Побочная Кровь (СИ)

Барон задумчиво скрестил на груди руки, исподлобья смотря на меня.
– Взломать вряд ли получится, – задумчиво заметил он. – Сблизься с Лаи. Узнай код у неё. И советую не тянуть с этим – чем дольше ты с Лаи, тем сильнее привлекаешь внимание Томена. У тебя осталось три недели, задержишься хоть на день – объясняться будешь своему врасу, когда он вломится сюда на военном корабле.
– Ориас так не сделает.
– Ты уверена? – вскинул бровь Айшел, и его глаза странно вспыхнули. – Кажется, мне не показалось, что кое–кто из вас двоих готов был на коленях умолять, лишь бы ты не совалась сюда.
– Ориас? И на коленях? – фыркнула я. – Представить себе это не могу…и с каких это пор, Айшел, ты вдруг начал интересоваться моей личной жизнью? Своей нет? Может мне помочь тебе подобрать женщину?
На этот раз фыркнул Барон, с наигранной небрежностью и безразличием.
– Кстати, а ты знала, что Оникс подал прошение на свою кандидатуру в предстоящих выборах новой Матери? – как бы невзначай поинтересовался Айшел.
Моё лицо так и вытянулось.
– Серьёзно? У них же там в Сенате жёсткий матриархат… или он решил себе косы отрастить и отрезать то, чем его природа наградила?
– Оникс за трилун своего правления сделал больше, чем Мать Аай за десять оборотов, – сдержанно заметил Барон. – И это ощущается… я долго знаю Оникса, так что заседай сейчас в Сенате, поддержал бы его кандидатуру.
– Чувствую, Сёстры ой как недовольны… он же нарушает закон.
– Спешу тебя просветить – в законе не написано, что возглавлять Сенат не может мужчина. Когда Баронии и Содружество были целыми, не было никакой Матери, и в уставе она не прописана. Оникс это прекрасно знает, и сколько бы Сёстры не точили на него зубы, им нечего ему противопоставить. Так что Оникс играет честно.
– Того и гляди, Содружество и Баронии снова объединяться, – насмешливо заметила я.
– Не думаю. Мать Аай хотела вновь править всей Вселенной, Оникс же не настолько глуп, чтобы жаждать власти. Ему хватит и крепкого мира… Я слышал, после того, как коронуют Дамеса, они лично обсудят дальнейшее сосуществование Содружества и Империи.
Но что–то странное мелькнуло в глазах Айшела.
– Ты словно сам в это не веришь.
– Я не люблю загадывать на будущее. Всё может поменяться так, как мы меньше всего ожидали, – пожал плечами тот. – Пора обзаводиться могущественными союзниками. Боюсь, впереди будут лишь одни трудности…
Всё внутри меня похолодело от этих странных, пророческих слов Айшела.
– Ищи код, Мэлисса. Возможно, Лаи тоже его знает. Советую не медлить и убраться оттуда быстрее, чем Томен захочет испытать своё оружие на тебе. Последствия будут крайне плачевны.
Айшел отключился, и я закрепила браслет на запястье. Три недели. Если я не вернусь через этот срок , то Ориас сам придёт сюда, а он может. Не знаю почему, но у меня такое чувство, что он и горы ради меня свернуть может. Самонадеянно? Вот и я о том же.
Мои мысли перетекли к Ониксу. Звёзды, неужели он и вправду хочет стать главой Содружества? Нет, я- то не возражаю, но… это так странно. Все привыкли видеть во главе Мать, а тут Оникс. Непоколебимый, с багряными глазами, единственный во вселенной, Оникс. Я не знаю его так же хорошо, как Айшел, но хотелось бы верить, что он способен не только на публике красоваться, но и дела решать.
Я настолько задумалась, что подпрыгнула на месте, когда дверь в комнату раскрылась. Тут же встав, я поклонилась, ощущая резкий холод во всём теле при виде Томена. На его руках лежала Лаи, которую он бережно опустил на кровать, считая меня за декор комнаты. Поцеловав сестру в лоб, Барон выпрямился, пройдя к дверям и застыв. Он чуть повернул голову, и его золотистый глаз пронзил меня.
– Дай ей день.
Отвернувшись, Томен вышел, и я обессиленно опустилась в кресло, переведя взгляд на Лаи. Её золотистые волосы были разбросаны по подушке, а грудь едва заметно поднималась и опускалась. Шнуровка на платье болталась, а плечо было оголено. В голову поползла догадка, зачем Томену понадобилась Лаи, и я с усилием выпроводила её из своей головы.
 
Сейчас нужно заняться Лаи.
  
