Миллион миров (СИ)

— Мы можем заставить его говорить? Или сломать? — поинтересовался Эндор, и даже сквозь маску спокойствия на его лице можно было почувствовать, как сильно муж Ирелии не любит её уродливое виртуальное отражение.
— Есть юридическая процедура принудительной дешифровки, — согласился Фокс. — Звездочёта можно обязать открыть всё, что имеет непосредственное отношение к смерти Ирелии Кан. Но только обязать. Получив такое принуждение, этот интос самоуничтожится: вес директивы о сохранении тайны пересилит директиву о сохранении себя. То же самое произойдёт при попытке взломать Звездочёта.
— А что сейчас держит его на этом свете? Теперь, когда Ири больше нет.
— Хороший вопрос. Звездочёт?
— Ещё не все указания исполнены, — прошелестел демон.
— Вот и замечательно, — кивнул Фокс. — Ты нам очень пригодишься. Ведь этот интос хочет найти и наказать убийцу хозяйки. Две его основных директивы входят в конфликт, обе требуют исполнения. И если нельзя заставить Звездочёта открыть то, что неизвестно — можно сначала сделать это известным. Тогда пересилит вторая директива, и интос сможет нам помочь.
— Как это? — нахмурился Дурран.
— Если мы разгадаем тайну Ирелии, она перестанет быть тайной.
— Но ведь не станет фактом? Будет просто гипотеза, а робот вовсе не обязан подтверждать наши гипотезы. Ведь так?
— Так, — подтвердил Звездочёт.
— И ещё я не понял, зачем вы просили оставить папарацци? Он же всё запишет в глазные камеры и продаст новостным порталам ещё за пару миллионов, негодяй! Впрочем, мы держим его в коконе, пусть сидит и давится от любопытства!
— Вы сами ответили на свой вопрос, констебль, — улыбнулся Одиссей. — Папарацци нужен именно для этого: чтобы сделать из гипотезы общеизвестный факт. Так что самое время снять с него кокон. Обещаю, вы об этом не пожалеете.
Дурран побагровел и опасно надулся, но так и не лопнул, а лишь молча сорвал с голована все блокирующие завесы.
— Привет, — помахал инфо-вору детектив. — Мы пытаемся открыть миру правду. Помогай! Начнём с того, что было проще разгадать: любовника Ирелии Кан. Эндор, вы рассказали, что жена уходила в ментосферу к другому. Но при этом она не перестала любить вас?
Ззир’Пуун в шоке уставился на детектива, миллионера, всех остальных. Казалось, в его улучшенных высокотехнологических глазах зарябили счётчики денег, но это была всего лишь автокалибровка пространственных камер.
— Надеюсь, что да, — помедлив, ответил Эндор. — Ири ничего не мешало расстаться со мной, если бы она захотела. Я бы не стал её держать, даже если бы мог.
— Как вы узнали, что она встречается в менте с другим?
— Её постоянные уходы в «сакральную медитацию» превратились в притчу во языцех. Я понимал, что мы отдаляемся, и однажды спросил прямо. Она не стала отрицать, просила прощения, и попыталась вернуться ко мне. Она всю жизнь была мне благодарна. Но через месяц сказала, что не может без Него. И ушла в свою ментосферу.
— Она так и не сказала, кто он?
— Нет.
— А вы не спрашивали?
— Я позволил своей жене выбрать, кого любить и с кем быть счастливой, — сжав побелевшие пальцы, ответил Эндор Кан. — Мне было трудно перешагнуть через любовь и эгоизм. Но я не стал бы унижаться и перешагивать через свою гордость.
— Вы в любой момент могли войти в её ментосферу и всё узнать, но ни разу этого не сделали, — с пониманием и долей печали сказал Одиссей.
— Теперь бы я ворвался туда, не раздумывая, и не отступил, пока не выяснил всё до конца, — ответил мужчина. — Но тогда мне даже не приходило в голову, что Ири может что-то угрожать. Её настолько тщательно охраняли и защищали! Я решил: лучшее, что способен для неё сделать — это отпустить.
