Миллион миров (СИ)

— Непосвящённый, ты отказываешься от прав на планету? — спросила женщина в его груди. — Ты отказываешься от исследования запретной технологии, отныне и навсегда?
— Да, — из последних сил прошептал гепардис, нелепо запрокинутый кверху.
Матёрый ветеран, выросший в планетарных боях и закалённый на межпланетной службе, повзрослевший и преуспевший в опасном бизнесе телохранителей, пробившийся в элиту — он понял, что столкнулся с силами за пределами своего понимания. Эти силы превосходили его настолько же, насколько солнце превосходит жука. Было бессмысленно сопротивляться им, только подчиниться.
— В таком случае, мы оставим тебе жизнь, — безмятежно произнесла женщина. — Познавшая край истины принята в единство, а не познавшие могут быть свободны. Средства за передачу планеты придут на твой счёт в корпорации «Ноль».
Она посмотрела на неподвижного Одиссея.
— Воззвавший, Орден благодарен тебе за ценный дар. Желаешь ли ты стать частью единства?
— Нет, — содрогнулся человек в мятом свитере. — Я хочу остаться собой.
— Сегодня да будет так.
Красивое, аккуратное женское личико начало распадаться на слои алеющих мышц. Последним, что она сказала, звонко и властно, было напоминание:
— Природа пребудет всегда.
У всех на глазах фигура из плоти съежилась, руки Шон-Хона выпали из неё и безвольно повисли, на сплетения мышц и костей мгновенно нарастала кожа и шерсть. Грудь гепардиса разгладилась, страшное существо исчезло. Цветок на лбу отцвёл и опал без следа. Кошак резко выдохнул, закашлялся, конвульсивно скребя грудь, и без сил сполз на пол — где сидел покрытый испариной детектив, наконец способный выдохнуть.
Он был на волосок от полной и безвозвратной гибели. Да, Фокс рассчитывал, что сэлла не узнает, ведь для ордена Одиссей был давным-давно мёртв. Дьявол, он вообще не думал, что жрица нагрянет прямо сюда, к Шон-Хону! Ведь она могла поставить ультиматум о выкупе планеты и без личного появления. Но орден решил показать себя в этой части галактики и подать яркий, шокирующий пример. Сделав это, сэлла вплотную приблизилась к Одиссею, как всепожирающий огонь к клочку старой, мелко исписанной бумаги. Но ветер швырнул его в сторону, и бумага разминулась с пламенем на волосок.
Ана подбежала к Фоксу и схватила за плечи, её зрачки сверкали отблесками сканов, которые пронизывали тело детектива и пытались понять, всё ли с ним в порядке.
— Святые пульсары, — в наступившей тишине пробормотал ошалевший Ибо Дурран. — Великие звёзды, безвестные планеты, да даже бесчисленные астероиды! Что это было?!
Галактика — это клубок пустоты, в бесконечных безднах которого рассыпаны миллиарды звёзд и триллионы планет. Для большинства разумных невозможно даже представить такое число, только свести к абстракции. И почти никто на свете, даже самые продвинутые искусственные интеллекты, не знает всего и вся, что есть во Млечном пути. Даже самая всеобъемлющая база данных, Великая Сеть, содержит знания лишь о нескольких процентах сущего. В результате этой огромности — сильнейшее и величайшее в одном уголке космоса неизвестно в других.
Но сегодня обитатели этой части космоса впервые познакомились с одной из самых смертоносных и влиятельных сил в обитаемой вселенной — орденом сэлл.
Шон-Хон пытался отдышаться, всё его существо испытывало огромное облегчение от того, что продолжает существовать. Скандалы, крах агентства и прочие мелочи казались уже не такими важными. Хотя смерть Ирелии Кан по-прежнему причиняла глухую боль.
— Что это было?! — воскликнул Ззир’Пуун, и добавил ещё несколько восклицаний, не стесняясь в выражениях. — А?!
— Вторая часть нашего расследования, — хрипло ответил детектив. — Дайте мне пару минут и воды. Ведь предстоит ещё третья. Мы выясним, кто убил Ирелию Кан.
✦ Материнский инстинкт ✦
— И мы продолжаем прямой репортаж из резиденции таинственно погибшей гипер-звезды! — профессиональным тоном сенсатора воскликнул этноид в левикресле, со значением кивая внушительной головой.
