Мыс альбатросов (СИ)

— Ты полукровка, — заключила Гермиона.
— Подлинной чистоты, если хорошенько разобраться, не существует.
— Мог бы и не рассказывать нам, — заметил Гарри. — Мы бы и так помогли твоей матери.
Нотт искоса взглянул на него и приподнял уголок губ.
— Знаешь, как говорят, Поттер? Все факультеты равны, но Кубок школы достаётся Гриффиндору. Теперь я уверен, что вы позаботитесь о моей матери немного усерднее, чем если бы я промолчал.
Уши Рона покраснели, а Гарри вдруг ощутил стыд. Не за подаренные когда-то Дамблдором баллы — за нечто более важное. Как давно соперничество между факультетами переросло во вражду? Он никогда прежде не задумывался. Любой слизеринец в его глазах — будущий злодей, который того и гляди достанет палочку — и давай швыряться Непростительными… А они такие же люди. Только галстук в Хогвартсе носили в зелёную полоску. Регулус, например. Или Андромеда.
— Я понял, — сказал Гарри.
— Какая опасность грозит твоей маме? — обеспокоенно спросила Гермиона.
Тео повернулся к ней.
— Всё из-за меня. Дед хочет вынудить меня принять Чёрную метку. Если я снова откажусь, он объявит её преступницей, обманом выдавшей себя за чистокровную волшебницу, и обвинит в краже магии, как и других магглорождённых.
— Старая сволочь! — не сдержался Рон.
Гермиона опустила взгляд и прикусила губу. Секунду-другую все молчали, потом Гарри спросил:
— А что твой отец?
— У него нет права голоса. Никогда не было.
Гарри не знал своих родителей. Он долго жил у Дурслей, частенько гостил у Уизли. Вернон и Петуния, Молли и Артур… Они любили друг друга и защищали. Гарри ощутил своеобразную жалость к однокурснику, вынужденному обратиться за помощью к «Мальчику, Который Прячется» просто потому, что больше не к кому.
— Рон, — сказал он, переглянувшись с другом, — отправь Ремусу патронус. Мы нашли магглорождённую волшебницу, которой нужна помощь.
 *
Это было не первое собрание Ордена Феникса, на котором присутствовал Гарри, но так оживлённо оно проходило впервые. Желание Теодора Нотта вступить в ряды Сопротивления внесло среди фениксовцев раскол.
Дороти Вэнс, ещё на прошлой неделе принявшая новобранца — Оливера Вуда — с распростёртыми объятиями, не хотела пускать Нотта на порог.
Флёр и Билл проголосовали «за» только потому, что их уговорила Гермиона.
Фред, Джордж, Ли Джордан и Молли высказали категорическое «нет», даже не став её слушать. Мистер Уизли боролся с совестью до последнего, но под грозным взглядом супруги сдал позиции и выступил против Нотта.
Нимфадора и Ремус, который выглядел ещё болезненнее, чем прежде, наоборот, сразу дали своё согласие на его приём в Орден. Дедалус Дингл поддержал Гарри, так что перевес голосов вскоре стал очевиден. Голос Кингсли, переданный через зачарованный галлеон, довершил дело, но Гарри было приятно, что Джинни не пошла на поводу у семьи и встала на его сторону.
— Поздравляю, Теодор, — сказал Ремус, улыбнувшись приглашённому после голосования Нотту. — Добро пожаловать в Орден Феникса!
Миссис Уизли демонстративно отвернулась.
— Как вы можете ему доверять? — воскликнула Вэнс. — Его папаша — Пожиратель смерти! Мы уже поплатились за ошибку с Блэком. Из-за него мы потеряли дом на Гриммо, здание на Кинг-стрит и Фредерик-роуд. Они скомпрометированы.
— В этом нет вины Регулуса! — вмешалась Тонкс, подскочив от возмущения. — А особняк Блэков давно был потерян из-за Северуса Снейпа.
— Верно! — поддержала Гермиона. — Дом и так был ненадёжен.
— Давайте не будем препираться, — волнуясь в первую очередь за беременную жену, сказал Люпин.
— А кто тут препирается? — завелась Нимфадора. Волосы вспыхнули красным.
Гарри давно не видел её в таком гневе.
Спор, в котором Гермиона и Тонкс выступили единым фронтом в защиту Блэка, завязался снова. Оливер с близнецами противостояли девушкам с таким жаром, будто речь шла о Кубке по квиддичу. Вуд недолюбливал Нотта со времён школьных матчей. Два вратаря, как никак… Вон как воздух начал ладонью рубить.
Рон молчал, хмурясь с каждой минутой всё больше.
 
