Притяжение (СИ)

— Только не говори, что потащишь меня в туалет, — попыталась выдать с возмущением Вика, но глаза её при этом предвкушающе загорелись.
И это тоже нравилось Руслану. Она вроде бы сопротивляется, но на самом деле уже согласна. Просто даёт ему проявить свою натуру, доминировать.
— Мне нравиться ход твоих мыслей, — усмехнулся Руслан, — но это кое-что другое.
— Другое? — удивилась Вика.
— Да. У меня для тебя ещё один сюрприз, — и он помог ей встать из-за стола.
Вика только заулыбалась, и послушно пошла за ним. Она явно думала, что это очередной подарок, из той череды, которые он сегодня дарил ей с самого утра, и уж точно не ожидала увидеть того, что предстало перед ними, на открытой террасе ресторана.
— Это, что Руслан? — она затормозила, когда дверь за ними закрылась.
Вика растерянно переводила взгляд на высокую арку цветов, что стояла у самых перил, украшенных былыми лентами, и дорожку трепещущих свечей, в сумерках тёплого вечера, ведущую к этой арке.
Руслан ловил её растерянный взгляд, и досада поднималась в нём.
Что если она не захочет?
Откажет?
Что он сделает?
Заставит?
Вот только совершено точно сейчас Руслану хотелось полной взаимности.
— Я долго ждал твоего ответа, царица, — его голос просел, он всё же волновался, и напряжение росло, — я хочу, чтобы ты стала моей женой, Вика. А ты хочешь?
Вика вдруг спрятала лицо в руках, и Руслан озадаченно уставился на неё. Её острые плечи вздрогнули, и она всхлипнула.
— Ты что, опять ревёшь? — не поверил он.
Она издала непонятный звук, но ладоней не убрала.
— Ну, сейчас-то что? — растерялся Руслан, и подтянул её к себе, и вжал в своё тело. — Почему опять слёзы? Вроде не беременна. Так не хочется за меня замуж?
Вика подняла заплаканное личико. Под глазами потекла тушь, губы припухли, и Руслан почувствовал отчётливое желание пойти и убиться на хрен, потому что, если она ревёт от нежелания идти за него замуж, то это полный пиздец.
— Как ты вообще догадался сделать такое? — шмыгнула она носом, и пронзительно поглядела ему в глаза, словно в душу заглянула.
Руслан сжал её крепче. Изнутри начал подниматься ярость. Гнев начал потихоньку топить его в возмущении. Чувство, что он последний дурак крепло в нём.
— Какое такое? — голос был, словно не его, механический и неживой.
— Руслан, ты что? — Вика сморгнула слёзы, и повела плечами, видимо, пытаясь немного ослабить крепкую хватку.
— Ничего, царица, — он старался контролировать себя, но досада была так горька, и ощущение одураченности и фарса росло. — Со мной можно только трахаться, и даже ребёнка родила, а замуж…
— Ты о чём? — Вика попыталась улыбнуться, поймать его взгляд. — Да я за тобой хоть на край света, Руслан!
До него вдруг дошли её слова, и красная хмарь перед глазами вдруг рассеялась.
— Так ты согласна? — выдал он.
— Конечно, конечно согласна, — поспешно ответила она, и взяла его лицо в ладони, провела прохладными пальцами по векам и лбу, разглаживая нахмуренную морщину. — Я просто в шоке от твоего поступка! Это так романтично, Руслан… Я просто растерялась…
— Пиздец, я долбоёб, — выдохнул Руслан, и вжался в её губы, желая ещё и физического подтверждения её согласия. И Вика тут же отозвалась, впустила его язык, и со стоном прильнула к нему. Руслан целовал её яростно и жадно, так как любил, и так как нравилось царице. Даже намёк на отказ вызвал в нём такую бурю эмоций, что его до сих пор опаливало той горечью, а облегчение, что он поспешил с выводами, окрыляло.
Блядь, он просто зависим от неё, как от лучшего сорта наркоты, с которой не слезть, если только смерть.
— Люблю, тебя царица! — выдохнул он, и осторожно провёл по её щекам пальцами, старясь стереть тёмные потёки туши. — Станешь моей женой?
— Да, — просто ответила Вика, и в этом коротком слове, в этом кратком согласии, для него таилось безмерное счастье.
