Кровавая прогулка дьявола (ЛП)

— Если вы не хотите мне помочь, мистер Холлеран, я возьму то, что мне нужно.
Я сильнее прижимаю «Ругер» к его лицу. Это только заставляет его смеяться сильнее.
— Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать, а?
— Я видел, как нефилим наблюдал за вами. Разговаривал. Я готов поспорить, что Дьявол не хотел бы, чтобы вы пострадали, мистер Холлеран. Иначе зачем так напрягаться? — Сукин сын упирается ладонями в пол и толкает, стиснув зубы, и черт меня побери, если он не поднимает меня вверх. Я снова луплю его по голове, не настолько сильно, чтобы причинить реальный ущерб, но достаточно, чтобы привлечь его внимание. Он вздрагивает от смеха. — Сегодня вы застали меня врасплох, мистер Холлеран. Возможно, я недооценил вас. Я больше не повторю эту ошибку.
Я вставляю «Ругер» ему в ухо.
— Если мы снова увидимся, Марв, сюрприз мне не понадобится.
Марв преследовал меня через пол-Хейвена, а теперь сорвал мое свидание и угрожает моей жизни. Если он снова придет за мной, даже Батлер и Гэвин не смогут сказать, что я неоправданно убил его.
— И не забывай, твой призрак тоже не будет в безопасности от меня. Я хочу, чтобы ты убрался из этого ресторана, прямо сейчас, или вызову полицию. Похоже, они тобой заинтересовались.
— Все интересуются чем-нибудь, мистер Холлеран.
Рыча, я поднимаю пистолет, собираясь снова ударить по этому жалкому мешку с дерьмом. Открывающаяся дверь туалета останавливает меня.
— Последний шанс, — шиплю я, слезая с него и отпирая дверь. — Я предупредил тебя.
Марв хихикает, поворачивая голову, чтобы увидеть меня. Его лицо разбито. Из рваного пореза сочится кровь по одной стороне лица, окрашивая его зубы, когда он смотрит на меня.
— До встречи, мистер Холлеран.
Я выхожу из кабинки, «Ругер» нацелен на него, но скрыт дверью. Диана стоит прямо перед туалетом, руки на бедрах, взгляд устремлен на меня. Интересно, кто-нибудь видел, как дверь открылась и закрылась сама по себе?
Как я уже говорил, призраки могут взаимодействовать с вещами в Аду: стульями, стаканами, живыми людьми. Им не обязательно прикасаться к ним. Некоторые могут использовать свой разум — люди называют это полтергейстами в кино и тому подобное — но им нужно сосредоточиться. Диана, должно быть, приложила серьезные усилия для открытия двери.
— Пошли, — говорю я, засовывая «Ругер» в кобуру. — Не хочу, чтобы кто-то видел, как я выхожу, особенно если они увидят рожу Марва.
— Ник, — шипит она, голос густой от нарастающей паники, — туман становится все сильнее. Я слышу их, вой, рычание. Мы не можем выйти наружу.
Дерьмо.
— Я разберусь с этим, — шепчу ей.
Я возвращаюсь к Розе. Она улыбается, когда я сажусь, и показывает на наполовину съеденный шоколадный торт с растаявшим ванильным мороженым. Я приглаживаю волосы, всколыхнувшиеся после стычки с Марвом, и поправляю пиджак. Мое сердце стучит как-то жалобно, как заяц, бьющий своими лапами по земле.
— Приберегла для тебя немного. Наверное, ты мне нравишься больше, чем я думала.
— Ты доедай, — говорю, оглядываясь в поисках официанта. — Это твое любимое пирожное.
— Ник Холлеран, — усмехается Роза, — ты не перестаешь удивлять. Все в порядке с твоим преследователем?
Марв проходит мимо, когда я забираю чек и прошу официанта вызвать нам такси. Он встречает мой взгляд, и его черные, как у акулы, глаза сверкают злобой. Пачка бумаги прижата ко лбу, кровь на воротнике. На этот раз нет улыбки, нет взгляда обожания. Марвин Клэнси ненавидит меня до глубины души. Я смотрю ему вслед, пока он не выходит из «Тони» и не сливается с густым туманом.
— Я разобрался с ним. Почти уверен, что он все понял. — Мне приходит в голову мысль, когда мы покидаем наш столик. — Скажи, ты все еще занимаешься айкидо?
Я довольно уверенно владею «Ругером», кулаками и ногами, но мне спокойнее знать, что Роза все еще практикует боевые искусства. Мы собираемся выйти на улицу, а там на свободе дьяволопоклонник и бог знает, что еще.
