Граф Суворов 2 (СИ)

Пара человек, с дубинками дежурных, прыгнули на меня, заходя с разных сторон, но им тут же ударили в спину второкурсники, пострадавшие из-за ловушки. Так что мне даже драться почти не пришлось.
Увернувшись от дубинки первого противника, я шагнул ему на встречу, перехватил руку и вбил костяшки в солнечное сплетение. Тот выдержал удар, и даже попробовал высвободиться из захвата, но тут же получил сзади пинок в поясницу, и отобрав дубинку я тут же забыл по парне.
Леха с Петей насели на одного придурка, до сих пор умудрявшегося отмахиваться от них прорезиненной палкой, когда я парировал его удар и тут же ответил, применив показанный вчера Ёжиковым прием. Отразить, поймать инерцию, перекрутить и тут же ответить встречным ударом снизу вверх.
Парень явно лучше меня фехтовал, но справиться с моей скоростью не сумел, и дубинка проскочила подставленный блок, заехав со всей скорости ему по подбородку. Запрокинув голову назад, парень хрюкнул, замотал руками и рухнул на задницу. Я же шагнул к следующему, отбивавшемуся сразу от троих, а потому не обратившему на меня никакого внимания. Это он зря.
Удар под колено и тут же по хребту — и парень ныряет лицом в окаменевшую от ежедневой пробежки сотен ног землю. Слышится только жалобный всхлип, когда обороняющиеся перешли в контратаку.
— Лежачих не бить! — громко крикнул я, понимая, что драка уже окончено и взбешенные парни просто отводят душу. — Свяжите их, их же одеждой! Добежим дистанцию — расскажем, за ними придут. Раненые есть? Кто не может продолжать марафон? Леха?
— Нормально все, у нас все целы. — ответил Шебутнов.
— Я ногу поранил. — морщась сказал один из второкурсников, держась за голень. — Эти уроды не леску а проволоку натянули, порезался.
— Так, надо перевязать. Сможешь дождаться пока инструкторы придут? — спросил я, накладывая кровоостанавливающую повязку.
— Да. Справлюсь. — произнес, криво усмехнувшись второкурсник.
— Ну и отлично. Чего встали? Куколок на обочину и побежали! Не торопимся, время еще есть. — посмотрев на трофейные часы проговорил я. — Дышим ровно, держим темп! Раз-два. Раз-два.
В результате под конец мы не только догнали, но и обогнали кое-кого из второкурсников. По крайней мере мой взвод, и еще десяток за ним. Девушки ушли существенно вперед, но на финише валялись совершенно без сил, а вот мы, скинув куртки, тут же избавились от насквозь мокрых футболок и начали растираться, при этом я поймал несколько заинтересованных взглядов. Один гневно-недовольный и еще один горячий-ожидающий. Их обладательниц — Мальвину и Ангелину было легко вычислить.
— Ваше благородие, разрешите обратиться? — подошел я к Коротову, не слишком довольно заносящему наши фамилии в ведомость.
— Что у тебя, Иванов? — чуть не выплюнул мою фамилию тренер.
— На третьем километре, возле лесополосы, на нас напала группа из А, вылетевших с ускоренки. — проговорил я, заметив, как напрягся Коротов. — С ними остался один из второкурсников, которому они повредили ногу. Так что где-то полчаса они без курток на морозе сидят. Ничего страшного, конечно, но могут и простудится.
— Что вы с ними сделали? — чуть побледнев спросил тренер, и пластиковая ручка в его ладони слышно хрустнула.
— Мы? Да мы только к разбору полетов успели. — усмехнулся я. — Они почему-то решили подставу второму курсу устроить, лески развесили, а потом напали с дубинками. Вот это мы уже своими глазами видели. Но справится не смогли, куда им, против второкурсников, верно?
— Дебилы. — сквозь зубы проговорил Коротов. — Благодарю за предупреждение, я немедля передам все в лазарет.
— Ага, спасибо. А мы пока за ними присмотрим. — предложил я. — Все равно до конца экзамена еще двадцать минут.
— Нет нужды, дежурные со всем справятся. — гневно оборвал меня Коротов, и я, с деланным равнодушием, пожал плечами. Проследил чтобы в ведомости наше время было занесено верно, а после мы со взводом легко догнали ушедших вперед дежурных. Третьекурсники из А такой компании были совершенно не рады, но нападать в открытую не стали. А вот кто был рад — так второкурсник с ТУФа, у которого повязка пропиталась кровью. Мы с Лехой взяли его под руки и так доставили в медчасть.
 
