Миллион миров (СИ)

Если обернуться назад, становится видно, что в каждую эпоху за первоначальным взрывом непонимания, эйфории и многочисленных экспериментов всё достаточно быстро встаёт на свои места. Чего только не случилось со свиданиями за всю их богатую и разнообразную историю! Но несмотря на все преобразования, все расширения и фрагментации, в своей основе они остались прежними.
Это танец сближения, способ немного узнать друг друга, сделать первые или последние шаги вдвоём. Чтобы, если получится, два одиночества превратились в одно Вместе.
И сегодня, спустя 1600 лет после гибели Земли, когда осиротевшее человечество давно рассеялось по чужим мирам, два маленьких человека из двух далёких звёздных королевств стояли напротив друг друга. И на лице одного читалось восхищение, а на лице другой — лёгкая обескураженность.
— Ты просто необыкновенно выглядишь, — поразился Одиссей.
От вида Аны могло захватить дух. Она надела короткое сиреневое платье со множеством неровных юбок-слоёв, которое очень напоминало перевёрнутый пион. Из-под платья, словно продолжение одной из самых увлекательных в мире историй, сбегали стройные загорелые ножки в изящных сандалиях. Они едва заметно переступали от волнения, словно только и ждали повода закружиться и пуститься в пляс.
Обнажённые плечи и спина были обласканы солнцем, неравномерный загар дразнил взгляд. Наука терялась в догадках: как нежные сиреневые лепестки держатся на выдающейся девичьей груди? Казалось, они вот-вот опадут от малейшего движения, и взгляд детектива совершит сенсационные открытия. Но лепестки оставались на своих местах. Можно сказать, что платье Аны подчёркивало живость и дерзость её характера. Фокс выровнял дыхание, поднял взгляд — смеющиеся глаза девушки были наверху.
— Ты ужасно красивая.
— Спасибо. А ты… подтянул свитер-трансформер. И, ммм, прибрал воротник.
Эмо-волосы почти не выдали, что Ана на самом деле думает про этот старый, потёртый и бесформенный огрызок прошлого, с которым детектив никогда не расставался!
Фокс мысленно укорил себя. Принцесса сногсшибательно расцвела специально ради него, а он не смог хоть немного приодеться? Вот только во что, в скафандр из серых гранул? Одиссей Фокс не мог похвастать богатым гардеробом, а последнее свидание в его жизни состоялось очень давно.
— Когда прилетит эта мега-платформа «Искатель»? — нашлась Ана.
В ту же секунду пространство вокруг них заполнили мириады парящих искр. Они появлялись прямо в ангаре «Мусорога», их становилось всё больше. Они светились слабо, но все вместе создавали мерцающий водоворот, который вращался вокруг пары людей, словно галактика вокруг центра. Всё новые и новые искорки возникали в воздухе, галактика расширялась и росла.
Ана и Одиссей замерли бок о бок, эти двое так сильно тянулись друг к другу, что не знали, как сделать нужный шаг. А искры стали расцветать, в буквальном смысле слова: одна за другой каскадами раскрывались в белоснежные неземные цветы, из которых вырастали переплетения тёмно-зелёных стеблей. Пара секунд, и вокруг мужчины с женщиной раскинулся благоухающий сад с цветочными стенами и куполом, через который пробивались косые лучи неизвестного солнца.
А «Мусорог» исчез: пропали ребристые полы и стены, растворился потолок с тёмными проходами шелкопрядок, исчезли Мусорная гора и пёстрое раздолье «Королевства Фокса». Дом остался где-то позади, а они оказались…
— Погоди-ка, — Ана, дочь развитой техно-цивилизации, сообразила даже быстрее Фокса. — Так это и есть платформа Основателей. Она не прилетела снаружи, как обычный корабль, а сформировалась прямо внутри. Искорки взяли нас на борт, и… И дальше я не пойму, при чём здесь сад и цветы?
Притом, что мы уже отправились в полёт, и это первая планета, подумал Одиссей.
— Надо выглянуть в окно, — улыбнулся он и двинулся к краю сада: туда, где сквозь зелено-белые заросли просвечивали другие цвета.
— Там что, космос? — воскликнула Ана
На границе платформы стебли срастались в большие арки, и сквозь них виднелась чернота, по которой рассыпались звёзды. Центральная туманность, которую они прямо сейчас едва заметно огибали (на самом деле мчась в пространстве с запредельной скоростью) притягивала взгляд. Она выглядела, как взорвавшиеся песочные часы, брызги и осколки которых разлетались во все стороны — уже миллиарды лет. Фокс покачал головой при виде такой красоты.
