Я сама призову себе принца! (СИ)

Протянув лапы к дракону, инстинктивно ища у него защиты, помощи, я сразу очутилась в его объятиях.
Обхватив меня, крепко прижав к себе, Дарахар сразу начал снижаться.
— Моя кр-расавиц-ца, устала, — зашептал он. — Не пер-реживай. Ты и так для первого раза слишком много летала. А сейчас моему солныш-шку нужно отдохнуть… Я и мечтать не мог, что так скор-ро увижу твои истинную ипостась! — продолжал мужчина. — Да ещё и станцую с тобой! Моя Надежда пр-росто чудо как хороша! Грациозна! Великолепна!
— Ты меня так успокаиваешь? — прижав крылья к туловищу, чтобы ему было удобнее, уточнила я. — Сомневаюсь, что с первого раза я была так уж хороша.
— Я искренне восхищаюсь! — потискав меня немного, промурлыкав ещё пару восторженных эпитетов, дракон начал снижаться. — И поражаюсь твоим талантам. Но как… ты смогла так быстро обернуться? Это ведь не так просто.
— Я решила, что ты сейчас упадешь, разобьешься. И Намай со всеми жителями сметешь с лица Альтеры уже навсегда, — буркнула я недовольно. Однако недовольство моё относилось не к моим словам, а тому, что дракон, распустив объятия, аккуратно поставил меня на землю. А моя драконица была не готова отпускать из своих лапок такую добычу! Ей хотелось прижаться сильнее к этому сильному дракону. Вцепиться покрепче и никогда не отпускать!
Мягко приземлившись рядом, словно услышав мои мысли, дракон накрыл меня целиком своим крылом и притянул поближе.
— Ну я ведь сказал, что тебе не о чем переживать!
— Сказал, — я сощурилась от удовольствия, ощущая его тепло, чувствуя, как трутся наши чешуйки. — Но я всё равно переживала. Кстати! А что это, вообще, было? Ты был куда больше… эти вопли в небесах, свет. Красиво, не спорю, но, увы, я не поняла, для чего это всё было…
— Мне нужна была сила, что собирали фаэры от драконидов, которой питались. Поэтому и превращался я практически полностью тут. Понимаю, тебе было сложно смотреть на их страдания, мне, поверь, тоже было совсем не просто… Однако так было нужно — я должен был вернуть им их силу.
— Они вновь стали драконами?!
— Нет, моё солнышко. Они были рождены драконидами, драконидами они и умрут. Но у их детей и детей, недавно рожденных, тех, кто не подошел к возрасту, когда драконы расправляют крылья, есть шанс покорить небеса.
— Так ты всё-таки снял заклятие? — я прижалась ещё сильнее к Дарахару.
— Да, — он кивнул. — Поняв, почему ты стала драконом, я смог вернуть им то, что однажды забрал. Однако, как я уже сказал, не все смогут однажды почувствовать ветер. И не только возраст тому будет виной. Но что мы о том, что случится только через лет десять? Давай поговорим о том, что нас ждет сейчас… О Намай. О драконидах. О том, что нам делать в первую очередь.
— В первую очередь нужно меня превратить в человека, — изогнув шею, я «потерлась» о Дарахара. И он весь сильно задрожал:
— Надеж-ж-да! Не надо так делать!
— Почему-у? — протянула я и боднула его голову.
— Ты будишь во мне зверя! И в человека, моё солнышко, ты, к моему огромному счастью, уже никогда не превратишься… А что по поводу человекоподобного облика — это с легкостью! — сказал он.
Вот только так легко и просто, как он полагал, не вышло. Драконица не желала уходить. И даже «затянуть» её в черноту оказалось той ещё задачкой. Она сопротивлялась, рычала, вцеплялась в несчастного Дарахара. Но он, как и обещал, был терпелив, ласков и нежно уговаривал, успокаивал и снова упрашивал. Объяснял, что я вскоре обессилю и рухну. И буду не так прекрасна и обворожительна, валяясь на земле с высунутым от потери сил языком.
Драконица ещё повздыхала, нехотя сдалась, принимая его доводы, и вскоре я уже стояла обнаженная посреди ледяных скал и дрожала всем телом. Желая опять стать большой, сильной и не боящейся пронизывающих до костей ветров и холода.
Несмотря на огромную усталость дракон нашел в себе силы переместить нас в «послиный дом», как он его называл.
 
