Лаборатория империи: мятеж и колониальное знание в Великобритании в век Просвещения

В-третьих, представляет значительный интерес соответственно аргументация сторон, участвовавших в выработке, принятии и реализации решений, связанных с умиротворением, «цивилизацией» Горной Страны и расширением и укреплением британского присутствия на этой гэльской окраине. Плэнк пишет о роли реформаторов, которую присвоили себе генералы армии герцога Камберленда в Шотландии, о позиции и взглядах военных на решение «Хайлендской проблемы». Наша задача в указанном выше контексте — прочитать эту историю скорее между строк, обратить внимание скорее на логику и механизмы отбора и принятия решений по «Хайлендской проблеме» и, таким образом, лучше понять особенности функционирования властных отношений в рамках хайлендской политики Лондона.
Среди командующих королевскими войсками в Шотландии между 1746 и 1759 гг. фигура генерала Блэнда занимает особое место, что позволяет навести на поставленные задачи единый биографический фокус и в результате подойти к их разрешению более предметно и в сопоставимом ключе, имея в виду для сравнения усилия генерала Уэйда.
Хотя «армия Камберленда», предстающая в штудиях Плэнка институтом, спаянным общим пониманием своих имперских задач, корпоративной этикой и протекцией, оказываемой капитан-генералом своим офицерам, представляет собой продуктивную аналитическую категорию, тем не менее, когда Уильям Август покинул Шотландию в июле 1746 г., командование королевскими войсками в Северной Британии, а следовательно, и окончательное решение «Хайлендской проблемы» было доверено, как и прежде, командующим «шотландским гарнизоном» (между 1746 и 1759 гг. этот ответственный пост последовательно занимали Уильям Энн Кеппел, Хамфри Блэнд, Джордж Черчилль, вновь Хамфри Блэнд и, наконец, Джон Баклерк) [827]. При этом среди командующих королевскими войсками в Шотландии в 1689–1759 гг. только генерал Блэнд дважды занимал этот пост (в 1747–1749 и 1753–1756 гг.) и нес службу дольше коллег по хлопотной должности на мятежной гэльской окраине в 1746–1759 гг. (пять лет в общей сложности).
Более того, оба раза Хамфри Блэнд был назначен командовать «шотландским гарнизоном» в переломные годы истории решения «Хайлендской проблемы». В 1747 г., после того как была объявлена всеобщая амнистия (для поддержавших мятеж без оружия), а для более успешного завершения Войны за австрийское наследство потребовалось вернуть на континент войска, переброшенные на Британские острова для подавления мятежа якобитов в 1745 г., положение, роль и задачи армии в Горной Шотландии во многом стали напоминать ситуацию 1720–1730-х гг. «Красные мундиры» патрулировали горы, оказывали поддержку гражданским властям и участвовали в военном строительстве [828].
Кроме того, в том же 1747 г. парламент признал незаконными военные держания и отменил наследственную юрисдикцию, что не могло не сказаться на отношениях между военными и гражданскими властями, рядовыми горцами и местной элитой [829]. В 1753 г., когда генерал Блэнд вернулся в Горную Страну чтобы вновь занять пост командующего королевскими войсками в Шотландии, край был взбудоражен принятием в 1752 г. акта о передаче конфискованных имений мятежников под управление Короны, обострившим спор о том, какая из стратегий «цивилизации» Хайленда — основанная на модернизационном потенциале управляемых королевскими чиновниками конфискованных имений или исходившая из представления о гарнизонах королевской армии как очагах и центрах распространения реформ на мятежной гэльской окраине — является более перспективной и состоятельной [830]. При этом в обоих случаях предполагалось задействовать войска в процессе того или иного варианта решения «Хайлендской проблемы».
