Побег из города отморозков (ЛП)

Паркер припрятала часть оружия на улице, по периметру закусочной, на случай, если начнется настоящий ад и придется отступать. Тогда на бегу можно будет подобрать что-нибудь колющее, режущее или стреляющее.
Хитер приготовила сэндвичи с пастромой, выложила на тарелку и принесла к седьмому столику и поставила рядом с Ли. Паркер не была голодна, но понимала, что для поддержания сил необходимо поесть, поэтому надкусила один из краев треугольного бутерброда и запила холодным кофе.
- Могли себе представить, что после того, как мы прорвались к автобусу, доехали до туннеля, оказались на причале, мы в конечном счете опять окажемся здесь, где все началось? – спросила Паркер.
Впервые за весь долгий вечер у девушки появилось время спокойно осмыслить происходящее.
- Это просто бред какой-то, - продолжила она. – Я была в дюжине городов, где промышлял слэшер. Несколько раз случалось, что их было двое. Но я не то что не видела... Даже не слышала, что их может быть так много. А услышав, не поверила бы! Ни за что. А у меня довольно богатый опыт.
- Уиттиер не обычный город, - Хитер постаралась подобрать нужное слово. – Неспроста его прозвали Отмороженным. – Девушка сделала затяжку и положила сигарету в пепельницу.
- Черт бы ее побрал, - вновь пробормотал Ли, прикуривая сигару. Мужчина был погружен в собственные мысли, и было непонятно, что он имеет в виду. – Черт бы ее побрал.
- Ли, я теряю Вашу мысль. О чем Вы? – поинтересовалась Паркер.
- Я знаю, с кого все это началось, - Ли выпустил дым из носа.
Паркер и Хитер обменялись взглядами и посмотрели на мужчину.
- А можно с этого места поподробнее, - попросила Паркер. – Может, Ваша информация окажется полезной?
- Черт бы ее побрал, - в третий раз повторил Ли. – Эта история началась давно.
- Насколько?
- В 1944-м.
- Тогда, может, как-нибудь вкратце? Только не душните, тезисно, опустив лишние детали,– предложила Паркер.
- Нет, - лицо Ли окаменело. – Вкратце тут не получится. В этой истории нет лишних деталей.
 XXXIII. 
В 1944-м году Ли еще не был старым седым чертом, сражавшимся с потрошителями, наводнившими улицы Уиттиера, штат Аляска. Спешу Вас заверить – нет. В 1944-м Ли был скромным двадцатипятилетним молодым человеком, вот уже два года как истреблявшим нацистов. Он прошел миссии в Польше, Париже, Навароне и Берлине. На счету парня было больше тридцати немецких скальпов. И к его услугам прибегали в самых исключительных случаях, когда все иные варианты были исчерпаны.
Восемь утра, Лондон, майор Джеральд Ли идет мимо джипов, укреплений из мешков с песком и обломков строений, не уцелевших во время вчерашней бомбардировки. И пусть тогда он был менее ворчлив и более строен, но железный характер и отвагу, отличавшие молодого офицера тогда, Ли пронес сквозь все прожитые годы. Он и сорок лет спустя оставался предельно крутым мужиком.
Майор закурил третью за утро сигарету и вошел в здание. Ничем непримечательное. Обычное административное строение. Коих было много вокруг. Ни вывески, ни таблички. Никаких идентифицирующих знаков.
В вестибюле два солдата с автоматами Томпсона наперевес. Из породы таких, с которыми не то что связываться опасно, даже, посмотрев косо в их сторону, рискуешь тем, что эти мрачные физиономии – последнее, что в жизни увидишь. Караульные, даже не задав вопрос, расступились и пропустили Джеральда внутрь. Они знали Ли, майор был здесь частым гостем.
Джеральд поднялся на несколько этажей, проследовал по коридору в небольшой кабинет, в котором за маленьким столом сидела секретарша в модных очках, с приподнятыми верхними внешними уголками. Девушка сказала Ли, что генерал ожидает Джеральда, и проводила в его кабинет. Мгновение спустя Ли уже сидел за дубовым столом, а генерал Уоллес стоял у окна и смотрел на дымку, еще оставшуюся после ночной бомбардировки.
- Насколько все плохо? – спросил Ли.
