Животное (СИ)

После выздоровления я вернулся в школу. Учиться оставался какой-то месяц. Я должен был подготовиться к экзаменам и контрольным работам, ведь впереди конец учебного года. Одноклассники как будто начали побаиваться меня. Со мной так никто и не подружился, но мне это и не нужно. Я был погружён в учёбу, а на развлечения и дружбу у меня времени не было. Ещё приходилось следить, чтобы сестру никто не трогал, ведь мы учились в одной школе. Поначалу я переживал, что неприязнь в мою сторону может переключиться на неё, но со временем понял, что её никто не собирается обижать. Она нашла среди одноклассниц подруг, и я был рад этому.
Экзамены сдал успешно. Ещё два года учёбы в этом заведении, так что расслабляться я не был намерен. За неделю до каникул я обратил внимание на одну девицу. Она училась в параллельном классе и, признаться, я сам не понял, как так произошло, что я начал испытывать к ней интерес. Это случилось со мной впервые и немного испугало меня.
По внешнему виду сразу было понятно, что она из небогатой семьи. Немного потёртая юбка, бабушкина блузка и туфли с облезлым носом. Что меня привлекло в ней, я и сам толком не мог объяснить. Каштановые волосы, собранные в длинный хвост на макушке, глаза серого оттенка, небольшой нос и полные, сочные губы. Фигура как фигура. Высокая, стройная.
Девчонки над ней издевались в тёмном углу. Обзывали и дёргали за волосы. Мне тогда её так жалко стало. Я вступился и вроде как от неё отстали. С тех пор мой взгляд постоянно искал её на переменах. Она иногда снилась мне по ночам. Я просыпался с юношеским стояком и дрочил, представляя её лицо и красивое тело.
А потом наступили каникулы, и я весь погрузился в работу. О девчонке почти не вспоминал. Её лицо практически стёрлось из моей памяти. После трудного рабочего дня, обессиленный, я возвращался домой к Оде. К той, что действительно меня ждала. В один из таких дней она призналась, что мать начала себя плохо чувствовать. Внутри меня что-то сжалось, напоминая испуг, но я постарался задушить это чувство в корне. Эта женщина называлась моей матерью, хотя в действительности не являлась ею. Так почему же меня должна беспокоить её судьба? Хотелось ли мне ей помочь? Нет. Отгородившись стеной безразличия, я продолжал упорно трудиться на заводе. Сестра, конечно, ожидала совсем другой реакции от меня, но я упорно отрицал, что меня волнует состояние матери.
Узнав, что творится с женой, отец сразу сказал, что денег на лечение нет. Ода расстроилась ещё больше и расплакалась. Я же, не знал как поступить. В душе всё сжималось от жалости к малышке, но в то же время я хотел, чтобы мать как можно скорее отправилась на тот свет. Во мне горела жажда отмщения и эгоистичное желание, чтобы Ода признала во мне единственного человека, который её искренне любит. Я и сам не понимал, что за странные чувства возникают у меня к сестре. Мне хотелось сжать на её тонкой шейке пальцы лишь оттого, что она сидит возле матери, а не проводит это время со мной. Но в тот же момент, я одёргивал себя, напоминая, что матери осталось совсем немного, и тогда-то уж точно девчонка будет возле меня. Я получал даже какое-то извращённое удовольствие, представляя эту картину. Что это? Сумасшествие? Одержимость? Фанатизм?
  
Глава 9
 
Июнь 2020 год.
Ода.
«Расходный материал. Расходный материал. Ты всего лишь расходный материал». Эти слова будто впились мне в подкорку. Стоило закрыть глаза, как перед ними появлялся главарь. Безразличие, с которым он отдал приказ о завтрашнем развлечении, поражало и ужасало воображение. «Как можно так просто взять и решить судьбу невинного человека? Ты не Бог, чтобы вот так распоряжаться мной!» Вслед за ним ушёл и тот, второй. У него мысли ненормальные, абсолютно больные. От главаря я хотя бы понимала чего ожидать, а от этого человека мурашки по коже.
В преддверии завтрашнего дня я, конечно, очень долго не могла заставить себя уснуть. Лежала с закрытыми глазами и слушала, как беспокойно стучит моё сердце. Ожидание хуже всего. Тем более, если знаешь, что тебя ждёт впереди. «Разве я заслужила такую участь?» Хотелось ли мне быть наказанной вместо брата? Нет, потому что он оказался такой же сволочью. Была бы возможность, я бы сама прикончила его собственными руками. При любом раскладе ситуацию уже не изменишь. Всё зашло слишком далеко. Я оказалась слепа по отношению к Алёшке. Любила его и верила до последнего. В итоге я здесь. Вместо него.
 