Наконец, Хамфри Блэнд оказался самым большим энтузиастом реформирования социально-экономических отношений и политических практик в Горной Шотландии среди командующих «шотландским гарнизоном» после герцога Камберленда. Как и в случае с генералом Уэйдом, некоторые детали его биографии возвращают нас в имперский контекст этой истории и позволяют понять, насколько генерал Блэнд был компетентен в отборе и принятии рекомендаций по решению «Хайлендской проблемы», отправлявшихся им на рассмотрение в Лондон.
 
Во-первых, Хамфри Блэнд родился в Ирландии в 1686 г. и, как и Джордж Уэйд, принадлежал к правящему протестантскому классу «Изумрудного острова», а в 1737 г. был даже назначен полковником 36-го пешего полка «ирландского гарнизона». Это обстоятельство скажется на том почтительном внимании, которое генерал уже на посту командующего королевскими войсками в Шотландии уделял образовательной политике в Горной Стране, в особенности опыту организации благотворительных школ на Эйре, поддерживая в этом вопросе ирландское решение «Хайлендской проблемы» [831].
Во-вторых, к 1747 г. он уже сорок три года состоял на военной службе Его Величества и заслужил особое доверие герцога Камберленда как знаток военной дисциплины, автор самого издаваемого военного устава на английском языке по обе стороны Атлантики в XVIII в. (1727, 1734, 1740, 1743, 1746, 1753, 1756, 1759, 1762, 1776 годы издания) [832]. Во время войны с американскими колониями этот устав использовался и в армии Джорджа Вашингтона [833]. Плэнк при этом обращает внимание на то, что в издании 1743 г. генерал Блэнд, рассуждая о врожденных качествах, отличающих англичан от голландцев в качестве солдат, приходит к выводу, что «[военное] искусство имеет большее значение» по сравнению с «природой» — отражение широко распространенной в эпоху Просвещения философской концепции, которой нашлось применение и в планах командующего по реформированию гэльской окраины [834].
В-третьих, исполняя обязанности губернатора Гибралтара в 1749–1752 гг., Хамфри Блэнд имел возможность на практике опробовать хайлендский опыт в одном из заморских владений Британской империи, а затем, наоборот, применить опыт службы в «Скале» к ситуации в Горной Стране [835].
Итак, в феврале 1747 г. генерал Блэнд назначен новым командующим королевскими войсками в Шотландии, а уже в декабре 1747 г. он вместе с лордом-клерком Сессионного суда Шотландии Эндрю Флэтчером отправляет государственному секретарю Южного департамента герцогу Ньюкаслу развернутые «Предложения по цивилизации Хайленда» [836].
Двойное авторство разработанного «шотландскими» чинами проекта реформ в Горной Стране само по себе является свидетельством нового разделения взглядов заинтересованных сторон на решение «Хайлендской проблемы». Идейные границы в этом вопросе после подавления мятежа якобитов 1745–1746 гг. разделяли, как правило, не столько военных, гражданских чинов и отдельных представителей местных элит (вождей и/или магнатов), сколько сторонников и противников активного, ведущего участия армии в «цивилизации» Горной Страны.
«Предложения…» Блэнда и Флэтчера, таким образом, представляют собой не отражение конкуренции мемориалов и рапортов (как сформулированные в рапорте 1724 г. предложения генерала Уэйда), а результат совместной творческой работы ответственных за умиротворение Горного Края чинов: «В исполнение поручений, которые я имел честь получить от вашей Светлости, я оказываю всю возможную в моей власти поддержку генералу Блэнду в исполнении приказов его Величества, и мы часто рассуждаем о том, какие части страны требуют наибольшего внимания и заботы генерала, и о том, каким образом законы (недавно изданные для безопасности правления его Величества и сохранения мира и спокойствия в различных частях Шотландии), в особенности акт о разоружении Горной Страны, могут быть исполнены наиболее действенно… И я имею честь теперь передать вашей Светлости наше скромное и согласованное мнение о том, каким образом мир в этой стране может быть обеспечен, а правление его Величества может быть утверждено на наиболее прочной и долговечной основе» [837].