— Спасибо, ребята. — кивнул он, сев на кровать. — Если бы не вы, даже не знаю… эти мелкие придурки, когда вы убежали, чем мне только не грозили. Рассказывали, что их освободят, а меня этими дубинками… ну вы поняли.
— Да чего уж тут не понять. — кивнул я. — Ты главное все что они говорили слово в слово повтори дознавателю, когда до тебя очередь дойдет.
— На кой черт они вообще это затеяли? — удивленно спросил Шебутнов, когда мы вернулись в расположение остальной роты. Вдалеке что-то усиленно грохотало, и на выстрелы это было мало похоже, но мы никуда не торопились. — Им же так и так не уйти от выговора с занесением. Даже если бы мы их не побили.
— Думаю им это без разницы. Они с ускоренного обучения вылетели, а вчера и последняя пятерка из А срезалась, попробовав на меня напасть. В результате из всех остался только один человек. — ответил я, немного поразмыслив. — В наследники Суворовых у них теперь попасть шансов нет. Так что по большому счету им терять нечего, а одно нарушение ничего не решит.
— Нагадить, лишь бы нагадить? — зло спросил Жеглов. — Вот уроды. Какого черта им неймется?
— Не думаю, что они решились на это сами. Даже если сумели выбрать место и сообразить, как натянуть в нужный момент проволоку — достать из арсенала дубинки, это уже совсем другой разговор. — ответил я. — Может записей об этом и не осталось, но кто-то явно должен был открыть дверь, выдать… в общем надо поспрашивать кто что видел, нам таких подстав больше не нужно.
— Преподаватели? — спросил Леха. — А им то это на кой черт?
— Кроме того, что из-за нас поломали всю их отработанную систему, что началось нормальное обучение и теперь воровать не получится? — удивленно посмотрел я на Шебутнова и тот понимающе хмыкнул. — На Суворовых у них отыграться не выйдет, так они хоть нам подлянку сделают. В общем, будем осторожны, и на стрельбище по сторонам посматривайте… а то мало ли что.
К счастью, предосторожность оказалась лишней. На стрельбище, устроенном прямо перед бутафорским замком, стояли армейские инструкторы, чуть ли не десяток человек. На каждого студента, которому выдавали оружие — по отдельному инструктору, стоящему над душой и считавшему попадания и патроны. Стреляли мы хоть и из боевых автоматов, но переделанных под мелкашный патрон и только одиночными. Может для экономии, может еще для чего.
А вот потом…
— Бросание гранаты на дальность. Гранаты учебные, пластиковые, но со взрывпакетами, так что уж будьте добры — докиньте. — не слишком довольно проговорил инструктор. — Отогнуть усики, выдернуть чеку, бросить. Не ждать! Под ноги — не кидать! Раз, два… начали!
Гранаты нас, конечно, учили кидать, но только пустые муляжи, и сейчас ребята сильно нервничали поэтому чуть ли не треть летела прямо в окопы перед нами. Еще треть — куда-то вперед, куда угодно кроме обозначенного сектора, и только у последней трети получалось попасть куда надо. Зато как они громыхали, когда фитиль доходил до порохового заряда!
— Ложись! — скомандовал один из инструкторов, когда граната упала уж совсем близко, и мы послушно вжались в землю, благо этому навыку нас Василий обучил накрепко. В результате норматив сдали все, хоть и не с первого раза. Правда была одна вещь, которая меня сильно смущала.
Грохотало не совсем там, где мы бросали гранаты, и грохотало куда сильней. Казалось, что одновременно с нами в замке ведут настоящие взрывные работы.
  
Глава 6
 
— Не обжираться! — крикнул я, на сокурсников, словно оголодавшие волки накинувшихся на еду в столовой.
— Но мы же с самого утра ничего не ели! — возмущенно проговорил Петр, уже набивший рот.
— У нас вечером еще рукопашка. Кто хочет, чтобы его тошнило после первого же удара в живот — ваше дело. — пожав плечами проговорил я, и парни разочарованно посмотрели на заполненные продуктами полки. Пришлось сжалиться. — Суп берите, вода за четыре часа выйдет. А остальное усвоится.