Джек Звериная Стая III (СИ)

* * *
Встречу я организовал такую, что даже Княжеский московский род должен оценить. Тем более, ничего сложно ведь нет, нужно лишь встретить двух людей. Конечно, они прилетят с охраной — личной гвардией, какими-нибудь прислугами, но встреча именно их — это уже не моя забота.
Для Леонида и Григория я заказал премиальную тачку. Не думаю, что она их впечатлит хоть немного, но, по крайней мере, не заставит терять прежний комфорт жизни, к которому они привыкли.
— Они скоро будут, — сказал Маша, — с отцом веди себя, пожалуйста, серьезно, никаких тупых шуточек, все официально... Да что я тебя учу, ты же сам знаешь. Правда?
— Правда, — усмехнулся я. Конечно, знаю, я же только и делаю, что целыми днями провожу встречи с другими аристо, а не занимаюсь Зверостроением и охотой в Норах. Впрочем, знаний мне хватит. Выкручусь. Я всегда выкручиваюсь!
— И вот так не смейся, отец может неправильно понять.
— Ладно, — с каменным лицом согласился я, на какие только жертвы не пойдешь ради любимой.
— При отце с братом тоже будь серьезен. Как ты понял, он на моей стороне и о тебе знает, но показывать этого нельзя.
— Ладно-ладно, я услышал.
Из аэропорта выходили разные люди. Обычные простолюдины, что шли к такси или на остановку общественного транспорта. Реже встречались аристо, которых уже ждали дорогие тачки едва ли не у самого входа. В какой-то момент из дверей вышло сразу несколько деловых мужиков практически в одинаковых костюмах. Оружия при них не было, но их внешний вид говорил о том, что они и сами по себе оружие, как минимум хорошо владеют ближним боем, а то может и магией.
— О, узнаю, это охрана моего рода. Сейчас они появятся... Я так волнуюсь...
— Все будет гладко, я тебе обещаю.
— Ну, если ты понравишься отцу, то да.
— Я всем нравлюсь, — усмехнулся я.
— Джек, пожалуйста, будь серьезным... Мой отец не любит шутников.
— Без проблем.
Из дверей вышла вторая группа охраны — еще одни деловые мужики с наушниками, подтянутыми телами и крепкими мышцами. Они смотрели по сторонам, переговаривались друг с другом и по связи через микронаушники.
После них из аэропорта вышел высокий мужчина лет тридцати. Я сразу узнал в нем Григория — брата Маши. У него светлые русые волосы, сам он по себе тот еще здоровяк, сто процентов маг, и одет, как и подобает аристократу. Но узнал я его именно по лицу, буквально сразу заметил в них знакомые черты. Этот нос, эти глаза и правда брат очень похож на свою сестру.
Следом за ним вышел мужчина гораздо старше. С густой щетиной, уставшим, но в то же время возбужденным взглядом. Он нес пиджак в одной руке, а в другой катил чемодан. Его белая рубашка сильно выделялась на фоне черной формы сопровождающих здоровяков.
— Сам тащит чемодан? — спросил я шепотом.
— Скажу тебе по секрету, он и дома сам прибирается. Ну, вернее, помогает моей маме.
Меня они, понятно дело, узнать не могли. А вот Машу заметили сразу. Особенно после того, как он махнула им рукой. На ее пальце уже красовалась родовая печатка, не надеть ее на такую встречу она не могла. И выглядела она обворожительно. Вернее, ее стиль лучше охарактеризовать так — совсем не вызывающий, опрятный, деловой-обворожительный. Словом, красотка, которой ничего не скажет ни отец, не брат, оделась она так, как и следует.
— Добрый день, ваша светлость, — сказал я и поклонился Леониду, как того требовал этикет аристо, — приветствую, ваше сиятельство, — поклонился я и Григорию.
— Здравствуй, — «свысока» ответил Леонид.
— Привет, — сказал Григорий и незаметно для отца подмигнул мне.
Хах! Мне уже кажется, что с братом Маши у меня разногласий не будет.
— Здравствуй, Маша, — с каменным лицом Леонид посмотрел на дочь, — мы с матушкой скучали по тебе и переживали.
— Привет, пап, — неуверенно ответила Маша, будто бы ожидала какого-то подвоха. Она определенно чертовски нервничала, — рада видеть тебя и Гришу, — она посмотрела на брата и улыбнулась.
 
