнулась о собственную ногу. Волшебники и колдуньи семьи Малфоев следили за ней с портретов, но ей было всё равно.
Нарцисса привела её в свои апартаменты и оставила одну. Вот дурочка! Неужели хотела дать ей время выплакаться?
Она не станет ронять слёзы. Возможно, мать и была расчётливой жестокосердной стервой, но её хладнокровие передалось Сирене и помогало держать себя в руках.
Оставалось только сидеть и ждать появления Блейза. Какие объяснения он ей скормит? Мерлин свидетель, как он походил сегодня на другого юношу, что однажды с гордостью продемонстрировал ей своё изуродованное меткой предплечье. Такой же остолоп.
Надо было уезжать из Англии, а теперь поздно. Поближе к садам Боболи, куда-нибудь на Маселью или, на худой конец, в Баден-Баден — купаться в термальных водах…
Стук о дверной косяк привёл её в чувство, она резко подняла голову.
— Мама! — Блейз мешкал на пороге спальни.
Её взбалмошный красивый мальчик. Чем не услада для глаз? Со смо­ляны­ми рес­ни­цами, за­теня­ющи­ми си­неву глаз, изящно изогнутыми губами, блестящими вороными волосами Блейз казался ей ожившей картинкой.
 
Сирена не помышляла, что настанет день, когда ей захочется ударить сына, но его беспечность и полное отсутствие раскаяния на любимом лице заставили её закипеть от гнева.
— Зачем? — требовательно спросила она.
Блейз зарделся.
— Потому что Пожиратели смерти не трогают своих. Cane non mangia cane. (1) Теперь наша семья в безопасности.
— В безопасности? — Сирена взмахнула палочкой, захлопнув дверь и тем самым втолкнув Блейза в комнату. — У тебя хватило глупости поверить? Твой однокурсник, Драко — по-твоему, он в безопасности? Его жизнь больше ему не принадлежит — он связал её с Тёмным Лордом, и ты только что допустил ту же ошибку. Из-за чего? Семейной гордости? Жажды проявить себя?
— Они освободят Флориана, — заявил Блейз. — Он три месяца провёл в камере, хотя ты давно обещала разобраться с его арестом.
— Думаешь, я не пыталась? Эти подонки вцепились в меня. Свора гиен. Только вместо крови они чуют золото. Наши сбережения — вот что привлекло их в первую очередь! Бюджет Министерства трещит по швам, и они латают его с помощью конфискаций и наших условно-добровольных вложений. Поэтому они удерживают дядю, а вовсе не из-за связей с Орденом. Каждый день я плачу за его жизнь, и, поверь мне, сумма моего вклада в так называемый «общий котёл» совсем не маленькая, — Сирена всплеснула руками, ударив по покрывалу. — Теперь они добрались до тебя! Ах! Если бы у меня был яд, чтобы отправить их всех на тот свет, если бы я только могла…
— Cara mia, прости, — сын опустился на кровать рядом с ней, взял её ладонь и принялся целовать костяшки пальцев. Маленький подхалим. — Рано или поздно это всё равно бы произошло. К тому же, — Блейз потупился, — я напортачил.
— Напортачил?
— Два фениксовца в замке. Они проникли в Хогвартс, чтобы выкрасть меч Гриффиндора, а я им помешал. И всё бы закончилось хорошо, но Тео, — отрывисто произнёс Блейз, словно имя лучшего друга служило проклятьем, — позволил им уйти. Отпустил обоих пленников, представляешь? Если бы не он, мне бы не пришлось принимать метку. Кэрроу обо всём донесли Тёмному Лорду, и он захотел меня увидеть, а я… я действовал по обстоятельствам. Нельзя было упускать такой шанс, мама.
Его сбивчивый рассказ почти не привнёс ясности, слова обгоняли одно другое, но Сирена не могла дальше злиться.
— Почему Тео так поступил? Он всегда защищает эту грязнокровку!
— Возможно, он влюблён в неё, в эту девушку?
— Тео?! Он со второго курса сохнет по Лайзе Турпин! Не понимаю. Неужели девчонка Поттера важнее нашей дружбы? Предатель, — выплюнул Блейз. — Я хотел его выдать, сказать Снейпу или Кэрроу… но не стал. Ну и пусть! Пусть так! Никому нельзя доверять, кроме семьи. Ты моя семья, — уверенно сказал он, обняв Сирену, — ты, мама, и дядя Флориан. Ради вас я пойду на всё. Я смогу вас защитить!
— Ах, мой дорогой! — Сирена сдвинула его чёлку и коротко прижала губы ко лбу. — Мы справимся, — горячо пообещала она. — Они ещё поплатятся. Снейп, Кэрроу, Нотт, Яксли… их время придёт. Так или иначе, мы возьмём своё. Вычеркнем их из списка должников.
Блейз до сих пор держал её за руку и крутил кольцо на безымянном пальце — привычка с детства.
— Значит, Яксли? По-видимому, он сильно тебя задел. Это потому что твоё очарование не возымело на него действие? Как считаешь, может, после Азкабана, женщины перестали его интересовать? В камерах очень холодно, да ещё дементоры отбивают всё желание.
 
— Он пробыл там всего пару месяцев.
— Жаль. Раз такое дело, я бы не стал возражать против нового отчима. Мы бы быстро от него избавились.
— Поверить не могу! — выдохнула Сирена, возмущённо уставившись на Блейза. Этот нахал бесстыдно улыбался, хотя улыбка не коснулась его глаз.
— А что? Люди должны говорить тебе спасибо, а вместо этого кличут «чёрной вдовой».