Уоллес отвлекся от созерцания разрушенных строений.
- Насколько плохо что? Поясните, майор.
 
- Насколько все плохо там, куда Вы меня посылаете.
- А с чего Вы решили, что я Вас посылаю куда-то, где плохо? – спросил Уоллес, смерив Ли долгим взглядом.
- За последние двенадцать месяцев Вы меня забрасывали в оккупированную немцами Францию, оккупированную немцами Грецию, а потом еще и непосредственно в Берлин. Сэр, позволите говорить откровенно?
- Извольте.
- Эти миссии были почти невыполнимы, я чудом остался в живых, одно пекло жарче другого, - признался Ли, после паузы добавив "сэр".
- Боюсь Вас разочаровать, майор, - признался Уоллес. – Но велика вероятность, того, что Ваше следующее задание будет проходить в значительно более сложных условиях. Выражаясь Вашим языком, это пекло будет погорячее всех предыдущих. Вместе взятых. Теперь для Вас это стало проблемой? Какие-то сомнения?
- Нет, сэр, - после паузы ответил Ли. – Сделаю все от меня зависящее.
- Вот так-то лучше, узнаю моего парня, - Уоллес с удовлетворением налил в два бокала по порции бурбона и покатил один по столу в сторону Джеральда. Ли взял фужер, на какое-то время задумался и сделал глоток.
- Буду откровенен, - продолжил генерал. – Наша разведка и координаторы считают, что эта миссия как раз из числа невыполнимых. Шансы выжить минимальны.
- Как и в трех предыдущих, сэр.
- Тем проще. Значит, Вам не привыкать, - Уоллес за один присест опустошил содержимое своего бокала и налил новую порцию. – Два месяца назад мы потеряли связь с нашим пилотом, перевозившим одного австрийского доктора, когда те пролетали над Польшей. Доктор работал на союзников. Мы предполагали, что самолет сбили и все, кто был в нем, погибли. Но поступила информация, что мы ошибались. Три дня назад мы перехватили переговоры, из которых можно заключить, что доктор выжил и сейчас заключен немцами в один австрийский замок, где заканчивает свои исследования. Теперь под контролем врага.
- А что за исследования?
- Это закрытая информация, майор.
- И Вы хотите, чтобы я вытащил доктора?
Уоллес кивнул головой и продолжил:
- Доктор на территории врага, в Австрии, в замке Хоэнверфен, если конкретнее. Это крепость на горном пике, добраться до него можно только по канатной дороге.
- Пока не все так уж и сложно.
- У основания горы – небольшой городок, Эрлебнисбург. Его занимают немецкие солдаты. Тысячи две.
- Ничего себе, - изумился Ли. – Это уже больше похоже на невыполнимую миссию.
- Да, задание весьма сложное, - согласился Уоллес.
- Как и всегда, сэр, мне не привыкать, - смирился Ли, повторив слова командира, и допил свой напиток.
 XXXIV. 
Капитан Джей Кэмпбелл терпеть не мог эти "секретные задания". Вне зависимости от сценариев и задач, каждое такое заканчивалось тем, что в него стреляли. И вот нате, посреди ночи раздается звонок, и капитана информируют, что он должен быть готов ко взлету к трем утра. Джей был хорошим солдатом, ответственным, и в назначенное время при полном боевом параде вместе со вторым пилотом, Биллом Уилльямсом, он в ожидании приказа стоял на взлетной полосе.
- Ты знаешь что-нибудь о задаче? – спросил Джей.
- Вообще ничего, - ответил Билл.
Это была распространенная тактика: держать участников в неведении о содержании миссии до последней минуты. Позже поступила команда погрузиться в самолет и включить двигатели. Пилоты подчинились и теперь ждали дальнейших распоряжений. Все как всегда. Типичные Американские военно-воздушные силы. Джей и Билл считали, что их девизом должен быть не "Меть высоко, лети, дерись и победи", а "Поспеши и подожди".
Спустя сорок пять минут прогрева двигателей наконец пришли инструкции: пролететь три тысячи миль[21]по вражеской территории на высоте трехсот тысяч футов[22], у пункта назначения снизиться до пятисот футов[23], сбросить груз (американского солдата в форме офицера немецкой армии с пистолетом-пулеметом марки Стэн) и валить обратно к чертовой матери.