Так как после явления сэлл все пребывали в пучине шока и ничего не делали, голован проявил напористую наглость и взял происходящее в свои маленькие тщедушные ручки. Один из его техно-глаз вылетел из головы, развернулся и снимал эффектное сэлфи ракурсом сверху-вбок, а второй продолжал смотреть на мир панорамно и гордо (во все стороны, даже сквозь собственный череп).
 
— Наш специальный гость, частный сыщик Одиссей Фокс внезапно добавил к одной сенсации вторую, благодаря чему мой гонорар за право трансляции только что удвоился!
Ззир’Пуун бросил многозначительный взгляд на свекольного констебля, и в этом взгляде злорадность пройдохи сочеталась с гордостью триумфатора и презрением Крёза, утопающего в квантовых слитках, к нищебродам госслужбы.
— И пока население ближайших миров переваривает явление био-жриц из враждебных глубин космоса, мы вернёмся к тому, ради чего собрались сегодня: к загадкам всеобщей любимицы Ирелии Кан! Ведь с каждым новым фактом, который открывает расследование, мы всё больше проникаемся сочувствием, восхищением и скорбью. Жизнь Ирелии была несчастна, творчество сногсшибательно, а замыслы грандиозны! Но тем трагичнее её смерть. Раскрыть это дело вместе с лучшим детективом всего двенадцатого сектора будет важнейшим событием года!
— А этот прохвост чертовски хороший ведущий, — пробормотала Хелла из своего экрана. Констебль надулся и сделал вид, что этого не слышал.
Гепардис сидел в углу, всё ещё пытаясь отдышаться, Ана с тревогой смотрела на Одиссея, Эндор восстановил стальное спокойствие на лице и ждал развязки, как и молчаливый Звездочёт. Сейчас они были удивительно похожи, человек и демон, траурные и гордые.
— Мистер Фокс, вы расскажете преданным поклонникам госпожи Кан, каков следующий шаг в вашем уже нашумевшем расследовании?
— Уже нашумевшем? — пфыкнул констебль. — Когда оно успело нашуметь, а? И что значит «вашем»?! Напоминаю всем, у кого проблемы с памятью: детектив Флокс работает консультантом для правоохранительных сил планеты Лосс! Это наше дело!
— Нашумело в режиме реального времени, как и положено прямому эфиру, — невозмутимо ответил Ззир’Пуун, а потом убрал себя из кадра, чтобы зрители не увидели, и скривил максимально презрительную ряху, показав Дуррану язык, чтобы следом за этим моментально вернуть себе чинный вид. — Так что, мистер сыщик, расскажете?
— Охотно, — откликнулся Одиссей, который чувствовал, как всё внутри оттаивает от пережитого шока. — Вспомним ключевую фразу, которая прозвучала в разговоре Ирелии и её спутника: «Твои тайны тебя погубят». Какие два важных вывода можно сделать из этой фразы?
Он посмотрел на ассистентку, а она была юная и красивая, так что камеры тоже с удовольствием на неё уставились.
— Первое: у Ирелии были тайны прошлого, о которых не знал даже муж, — быстро соображая, ответила Ана. — И второе: раз она свободно обсуждала эти тайны с цифровым Эндором, значит ему, в отличие от реального, она их доверила.
— Совершенно верно. Эти тайны знает и Звездочёт, но его код скреплён директивой молчания. Он может лишь подтверждать факты, которые мы выясняем. По счастью, у нас есть близкая подруга Ирелии Кан, с которой они были знакомы с детства. Она может пролить свет на вопросы, скрытые в темноте.
Взгляды и камеры невидимой хваткой впились в маленькую белую нию. Хелла съежилась под гнётом всеобщего внимания и торопливо выпустила клубы дыма, стараясь хоть как-то скрыться, но вентиляция быстро сдула зыбкую завесу.
— Что вы опять от меня хотите? — шикнула сценаристка. — Я и так во всём созналась. У меня убили единственного друга, не знаю, как дальше быть… Можете уже оставить меня в покое?!
— Ты много лет работала с Ирелией, была сценаристом всех её артов, — с уважением сказал Фокс. — Ты помогала донести идеи Ирелии до зрителей, и делала это блестяще.
Хелла сжалась в воздухе, как нахохленный сыч, белая шёрстка неприветливо топорщилась.
— Ну, — не оспорила она.