Миллион миров (СИ)

— Вы просто не встречали провидицу Джанни Фло, — скромно ответил Фокс.
Ну а что, она и вправду была лучшей.
— Вы проводите какие-нибудь курсы? Можно получить сертификат детектив-мастера, стать вашим последователем?
— Нарративные мифотворцы всегда ходят по двое: учитель и ученик, — спокойно ответил Одиссей. — Как видите, у меня уже есть ученица. Древние традиции нашего ордена не позволяют мне учить кого-то ещё.
— Понимаю, и наслышан о богатой культуре мифотворцев, — расстроенно, но важно ответил Дурран. — А кстати, где можно о ней почитать?
— Хм. Рекомендую начать с Джозефа Кемпбелла и Джоан Роулинг, — подумав, ответил детектив.
— Кто все эти этноиды? И вы так легко запоминаете их запутанные имена! — поразился констебль, и его уважение к вихрастому чужаку заметно выросло. — Как у вас получается?
— Ну… У меня были три друга: Урапевдн, Снусмурчамрик и Гистиваргн, — вспомнил Одиссей. — Бешеные ребята, нервные. Их расы кровно не ладили с друг другом, а они сами тем более. И чтобы они не поубивали друг друга, приходилось всё время их разнимать.
Констебль, пытаясь мысленно произнести эти головоломные имена, мгновенно вспотел.
— Я бы дал им короткие клички, — возмущённо сказал он.
На его покрасневшем лице было написано возмущение. Какое право имеют все эти сложнопланетяне носить такие запутанные имена? Словно специально, чтобы дразнить порядочных людей!
Одиссей посмотрел на Дуррана с сочувствием. Он не стал рассказывать, что в бытность капитаном космических пиратов, в его команде был Шайлуд-Зейхъйм-Аббасодабр Третий. И каждого, кто произносил его имя с ошибкой или пытался его сократить, Шайлуд-Зейхъйм-Аббасодабр Третий убивал или калечил сообразно своим представлениям о степени нанесённого оскорбления.
При этом сочувствие Фокса относилось не к тому, что констебль упрямо не желает постигать чужеродные для него имена этноидов других рас и миров. А к неминуемой расплате, которая настигнет его за это рано или поздно.
— Ну что же, работать с вами было истинное удовольствие, мистер Одиссей Фокс! — воодушевленно сказал Дурран, потрясая руку детектива двумя пухлыми ладонями. — Уверен, мы ещё встретимся на каком-нибудь деле. И искренне надеюсь, что оно будет не таким запутанным и печальным, как это.
— Уверен, так и будет, — улыбнулся Одиссей.
Ведь старший констебль впервые правильно назвал его имя. А значит, в мире могут произойти любые чудеса.
До следующей истории, ярчайшие из звёзд!
 Книга третья: Миллион миров 
 Дело #13 — Воин без племени 
«У человека без племени нет прошлого и будущего, только настоящее. Да и оно ненастоящее»
Луурская пословица
Громаду «Мусорога» потряс взрыв.
А для будильника было слегка рановато.
Одиссея сорвало с силового гамака и швырнуло, словно из катапульты, лицом в ребристую стену. Он каким-то чудом успел собраться в невесомости и врезался в переборку рукой и плечом вместо лица — полосатые синяки обеспечены, зато нос цел.
По всей барже прокатился рокот. В зале номер три тряхнуло стеллажи «Королевства Фокса», и тысячи товаров содрогнулись, как лавина на краю пропасти — лишь магнитные контуры удержали их на полках. Но пирамидки из баночек, небоскрёбы коробочек и узорные фигуры из упаковок во мгновение ока рухнули и разлетелись, превратив стеллажи в слайд-шоу: внутренний мир сумасшедшего калейдоскопа.
Тележки схватились щупами за процессорные блоки и замерли в ужасе, испытав когнитивный шок с экспресс-перезагрузкой. А затем мигнули зелёными огоньками и начали как ни в чём ни бывало заново обустраивать полки.
Ану, безмятежно дремавшую в своей комнате, резко подбросило и едва не выкинуло из гнезда. Она бы покатилась, ударяясь о пол и отскакивая в невесомости, но слои ткани взметнулись и окутали девушку. Так и открылась вторая тайна серой колыбели: её соткали для жителей нестабильной планеты, для защиты во время сейсмических ударов. Ану мгновенное спеленало, как младенца, и множество мягких слоёв сберегли её от падения.