Уложив меня в постель, при этом всячески избегая смотреть на меня обнаженную, он лег рядом поверх одеяла. Обнял. На что даже фаэни отреагировала крайне благожелательно, не зашипев и попытавшись расцарапать ему руки, а устроившись у него в ногах.
И, уверена, Дар дождался, когда мои глаза закроются, и сразу отправился дальше по делам. Я же больше ни на что не была способна, кроме как погрузиться в пучины сна. Оборот в драконицу хоть и был удивительным, волшебным, однако слишком сильно вымотал меня. Но я дала себе зарок, зная Дара, только немножко подремать. Вот совсем немножко, просто чтобы немного набраться сил… Чтобы потом сразу загнать этого чрезвычайно деятельного дракона тоже отдохнуть…
* * *
…Первое, что я ощутила, когда очнулась — легкий, чуть прохладный ветерок и приятную свежесть. Дышалось так легко и сладко!
Приоткрыв один глаз и перевернувшись на бок, я увидела, что солнце уже давно встало. А в комнате приоткрыто одно окно, и воздух с улицы дарит головокружительную легкую прохладу.
Пока я протирала глаза, почесывала фаэни за ушком, обратила внимание, что дома относительно тихо. Только с улицы доносятся какие-то голоса.
Взяв Черныша под мышку, спрыгнула на пол и подошла к окну.
И обомлела.
Казалось, я проспала минимум месяц. Снег везде, кроме самых высоких пиков гор, полностью растаял. А на черной земле уже проклевывались первые ростки ярко-изумрудной травы. На небе не было ни облачка. Воздух был настолько свежим, что казался сладковатым.
По двору бегали дракониды, что-то таскали: кто-то выносил коробки, кто-то носил доски, бревна. Пара женщин присматривали за радостно бегающими вокруг них детьми, коих я насчитала около сорока. Судя по всему, они взяли на себя роль нянек, пока другие женщины были заняты иными делами. Несмотря на то, что народу во дворе было много, шумно не было. Все вели себя довольно тихо, даже дети. Особенно когда они пробегали мимо моих окон.
Не увидев Дарахара, я поспешила в ванную комнату. Быстро умывшись, оделась и вышла в коридор искать своего деятельного дракона.
В доме было относительно тихо, да и он казался скорее пустующим, поэтому я направилась туда, откуда доносился женский приглушенный смех — в гостиную на первом этаже.
Войдя с улыбкой, поздоровалась. И сразу нахмурилась, когда смех тут же оборвался, а все женщины, с которыми я уже успела познакомиться и наладить нормальный контакт, дружно соскочили с кресел, диванов и стали кланяться. Я успела заметить, что тут была и парочка новых действующих лиц — дам в красивых нарядах. Видимо, они были из тех драконид, что жили за грядой.
— И что всё это значит? — спросила строго, разглядывая их склоненные головы.
— Надежда, простите нас, что вели с вами так неподобающе. Мы не знали…
— Чего не знали? Да распрямитесь вы уже! — подойдя к Равине, я попыталась сама её распрямить, но женщина ещё больше скрючилась.
— Что вы драконица. Что Дарахар — Владыка. Наш Владыка… И вы наша будущая Владычица… — забормотала, запинаясь, одна из драконид.
— И что с того? Владыка. Владычица, — я сделала ещё одну попытку вернуть женщину в подобающее положение, однако вновь потерпела неудачу. И поэтому, глубоко вздохнув, опустила руки и властно произнесла: — Поднимите головы!
И случилось чудо. Робко они начали распрямляться, а я облегченно выдохнула. Но сразу по их пугливым взглядам поняла, мы больше, пока по-крайней мере, не сможем быть друзьями. И делиться со мной сплетнями никто более не будет. Может, однажды и поймут, что передо мной не стоит гнуть спины, однако не в ближайшее время. А мне нужно свыкаться, что я какая-то там Владычица. Радует, что не морская.
 
— Не стоит себя корить за вольное поведение. Мне более по душе свободное общение. И мы специально с моим… избранником не говорили, кто мы, чтобы вы поняли, что желаем вам только добра. И пришли мы с ним сюда, чтобы… наш народ снова зажил как того достоин. Уверена… — как же было тяжело так велеречиво распинаться, но им сейчас нужна была не подружка, а правительница. Та, что будет их опорой, поддержкой, что дарует им свет и поведет вместе с Владыкой в светлое будущее. Будет дарить надежду и станет примером. — Уверена, вы уже убедились, что Владыка Дарахар желает вам всем только счастья. И под его опекой, под его крылом все вы будете в безопасности. А он к вам — добр и справедлив. Так же, как и я. Вы всегда можете обратиться к нам, и мы не отвернемся, не откажем в помощи. Отныне и навсегда мы будем рядом. Для всех нас наступает новая эра…