Животное (СИ)

— Да, отец.
— Заедь, — прохрипел голос на том проводе.
— Скоро буду, — отключился и посмотрел на себя в зеркало.
Голубые глаза выдавали тревогу. Отец крайне редко звонил сам, а значит что-то всё же заставило его пойти на контакт первым. Наскоро приняв освежающий душ и обернув полотенце вокруг мощных бёдер, я, наконец, вышел из ванны.
Девочка испуганно села в кровати, прикрыв грудь простынёй.
— Что-то случилось? — робко поинтересовалась она.
— С чего ты взяла, что что-то случилось? — вопросом на вопрос ответил я и уставился на неё.
— У тебя на лбу морщины стали глубже, — брякнула она, и я усмехнулся.
— Не бери в голову. Мои дела тебя не должны касаться.
Со стороны показалось, что я обидел её своими словами, но нет. Она нерешительно улыбнулась, и проворно соскользнув с кровати, подошла. «Чёрт! Как же я не люблю такие моменты».
Кира прижалась ко мне всем телом и задрала голову кверху. Она хоть и была довольно высокой для девушки, всё же приходилась мне по плечо. Серые глаза улыбались, только в них не было тепла. Эта сучка знала кто он и как себя с ним вести. Слов никаких не понадобилось. Мы оба понимали что за игра началась. Кивнул в сторону стеклянного стола, на котором уже лежало бабло и отошёл от неё.
— Меня выпустят? — задала вопрос Кира, когда я уже застёгивал брюки.
— Силой тут никто тебя держать не станет.
— Я позвоню?
— Сам наберу, — отрезал я, накидывая поверх белоснежной рубашки пиджак.
Девчонка лишь кивнула головой и больше не издала ни звука. Отлично, с такой проще договориться.
Через полчаса я был уже у отца в клинике. Тот лежал на кровати с закрытыми глазами. Возле него суетилась симпатичная медсестричка, которая, увидев меня, сразу приняла позу, в которой выделялся её зад. Да, неплохая, но мне сейчас не этого, дорогая.
— Зайди чуть позже.
— Здравствуй, сын, — отец открыл глаза и внимательно посмотрел на меня.
Глубокие морщины пролегли по всему лицу. Да уж, болезнь сильно изменила его внешний вид, прибавив лет десять, не меньше.
— Присядь и послушай, что я хочу тебе сказать.
Я догадывался о чём пойдёт речь, но терпеливо уселся в кресло и посмотрел на родителя.
— Тимур звонил. Тебе придётся поехать в Сингапур вместо меня и заняться этим делом. Я навряд ли уже выйду отсюда. Пора посмотреть правде в глаза, сын. Назавтра я пригласил нотариуса. Всё отойдёт тебе.
— Отец! — не выдержал я. — Не говори глупостей. Сейчас подлатаем тебя и через месяц, другой встанешь вновь у руля. Забудь эти разговоры, прошу. Я, конечно, поеду туда, куда скажешь и сделаю всё, что от меня будет зависеть. Ты можешь даже не переживать об этом.
Отец вдруг протянул сухую ладонь и с силой сжал мою руку.
— На самом деле, всё это хуйня, сын, — устало прикрыв глаза, наконец, произнёс он. — Я внука хочу, пока ещё не сдох.
Скрипнув зубами, сказал:
— Я уже работаю в этом направлении.
  