А после произошло того, чего я уж точно не ждал. Гриша и Маша сделали шаг навстречу друг другу и крепко обнялись. Леонид даже не обернулся, он сделал вид, что тупо этого не заметил, а сам прошептал:
— Не на людях же, в самом деле, — а затем посмотрел на меня, — Леонид.
— Джек, — представился и я.
— Джек? Маша, ты не говорила, что твой... кхм-хкм... Что Джек не из России.
— У него русская мать, поэтому он наполовину русский.
— Ладно, — недоверчиво бросил Леонид.
Брат Маши в этот момент стоял у него за спиной, кривлялся и закатывал глаза. Маша тоже посмеивалась, стараясь, впрочем, скрыть эту свою эмоцию.
— Мы так и будем здесь стоять, Джек?! — с укором во взгляде, Леонид спросил у меня. 
Он бы хотел, наверное, наехать на меня еще больше, но не позволял себя этого сделать. Ведь, как же? На нас же смотрят чужие совершенно незнакомые люди и их мнение так важно... Ага! Я быстро понял, что из себя представляет отец Маши, а потому примерно представлял, как нужно действовать, лишь бы ему угодить.
— Приглашаю вас в своем поместье. Там мы можем пообщаться, обсудить все вопросы, я представлю вам себя и отвечу на все вопросы.
— ... — по взгляду Маши понял, что попал в самую точку.
— Поехали, — только и сказал Леонид.
— Выдвигаемся. Группа — один, группа — два. Не зевать! — Григорий в секунду стал серьезным.
  
Глава 18. Джек Звериная Стая
 
Леонид и его сын Григорий сели в дорогую тачку, которую я специально для них арендовал. Сам бы на такой с удовольствием рассекал по Новосибирску, но пока не могу себе позволить. Вернее, деньги на это есть, но их лучше направить на нечто в перспективе более выигрышное, чем свои глупые хотелки. Потерплю пару лет и удовлетворю их все в двойном объеме.
Мы с Машей тоже расположились в премиум авто. У нас, как и у Леонида с Григорием был водитель и человек, что сидел рядом с ним следил за окружающей обстановкой, можно сказать — телохранитель. Против водителя Леонид, о чудо, ничего не имел, а вот предоставленного мною гвардейца он заменил на своего. Я сказал мужику, что у него выходной и попрощался с ним.
На самом деле не думаю, что Чайковским могло хоть что-то угрожать. У меня точно были враги — это факт, но разве кто-нибудь из Новосибирска смог бы что-то противопоставить Чайковским? Очень вряд ли, да и убийство главы рода лишь развязало бы такую родовую войну, что устроивший ее род либо быстро проиграл, либо «переквалифицировался» в слуги пострадавшего рода на долгие годы.
Водитель и человек из службы безопасности сидели в метре от нас, но они не могли слушать наши с Машей разговоры, ибо в машине специально для таких случаев сделана перегородка. Легким движением руки я мог открыть окошко в ней и сделать ее прозрачной, а мог и наоборот. Я предпочитал видеть, что происходит вокруг, а потому окошко не закрывал. Чтобы заговорить с водителем нужно было нажать кнопку и тогда мы бы смогли переговорить через технический канал связи.
— Папа совсем меня не любит. Он даже не захотел меня обнять, — Маша жаловалась мне, а сама едва ли не плакала.
Совсем ее не понимаю... Еще недавно ненавидела его, рассказывала о том, мол какой он плохой — решил выдать ее замуж за Кранского. А сейчас вдруг с чего-то решила, что отец в секунду изменится и будет относится к ней иначе.
Успокоил Машу, как смог. Вроде бы получилось, но это не точно. Снаружи она спокойно, но я же знаю, что внутри она переживает не лучшие эмоции.
— Брат был рад тебя видеть. Хороший мужик!
— Гриша всегда меня любил и защищал, — ответила Маша, — но ему нужно сохранять лицо и выслуживаться перед отцом... Он станет главой рода. Но пока отец...
— Думаешь, я ему понравился?
— Не знаю, эмоции он редко показывает. Только когда очень рад или чем-то доволен.
Ладно, кажется, я знаю, как отвлечь Машу от дурных мыслей, а за одно получше познакомить с моим прошлым. Я давно ей собирался рассказать о своей нелегкой жизни во Франции. Собственно, это и сделал.