 
Другим обитателям «Мусорога» так не повезло. В ту же секунду в рубке, из паучиного тоннеля под потолком раздалось громкое болезненное:
— Ай!
Оттуда как из пушки вылетел пушистый коричневый луур — его несло прямо в ребристую стену. Однако бухгалтер сумел находчиво сгруппироваться, упруго шмякнуться и отскочить, как плюшевый мяч. Хотя всё равно было больно.
— Ой!
Фокс и Фазиль врезались друг в друга, и это столкновение миров грозило обернуться катастрофой. Одиссей бесцеремонно заехал стареющему лууру локтем в живот, а тот хлестнул кончиком хвоста по глазу сыщика — хорошо хоть, по древнему реликту, которому было не больно.
— Ёй-ёй!
Хаотично сталкиваясь со всеми поверхностями рубки и отскакивая в непредсказуемые стороны, оба закувыркались в воздухе, пытаясь за что-нибудь ухватиться. Пожилой бухгалтер со свойственной луурам цепкостью, тремя парами хватательных конечностей и балансирующим хвостом — блестяще справился с этой задачей. Но Одиссей смёл его, как неуклюже летящий молодой медведь, и обоих понесло на острую выступающую переборку. Она не сулила беднягам ничего хорошего.
— Гамма!
— Эйла!
Оба вскрикнули первое, что вспыхнуло в голове: что-то надёжное и безотказное, родное, к чему обращаешься за помощью в самый трудный момент. Но ответ пришёл откуда не ждали: ведь взрыв пробудил спящую в недрах «Мусорога» опасную космическую тварь. В воздухе полыхнуло тьмой, Чернушка возникла точно между ними, схватила Одиссея когтистой лапой за спину, а Фазиля поймала в крыло, как кошку в гамак.
Птица крутанулась в воздухе, гася их инерцию и выравнивая свой полёт — она маневрировала в невесомости идеально, как вакуумное божество — и мягко приземлила Фокса и Фазилем на ребристый пол.
— Гамма, гравитацию! — крикнул разгневанный детектив, избитый собственной рубкой. Панель управления мигнула тройкой зелёных огоньков и повсюду легла уверенная, надёжная тяжесть.
— Чёртов… не знаю, кто! — прошипел Фокс.
Он потирал ушибы и поглядывал на Фазиля с завистью: ведь лууру природа дала больше конечностей, у него хватало рук на все главные синяки.
— Что это было? — пролепетал бухгалтер.
— Импульсная атака, — невозмутимо ответил Гамма. — Внимание: ещё одна. Держитесь!
«Мусорог» снова тряхнуло, рокот прошёлся от кормы до носа. Фазиль уцепился за панель управления, Чернушка зависла в воздухе (ей такие вещи были ни по чём), а вот Одиссея шатнуло назад и ударило спиной о панель управления.
— Да что происходит?! — завопил детектив уже с яростью.
В коридоре раздалось возмущённое девичье:
— Ай!
Ана ворвалась в рубку, как порыв летнего ветра в растрёпанных волосах.
— На нас напали?!
Её локоны, однако, вместо бледно-фиолетовой тревоги или грязно-сизого страха выдавали чистое рыжее предвкушение. Похоже, звёздная принцесса адаптировалась к царящей на «Мусороге» атмосфере нескончаемых приключений и была готова вдыхать этот особый воздух полной грудью.
Вслед за девушкой в небольшую комнату втиснулась ещё и Бекки.
— Ты в астероид врезался, пьянчуга? — тележка возмущённо предъявила Фоксу, потрясая хваталками. — У меня внутри все пружинки растрясло. И мармеланские тыквы помялись, а я их только успела красиво расставить! Что за дела?!
— Нас атакует группа иглеров без опознавательных знаков, — прокомментировал Гамма тоном скучающего экскурсовода.
— Простите, не могли бы вы пояснить, что такое иглеры? — совершенно не к месту уточнил Фазиль.
— Штурмовая разновидность малотоннажных боевых кораблей, приспособленных к поиску, преследованию и абордажным шту… — начал отвечать Гамма.
— Пираты! — рявкнул Одиссей. — Кочевники-мародёры! Только это не атаки. Они прощупывают нашу защиту и дают о себе знать.
— Удары носят предупредительный характер и могут быть устрашением и сигналом замедлить ход, — согласился Гамма. — Впрочем, нашей скорости и так недостаточно, чтобы уйти от преследования. Они скоро выйдут на дистанцию прямого огня.