Это была скромная и короткая церемония.
Всего было пять человек.
Они с Викой, работница ЗАГСа, фотограф, и официант, который принёс им шампанское.
 
А потом они долго танцевали, на террасе, под растущей луной, только-только появившейся на небе, и Руслан снова погружался в эту эйфорию, в очередной приход от дозы.
Царица, ровно счастье.
7
Я смотрела на две полоски на тесте и не верила глазам. И ведь сделала его, совершенно уверенная, что будет отрицательный.
Просто месячные задерживались на два дня, а в аптечке болтались два теста на беременность, вот я и решила сделать его просто так.
Что ж теперь делать? И когда мы с Русланом были так неаккуратны?
Скорее всего, месяц назад, когда мой гинеколог дала добро на интимную жизнь после родов, и мы совокуплялись почти всю ночь, пока Мурик не проснулся и не потребовал свою порцию еды. Руслана было не остановить, он в ту ночь был словно сорвавшийся наркоман, готовый за одну ночь перепробовать все доступные наркотики, я даже после этого, цистит лечила, настолько нагрузка для меня оказалась непосильной.
Но беременность.
Да и беспечность мы проявили только один раз, в самом начале, потом Руслан всё контролировал.
Конечно один тест и задержка в пару дней не показатель, но что-то подсказывало мне, что последствий мне не избежать.
Сегодня Руслан, освободился раньше, завтра предстояли выходные, и мы прогулялись с Муриком, в парке, потом все вместе поужинали, искупали сына, уложили спать, и сами начали готовиться ко сну, а я всё никак не могла решиться, поинтересоваться у Руслана его мнением о втором ребёнке.
То, что я не хотела рожать, это было совершено точно.
Во-первых, совсем небольшой срок, с последних родов, всего три месяца прошло.
А во-вторых… не хотела и всё.
Конечно, мысли об аборте, который я не делал ни разу в жизни, меня пугали, но и последние роды не внушали оптимизма.
Но вот что думает об этом Руслан?
* * *
— Хочу твою задницу, царица, — горячо выдохнул мне в губы Руслан, когда я выгнулась под ним, растворяясь в блаженстве оргазма.
Я ещё мало что, соображая, повиновалась сильным рукам, которые меня укладывали в нужную позу, единственное, что я отметила на автомате, горит ли огонёк у радио-няни. Устройство работало исправно, и сын наш крепко спал в соседней комнате, ни мои громкие стоны, ни пошлые рявкающие выражения его отца не потревожили его сон.
— Прогнись, Вика, давай, — хрипел голос Руслана, когда он подстраивал моё размякшее от оргазмов тело, так, чтобы ему было удобно.
Я оттопырила зад, немного разведя ноги, легла грудью на подушку, зажмурившись в ожидании. Я знаю, что сперва будет больно, пока он будет растягивать меня, и сперва это будут пальцы. И в подтверждение моих слов, Руслан мягко давит скользкими пальцами мне на анус, размазывая щедро смазку.
— Расслабься, — шепчет, склонившись ко мне, а сам проникает одним пальцем вовнутрь. Я стону от сладкой боли. Она приятная и будоражит. А Руслан добавляет градуса, прикусывает моё плечо, и тут же сцеловывает укус, и в ход уже идут два пальца.
Два воспринимаются уже тяжелее, но всё же, вместе с лёгкими поцелуями вдоль позвоночника, принимаются моим телом благосклонно.
— Красивая царица, — хрипит Руслан, и, взяв мою руку, направляет, и кладёт ко мне на промежность. — Давай порадуй себя, — говорит, а сам при этом усиливает напор пальцев.
Я кружу пальцами вокруг клитора, вцепившись в подушку другой рукой, и постанываю от острого удовольствия. Бедра сами подрагивают, и уже без зажима направляются на пальцы Руслана, потому что эта распирающая, сладкая боль, добавляет градуса, и мне хочется синхронизировать её, и те сладкие ощущения, что я доставляю себе сама.
У самого края, когда я уже на грани, Руслан медленно, вытягивает из меня пальцы, лишая сладкой концовки, и я протестующе стону.
— Охуенно пахнешь, царица, — журчит его голос, и он в подтверждение своих слов, склоняется и широко лижет меня, задевая и мои пальцы, замершие на клиторе, и влажную промежность, и растянутый им анус.