— Ник, я теперь преподаю айкидо. Так, этот парень все понял, но он не собирается отступать?
 
— Отступит. Мне просто интересно, вот и все.
Она поднимает бровь. Розу не обманешь.
— Да ладно, Ник. Не надо меня сейчас дразнить. Ты только недавно начал откровенничать со мной. Ты беспокоишься об этом парне, верно?
— Слушай, я сказал ему, что в следующий раз, когда увижу его, позвоню в полицию. Они все равно им интересуются. — Она снова смотрит на меня так, что я поднимаю ладони, защищаясь. — Роза, я обещаю. Полиция на быстром наборе. Если я почувствую его запах, так и сделаю.
Она кивает.
— Хорошо. Я поверю тебе в этом, Ник. Может, я выпила слишком много вина, а?
Мы ведем светскую беседу в холле, и я стараюсь казаться вовлеченным, внимательным и не таким чертовски озабоченным, как есть. Роза забирает свою куртку, когда подъезжает такси. Диана прилипла к моему боку, как тень, когда мы выходим на тротуар. Я ни хрена не вижу в этом тумане, хотя Роза этого совершенно не замечает. Я снова чувствую на себе тяжесть. Что-то наблюдает за мной, там, в тумане. За ним я слышу сопение, рычание. Вонь гнили.
«Плоть… Свежая кровь… Сладкое, сладкое мясо… Оно зовет нас… Такие голодные… Вгрызаются… Прекратите боль… Накормите нас… Освободите нас…»
Я открываю дверцу такси. Диана вплывает в нее, прижимается лицом к окну с дальней стороны, вглядываясь в густой серый мрак.
— Я не поеду с тобой домой, Ник, — говорит Роза, ударяя меня по руке.
От этого я едва не выхватываю свой «Ругер». Черт, мои нервы! Это… присутствие. Что это?
— Ах, нет, конечно, нет, — заикаюсь я. Роза смеется. Похоже, она думает, что поймала меня на какой-то коварной уловке. — Подвезти тебя?
— Нет, я сама доберусь. Ты дал мне много пищи для размышлений сегодня вечером. Но тебе лучше отправиться домой и выспаться, хорошо?
Она прижимает свои руки к моей груди, как делала это пять лет назад, когда задерживала кровь в моем теле. На этот раз она нежна. Поглаживает. Роза тянется вверх и прижимается своими губами к моим. На мгновение я забываю о тумане, Марвине Клэнси и обо всем остальном, что таится снаружи.
Только на мгновение.
— Увидимся на неделе? — спрашивает Роза, отстраняясь.
— Конечно, — говорю я, ловя ее пальцы своими, когда она отпускает руку с моей груди. — В любое время.
Роза смеется.
— Я позвоню тебе.
— Эй, знаешь, что? Почему бы тебе не взять мое такси? — Я улыбаюсь, пытаясь удержаться от рысканья глазами по сторонам. — Я заплачу. Это меньшее, если не могу отвезти тебя домой сам.
— Уверен?
— Я поеду на следующем.
— Что ж, Ник. Настоящий джентльмен, — смеется Роза, беззаботно запрыгивая на заднее сиденье. Засунув руки в карманы, я достаю горсть банкнот и бросаю их водителю. — Куда она захочет, приятель.
Огни такси, сливающиеся с туманом, завораживают меня, когда оно отъезжает, пока пронзительный вой не впечатывает меня в стену ресторана рядом с Дианой. Она прижимается ко мне, и я не обращаю внимания на ее пронизывающий холод, который разливается по моему телу.
Еще одно такси проносится мимо, рассекая туман. Я свищу как можно громче, и моя внезапная удача не заставила себя ждать, когда заскрипели шины.
— Куда, Ник? — спрашивает Диана, ее голос звонкий и такой детский.
Я ломаю голову. Марвин Клэнси следит за мной. Он знает, где я работаю, возможно, знает, где я живу. В «Стикс» я тоже не могу пойти. Поклонник Дьявола и копы следят за моими обычными местами. Куда-нибудь в неожиданное место, подальше отсюда.
— Знаешь Редвуд и Мэн? — спрашиваю я таксиста. Он согласно кивает в сторону заднего сиденья. — Отвези меня туда по длинному извилистому маршруту, приятель.
Диана все еще стоит рядом со мной. Редвуд и Мэн. Там она раньше жила. Малышка наняла меня для работы, и если я не могу вернуться домой или в свой офис, то вполне могу начать. Там, где Марвин Клэнси и все, что на меня охотится, не догадаются искать. Я только надеюсь, что этот туман не последует за нами туда же.