На следующий день…
Внутри меня всё дрожало от страха. Вся моя уверенность в том что я смогу выдержать то, что мне уготовили главарь и его цепной пёс, полетела в тартарары. Несмотря на свою юность, я понимала к чему всё ведёт, только оказалась не готова к действительности.
Их было шестеро. Я так и не поняла когда они появились в подвале. Ужас завладел всем моим существом и заглушил все остальные чувства, в том числе и слух. Затравленно посматривая на мужчин, я всё же не побоялась оторвать от них взгляд и посмотреть в глаза самого главного зачинщика. Он взирал прямо на меня. Что я хотела увидеть там? Может, какое-то подобие раскаяния? Жалость? Или ждала, что он отменит собственный же приказ? Увы. Бездушный, безжалостный и безразличный взгляд. В тот же миг поняла, что его не тронет та картина, что вскоре развернётся на его глазах. Этот больной ублюдок неспособен на нормальные чувства. Желая хоть каким-то образом задеть его, я выкрикнула:
— Я убью тебя! — ярость, бушевавшая во мне, придала сил, и я продолжила. — Выдержу. Вытерплю и выживу! Ты за всё ответишь, животное!
Лёгкая улыбка заиграла на лице мужчины. Конечно, я не напугала его. Зато, выплеснула эмоции наружу и стало как-то легче. Слёзы иссякли уже давно, теперь во взгляде можно было прочесть только ненависть, причём настолько глубокую, что глаза нещадно жгло. Я вытерпела очень много, чтобы вот так сдаться сейчас.
Один из толпы отделился и двинулся ко мне. Я резко соскочила с койки. Цепь громко звякнула, напоминая, что у меня нет шансов на спасение. В отчаянии я закричала и сама кинулась навстречу мужчине. Не ожидав от меня такого напора, он неловко упал на бетонный пол. В тот момент я уже не помнила себя. Что-то застило моё сознание. Нечто чёрное, пугающее своей силой. Оно накрыло меня, не желая отпускать. В состоянии аффекта я принялась бить пяткой по всем открытым местам. В частности, я попадала по горлу. Это наиболее уязвимое сейчас место, к тому же во мне бурлило желание именно убить, а не покалечить.
В общей сложности я успела нанести не менее пяти ударов, прежде чем меня схватили за волосы и швырнули на кровать. Я сильно ударилась головой о стену, но краем глаза успела увидеть, как мужчина из последних сил пытается сделать вдох окровавленными губами. У него это плохо получается. Глаза уже начали вылезать из орбит, а изо рта полилась тёмно-бордовая кровь. Предсмертные хрипы разрезали внезапную тишину. Мне стало страшно, оттого что это я натворила.
Неожиданно к умирающему подошёл цепной пёс и присел возле него на корточки. Из-под пиджака вынул пистолет и приставил прямо ко лбу. Я услышала грохот выстрела и закрыла глаза. Стало очень страшно. В своей жизни я ещё никогда не сталкивалась с такой жестокостью. На миг показалось, что он вот так же сейчас подойдёт и ко мне. Выстрелит в упор и больше не будет Оды-Евангелины.
Щёку обожгла оглушающая пощёчина, и я, наконец, открыла глаза. Цепной пёс. Стоит надо мной и скалится. Я собрала слюну и плюнула прямо ему в лицо. Недолго думая, мужчина стирает её и облизывает палец языком. Мне стало до одури противно. Рвотный позыв сжал горло. Я скривилась, ожидая, что меня вновь накажут, но ни единого удара не последовало.
   
Глава 10
 
Апрель 2020 год.
События старых времён.
Марк.
Девчонка робко приблизилась к столику и наконец уселась. Да, джентльмен из меня не вышел. Вот такой я хреновый, даже стул не отодвинул. На самом деле это не играет никакой роли, так как мы оба понимаем, зачем она согласилась подойти. У девки нет денег, а платить надо. Что ж, не такой уж я и подонок. Помогу.