глава 15
 
Июнь 2020 год.
Ода.
Сегодня мне исполнилось семнадцать. Алёша уже с утра поздравил меня огромным букетом любимых цветов. Вдыхая сладковатый запах лилий, я зажмурила глаза и унеслась в события 2014 года, когда умерла наша мать. Да, прошло уже пять лет, но мне по-прежнему кажется что это произошло вчера. Мне её ужасно не хватает. Я так нуждаюсь в ласке и любви, но, кроме брата, никто не дарит мне эмоций.
Маму мы хоронили как полагается, только разве что гостей не созывали на поминки, но и на этом спасибо. Отец буянил всю неделю, пил, не просыхая, даже работу прогулял, вследствие чего получил выговор и угрозу увольнения. Вроде как это его отрезвило, и на какое-то время мужчина вновь стал похожим на самого себя, правда, ненадолго. Теперь он был умнее и пил лишь вечерами. Я в такие моменты старалась из комнаты не выходить, да и Алёшка строго-настрого приказал нос не высовывать в его отсутствие. Ослушаться я не посмела, так как знала, чем всё это может обернуться.
Брат совсем взрослый стал. Высокий, широкоплечий. Одно загляденье. Пшеничные волосы коротко подстрижены в модную причёску. Квадратный, волевой подбородок всегда гладко выбрит. Голубые глаза настолько светлые, что кажутся прозрачными. Но некоторые одноклассницы признались, что именно они больше всего притягивают к себе их внимание. Я же с недавних пор стараюсь не смотреть в эти глаза. Они меня пугают отчего-то. Конечно, я говорю себе, что всё это глупости, но всё же неуютно мне рядом с ним. Порой я задаюсь вопросом, когда же ушло то, что так связывало нас? И не могу найти ответ. Возможно, сразу после смерти мамы. Не знаю. Алёшка постепенно отдалился от меня и на сегодняшний момент, я не в курсе, что у него за круг друзей, и как он проводит своё личное время. Те вечера, когда мы с ним наедине можно перечислить на пальцах одной руки. Встречи всегда сухие, немногословные, проходящие в моей или его спальне, лишь бы не наткнуться на отца. Но он всё же как-то раз заприметил нас вдвоём с братом и устроил настоящий погром в доме. Носился с ремнём и всё-таки отхлестал Алёшу. Брат, как обычно, прикрыл меня собой и получил не слабо. По-моему, отец тогда разум совсем растерял. Он кричал ужасные слова, обвинял нас в какой-то связи. Я плохо помню тот момент, если честно. Мне тогда было очень страшно, давно я не лицезрела отца в таком гневе. Алёшка, видя моё состояние, каким-то образом вывел его из спальни, и в тот вечер я больше их так и не увидела.
   
Глава 16
 
Воспоминания.
Алексей.
Как обычно это теперь бывало, после школы я встречался с подругой. Да, с той самой, которую обижали девчонки. Теперь мы вроде как встречались, только так, чтобы никто не знал. В первую очередь Ода, конечно. Мне казалось, что я её предаю. Она всё время была у меня в голове, даже несмотря на то, что рядом находилась совсем другая. Я не мог разобраться в собственных чувствах и это крайне угнетало.
Гормоны брали своё. Мне жутко хотелось отодрать эту девку, но в последний момент она всегда меня останавливала, и это тоже напрягало. Пугать девицу своим напором не хотелось, но ощущение, что меня скоро накроет по полной, не отпускало. За каникулы она похорошела в разы. Грудь немного подросла, ноги стали ещё длиннее, а тёмные волосы так и хотелось намотать на предплечье и сжать в кулаке. Ночами я практически не спал, член наливался до такой степени, что причинял адскую боль, но я заебался дрочить.
Приходы отца стали гораздо реже. Я из последних сил держался, чтобы не придушить его. Останавливало одно, понимание, что я всё ещё слаб. А также мне казалось, что во мне ещё живёт десятилетний мальчик, который по-прежнему боится отца. Каждый раз, когда мне казалось, что я могу ему противостоять, он поднимал на меня свой тяжёлый взгляд, и я тут же терялся, превращаясь в маленького ребёнка. Каждый. Сука. Мать его. Раз. Невозможно объяснить, что творится со мной в такие моменты. Словно это и не я вовсе. Как бы мне ни хотелось избавиться от своей трусости, ничего не получалось. Я ненавидел и корил себя за слабость и страх. Из-за нестабильности эмоционального состояния я чаще стал срываться на посторонних. Те, кто так или иначе, задевали меня, получали сполна. Подкараулив обидчика, я вымещал всю злость и ненависть. Однажды чуть не пришиб здоровяка, но вовремя очухался. В голове что-то щёлкнуло, посылая болезненный импульс в мозг. В тот момент я смог остановиться чудом. Наблюдая за тем, как парня вырвало кровью, я не чувствовал ничего. Меня не трогало даже то, что он может, остаться инвалидом. Но мне было страшно. Жутко страшно оттого, что я совсем ничего не чувствовал.
 
К концу подходил одиннадцатый год учёбы. Нужно было подумать о высшем, но в голове сидела Кира, которая до сих пор не дала. Сука! Два года я тёрся возле её юбки, а она хоть бы что. Только слюнявые поцелуи и петтинг, которые распалили меня ещё больше. Порой думалось, что я сейчас возьму девушку силой, но в последний момент почему-то останавливался. Мне хотелось, чтобы она сама возжелала со мной переспать.