 
Ана подбежала к «окошку» и высунула руку в открытый космос.
— Посмотри! — засмеялась она. — Сейчас я поймаю комету!
Её ладонь охватывало едва заметное мягкое поле. Девушка перегнулась наружу по пояс, как смелая школьница на экскурсии, а Фокс тут же шагнул за ней и придержал за талию, чтобы не дать выпасть из окна. Конечно, она не могла никуда упасть, но он схватил её прежде, чем успел подумать.
— Ой, спасибо, — смущённо пробормотала Ана, тут же вернувшись из космоса. Ей было явно приятно: она не высвободилась из рук Одиссея, а подняла палец и сообщила, будто излагая коллеге ценное научное открытие. — Там настоящий вакуум, это не проекция. Но если это такой цветочный корабль, и мы летим в космосе, то когда будет первая планета круиза? Из обещанных семи?
Одиссей протянул руку, снимая маленького синего жука, который полз по её волосам.
— Это и есть первая планета. Пойдём-ка в центр, — он взял Ану за руку и потянул прочь от космических арок.
— И что там будет, ты уже знаешь? — спросила заинтригованная девушка.
— Больше синих жуков.
Они шли в переплетённом лабиринте, вдыхая необычный аромат цветов. Он поначалу казался слабым и едва заметным, но через минуту стал смелым и даже слегка будоражащим. Вокруг стояла бережная тишина, неслышно шепталась листва, под ногами упруго отзывалась плетёная поверхность. С легчайшим стрёкотом порхали жучки, поблёскивая тёмно-синими надкрыльями.
— Их правда становится больше, — признала Ана. — Как ты догадался?
— Смотри.
Они стояли в самом центре платформы, перед мощными, кряжистыми переплетениями стеблей, которые уже больше напоминали стволы деревьев. Это тоже была арка, даже портал — а за ним раскинулся пейзаж: пологие холмы, покрытые ковром те же кустистых переплетений, из тех же белых цветов — только там всяких насекомых вилось гораздо больше.
— Платформа «Искатель» и есть врата, только шиворот-навыворот, — с восхищением заметил Фокс. — Планета внутри корабля, а космос снаружи!
— Это какая-то технология объединения пространства, — сообразила принцесса. — Платформа стоит на планете, но одновременно летит в космосе. Ловко же они управляют геометрией! Хм, а «Искатель» вообще физически существует? Или платформа и есть рой искорок, которые принимают вид каждой следующей планеты в круизе?
Фокс кивнул.
— А мы можем выйти и погулять? — задумчиво спросил он.
— Давай проверим! — тут же загорелась Ана.
Принцесса бесстрашно вступила в портал — и поле, мягко изогнувшись, выпустило её наружу, одев в защитную плёнку. Фокс шагнул следом.
— Не убегай! — воскликнул он, чувствуя невнятную тревогу, будто сейчас Ана заблудится на неизвестной планете, и он опять останется совершенно один. — Слышишь?
— Ну поймай меня, — засмеялась девушка. — Если сможешь!
Он рассмеялся, и какое-то время они носились между цветущих кустов. Ана легко избегала рук мужчины, выворачивалась в последнюю секунду, пока Одиссей не понял, как она движется и не предвидел, куда увернётся в следующий момент — тогда он подхватил Ану и поднял в воздух, чтобы она остановилась хотя бы на минутку.
— Вот я что подумала, — сказала девушка, смирно лежа в руках Одиссея и блестя глазами. — А когда прибудем на следующую планету, платформа подстроится под неё и станет другой?
Она окинула взглядом холмистые волны, усыпанные брызгами цветов.
— Не пойму, как они умудрились всё это устроить!
— А надо ли разбираться? — улыбнулся Одиссей. — Лучше давай отдыхать.
Он прошёл через врата обратно на странный корабль мордиал и опустил Ану на пол. Тот весь состоял из переплетённых побегов и стеблей, Одиссею захотелось пройтись босиком. Он потянулся, чтобы стащить ботинки, но они внезапно пропали — просто исчезли без следа! Босые ступни вжались в пружинящую мягкость стеблей, и это было такое приятное ощущение, прямо из детства.