2
 
Лаи не просыпалась второй день. Я уже не тревожилась, я паниковала! На её шее я нашла тёмный след от укола, и это заставило меня задуматься – чем же Томен накачал свою сестру? Она не отзывалась на своё имя, даже не шевелилась во сне, словно впала в кому. Меня это беспокоило – с наркотиками я дело имела, могла даже противоядие сделать. Но проблема была в том, что я не знала, что Томен ей вколол! Это могло быть обычное снотворное, а могло и что–то похуже.
Звонить Айшелу я не решалась, хотя и стоило бы. Но Бароны не лезут в дела друг друга, так что вряд ли бы он согласился мне помочь. Я решила подождать третий день, но когда наутро Лаи не проснулась даже от холодной воды, паника вырвалась наружу. Надо было срочно искать противоядие. А где его искать? Либо в саду, но я не знаю большую часть здешних растений, либо на кухне. Да, кухня это лучший выход.
Переодевшись и укрывшись крыльями, которые вновь стали прозрачными, я подошла к зеркалу, но вместо себя обнаружила лишь пустоту. Прекрасно. Теперь я ещё стану шпионом Империи. По крайне мере, это снизит мои шансы столкнуться нос к носу с дивой Минитой. Но для начала было бы неплохо отсюда выбраться.
Выйдя из комнаты, я поспешила на первый этаж, жалея, что коридоры тут не такие просторные, как хотелось бы. А то взмахнула бы крыльями, и уже на другом конце. Но, нет, нельзя.
Спустившись на первый этаж, я незаметно проскользнула между двумя машинами и служанками, полирующими пол. Выйдя в просторную кухню из золотисто–песочной плитки с длинными столами, печами, и вытяжками, я застыла. На кухне вовсю орудовали странные существа, похожие на осьминогов с шестью тёмно–синими щупальцами, умело управляющие ножами. Там и тут раздавалось шипение и равномерное постукивание.
Я аккуратно направилась вдоль столов, всматриваясь в продукты и осторожно протягивая руку, чтобы тут же спрятать добычу в карманах. Двигаться приходилось осторожно, задерживаясь порой на месте и дожидаясь более подходящего момента. Приходилось соображать быстро: Лаи накачали каким–то снотворным, а может, и не совсем снотворным. Чтобы её разбудить, надо что–то резкое, с неприятным запахом, и что можно изготовить самостоятельно при наличии нужных ингредиентов.
Что–то мне подсказывало, что Томен не просто так вколол Лаи наркотик. Я боялась прикоснуться к девушке и даже раздеть её, помня, что служанки постоянно куда–то девались. Может, Томен специально убирал их, чтобы Лаи не могла ни к кому привязаться? Так же, как дива Минита постоянно отправляла меня и Ориаса подальше от Айны, борясь потерять и её внимание.
Забрав кувшин с водой и приправы, которые могла унести, я выскользнула из кухни, с облегчением вдыхая чистый воздух. Как же я боялась чихнуть или закашлять, тут же раскрыв себя!
Я побежала в сторону покоев Лаи, замедляясь при виде включённых машин и едва сдерживая дрожь в руках. Однако крик, раздавшийся за дверями, заставил споткнуться и чудом удержать в руках кувшин. Сердце громко и бешено застучало в груди, и, не помня себя, я ворвалась в комнату Лаи, распростерев мелькнувшие чернотой крылья. До ушей донёсся всхлип, и бросив взгляд на кровать, я застыла. Она была пуста, как и комната. Но откуда тогда звук?
Спрятав крылья и закрыв дверь, я пошла на едва слышимые всхлипы. Они вели к дверям гардеробной, защемившей светло–зелёную ткань. Я сделала долгий выдох, осторожно открыв створку ровно настолько, чтобы свет озарил комнатушку со все возможными платьями на вешалках, туфлями и шляпками. Полоска зелёной ткани, прищемленной дверцами, вела к самому углу, откуда и слышались всхлипы. Звёзды, надеюсь, Томен тут не пребывал во время моей отлучки?
Осторожно подойдя к углу, я поставила кувшин и миску с травами. Отодвинув тяжёлые платья с длинными рукавами и воротниками, скрывающими шею, я взглянула на Лаи. Её била крупная дрожь, а большие потускневшие глаза наполнились слезами, скатывающимися с щёк. От кожи хиимки струилось слабое золотое свечение – когда у хиимов случается резкая смена настроения, их кожа начинает светиться, но если серебряные этим гордятся, то золотые пытаются всеми возможными способами потушить сияние. Начиная от таблеток и заканчивая операционным столом.