— Послушайте! — сказал Тео, ударив по столешнице. — Да послушайте, наконец!
Спорщики резко затихли.
— Я здесь не для того, чтобы все перегрызли друг другу глотки. Этого Пожиратели и хотят: перессорить вас, заставить паниковать и ошибаться. Я благодарен вам за спасение моей матери. Она сейчас далеко, но, уверен, поддержала бы меня в моём решении. Я не хочу стать камнем в вашем ботинке. Мне лучше уйти. Я возвращаюсь в Хогвартс.
— Верно! Возвращайся к остальным змейкам, — враждебно произнёс Фред.
— Вот и правильно, — выдохнул Вуд. — Хорошо, что ты сам всё понимаешь.
— Нет, неправильно, — сказал Гарри, выйдя в центр комнатушки, где собрались друзья и сторонники. — Пусть его отец Пожиратель смерти, ну и что? Что это говорит о самом Теодоре? Он помог Гермионе сбежать из замка, когда Кэрроу были у неё на хвосте. Предупредил Кингсли о нападении на Лавгудов. Он рисковал собой, обратившись к нам. Война — это воронка, которая с каждым днём будет затягивать всё новых и новых людей. Сегодня он сам пришёл к нам за помощью, а мы его гоним. Что же в этом правильного? Считайте, что я превышаю свои полномочия, и ваше знамя победы вдруг заговорило, да как угодно считайте, но я за то, чтобы Нотт стал частью нашей команды! Миссис Уизли, — он проникновенно посмотрел на Молли. — Вспомните, как несладко мне жилось у Дурслей, но, по крайней мере, я никогда не боялся за свою жизнь. Теперь представьте, каково жить с теми, кто не пожалеет бросить в котёл войны собственного сына или внука. Дамблдор говорил, что Хогвартс помогает всем, кто просит о помощи. Мы тоже частичка Хогвартса. Он в наших сердцах.
— Ох, мой мальчик, — утерев покрасневшие глаза платком, прошептала миссис Уизли.
— Против Дамблдора не попрёшь, — проворчал Фред, нервно затарабанив пальцами. — Почему это всегда срабатывает?
Джордж развёл руками:
— Смирись.
«Дело сделано», — обрадовался Гарри. Главное, сломить оплот сопротивления — мать Рона. Остальные переметнутся в другой лагерь, стоит командиру дать слабину. Так и произошло.
— Шикарная речь, — шепнула Джинни, когда все начали расходиться.
— Я думал, это собрание никогда не закончится, — пожаловался Рон, разминая плечи. — Скажи кто год назад, что дружок Малфоя кинет Лорда и вступит в Орден, я бы посоветовал такому шутнику занять соседнюю с Локхартом койку.
— Помогать с автографами? — ухмыльнулся Гарри.
— Дружок Малфоя?
Гарри обернулся к Нотту. От неловкости засвербило в носу.
— Звучит несколько вульгарно, — невозмутимо сказал Тео, но за его равнодушием скрывалась явная усмешка. — И потом, скорее уж «дружок Забини». С ним я провожу времени куда больше.
— Вместо того чтобы острить, подумай, где будешь ночевать, — бросил Рон. — Одно дело — принять тебя в Орден, другое — пустить в дом.
— Не кипятись, Уизли. Я вернусь в Хогвартс.
— Подожди-ка! — тон Гермионы намекал, что подруга ещё не успокоилась после дебатов за честь Блэка. — Ты это серьёзно?
— Мне ничего не грозит, — заверил её Нотт уже с большей теплотой. — Не беспокойся. Сэмвеллу нечем меня шантажировать. Моя мать далеко. Когда он поймёт это, будет уже поздно. За неделю, пока она якобы болела, он ни разу не поинтересовался её самочувствием. Кроме того, я владею окклюменцией, так что все ваши тайны со мной в полной безопасности.
— Снейпа это не остановит, — скривился Рон. — Он превратит твою жизнь в ад.
— Снейп дважды отпустил меня из школы, — сказал Теодор. — Молча выписал пропуск. С Кэрроу мы родня, они меня не тронут, хотя и не любят. Других Пожирателей в замке сейчас нет.
 
— Всё равно! Тебе нельзя там оставаться, — не уступала Гермиона. — Я посоветуюсь с Ремусом.
— Даже время не трать, — предупредил Нотт.
— Раз уж ты решил вернуться в Хогвартс… — сказал Гарри, заработав сердитый взгляд от Гермионы, —…то у меня будет к тебе просьба. В школе спрятан предмет, который поможет нам одолеть «Сам-Знаешь-Кого». Это диадема Ровены Равенкло.