— Вы идеальный муж, — сказал Фокс, вызвав удивлённые взгляды всех вокруг. — И я не издеваюсь, не преувеличиваю, а констатирую факт. Ирелия пришла к вам мстить за грехи другого человека. Она пыталась вас убить, а в ответ вы её спасли. Дали новую жизнь и помогли на пути к успеху. Вы много лет были рядом, любили жену и оставались ей преданы, не пытались заглушить её творчество, навязать ей своё понимание счастья. Но и не отступились, когда она начала отдаляться. Снова и снова вы старались найти конструктивный, жизнеутверждающий подход любящего и взрослого человека. Ирелия тоже пыталась: отвечать на ваши чувства, идти с вами рука об руку, просто жить. Но раз за разом эти попытки терпели крах.
 
Миллионер и красавец побледнел, черты его лица болезненно заострились, а глаза блестели, будто усталые звёзды в прорезях гипсовой маски, которая вот-вот расколется от внутренней боли. Одиссей смотрел на него открыто и прямо, словно говоря: я вижу правду, и правда на вашей стороне.
— После вашего рассказа у меня возник закономерный вопрос: кого Ирелия могла предпочесть такому мужчине? Кого она могла полюбить сильнее вас?
Эндор напряжённо молчал, как и все остальные. Дурран хотел поднять руку, чтобы высказать версию, но резко стушевался и опустил.
— В какой момент она стала уходить в свой кокон и пропадать там больше, чем на час? Когда это из медитации и передышки превратилось в «сакральную эмиграцию»? — спросил Одиссей у начальника безопасности.
— Чуть меньше года назад, — даже не сверяясь с логами, ответил Шон-Хон.
— А когда для безопасности Ирелии к ней был подключён протокол Клето-2?
Гепардис сжал зубы, но ответил:
— За месяц до этого.
Фокс слегка улыбнулся и кивнул.
— Это не может быть связано, — заставил себя сказать Эндор Кан. — Она разлюбила меня гораздо раньше, хотя испытывала привязанность до самого конца. Мы не можем обвинять службу безопасности в крахе нашего брака.
— Мы и не обвиняем, — сказал Одиссей спокойно и прямо, глядя ему в глаза. — Клетос не заставил Ирелию разлюбить. Наоборот, он помог ей осознать свою любовь и наконец попытаться построить счастье, освободившись от всего, что её держало и связывало. Клетос помог вашей жене почувствовать и понять её истинные ценности и цели. За такое нужно благодарить, а не обвинять.
Эндор прерывисто выдохнул, но ничего не ответил.
— Дорогой Ззир’Пуун, надеюсь, ты уже подсуетился и продал право на прямую трансляцию какому-нибудь крупному каналу? И сейчас нас смотрит хотя бы десятая часть поклонников звезды?
Голован испуганно моргнул, не опровергая сказанное. И тихонько пробормотал:
— Уже примерно четверть.
— Тогда мы готовы официально заявить, что результаты расследования трагической смерти Ирелии Кан выявили информацию о партнёре, с которым она в течение года тайно встречалась и жила в закрытой ментосфере! — громко и слегка театрально сказал Одиссей. — Сейчас в интересах следствия личность партнёра будет раскрыта.
Ззир’Пуун снимал происходящее с открытым от восхищения ртом. Это был первый случай в карьере инфо-вора и единственный раз из всех историй и баек, которые он слышал от многочисленных коллег по всей галактике — когда папарацци не гнали взашей, не били, не обливали презрением и не пытались арестовать или штрафовать, а давали готовый сенсационный материал. И миллионы, за которые он его тут же продал.
— Ирелия Кан изменяла мужу с ним самим, — сказал Фокс. — Но не реальным, а виртуальным. Её сожителем был интос-двойник мужа, точная копия на базе высокоуровневого самообучающегося ИИ. Эта искусственная личность изучила и смоделировала все свойства характера реального Эндора Кана, его реакции и всю его личность, за одним исключением… маленьким, но ключевым для Ирелии. Каким именно, я пока не могу сказать. Сейчас важно помнить: Ирелия не смогла быть счастлива в реальности, как ни пыталась. Поэтому она создала себе секретное убежище, виртуальный мир, где они с мужем жили вдвоем и планировали завести детей, мальчиков и девочку.
Все молчали, не зная, что сказать. Взгляды обратились в сторону Эндора: сочувственные, испытующие, печальные и один насмешливый, от маленькой белой Хеллы.
Одиссей повернулся к Звездочёту.
— Дело сделано. Правда перешла из разряда тайны в разряд общеизвестной информации. Её знают миллионы зрителей, и с каждым днём будет узнавать всё больше. Теперь тайная любовь Ирелии не является секретом, и ты можешь её подтвердить. Ведь это позволит найти убийцу и отомстить ему.