Побочная Кровь (СИ)

– Серьёзно? – не смог сдержать удивление Ориас.
– Ну, да. Его для этого и строили, – как ни в чём ни бывало ответила я. – Это уже потом решили переделать для встреч и прочего. А так, миллион с чем–то лет назад был весьма сносный бордель с любыми инормирками на выбор. Там даже услуги любые предоставляли – можешь, в комнате, можешь, в бассейне…
– Хватит, – поморщившись, прервал меня Дамес.
– Да пускай продолжает, – с усмешкой возмутился Ориас, наклонившись ко мне. – А сейчас эту услугу предоставляют?
– Если хорошо попросишь у кууков и вручишь им круглую сумму, то почему бы и нет? – пожала плечами я.
– Как порой хорошо иметь тебя под рукой…
Я фыркнула, хотя и была польщена. Про бордель, между прочим, я узнала случайно, и, как думаете, от кого? Если вы подумали про Цербера, то совершенно верно. Он сам порой сюда прилетал «отвлечься» и покувыркаться, хотя гарем у него был неплохой.
Отмахнувшись от своих мыслей, я подняла взгляд. Впереди была темнота Вселенной с далёкими крапинками звёзд и планет. А в паре десятков километров от нас парил громадный резной шар из бело–алой кости, подсвеченный огнями и переливающийся светодиодами ангаров для кораблей. Само строение было величиной с небольшой спутник, так что рядом с ним наш корабль напоминал иголку.
Ближайший ангар распахнул свои громадные двери, и корабль плавно влетел внутрь, окунувшись в безупречный мир белого света. Когда двигатели затихли, установилась подача кислорода и включилась искусственная гравитация, трап корабля опустился. Мы, в сопровождение пятерых Завоевателей, не спеша спустились вниз, к дожидающимся нас кууков. Ух, ну и мерзкие же это существа! Под два метра ростом, с плоским лицом и тёмными дырами носа на нём. Всё их тело было в белую складку, шеи не было, а место слияния головы с туловищем скрывал воротник длинной чёрной одежды, расшитой золотом. На груди поблёскивали безделушки.
– Ваше Высочество, – стуча мелкими острыми зубами, поклонились три встретивших нас куука. – Это громадная честь для нас… мы подготовили для вас и ваших сопровождающих достойные апартаменты.
– Тогда ведите, – сухо изрёк Дамес, войдя в свою роль.
Мы двинулись следом за неспешными кууками, что подробно рассказывали нам об устройстве Ядра, его уровнях, лифтах, программе на ближайшие дни. Оказывается, мы не первые, кто прибыл так рано: тут уже было несколько Сестёр Сената и два Барона.
Нам отвели поистине императорские апартаменты с громадными окнами с видом на скопление звёзд. Комнаты были соединены смежной гостиной, так что мы без проблем могли наведаться друг к другу или поговорить, не прячась у других.
Закрыв за собой двери, я оглядела предоставленную мне комнату: высокий потолок, оббитые деревом стены с голубыми переливающимися жилками, фреска вокруг люстры, кровать с мягчайшим одеялом и подушками, столик и шкаф для одежды. Звёзды, я в раю…
С разбегу запрыгнув на кровать, я застонала от блаженства, зарывшись лицом в подушки. Вызволять крылья я не стала – тут везде могут стоять скрытые камеры, да и наверняка будет много тех, кто захочет купить весьма ценные и интересные записи.
В дверь постучали.
– Открыто.
Я повернула голову, ожидая увидеть на пороге Ориаса, но это был столик с подносом, укрытым крышкой. Я села, предчувствуя вкусный ужин, да и в животе уже заурчало. Под крышкой и вправду оказалось фиолетовое мясо со странными овощами. А ещё бокал с водой. Только взяв его, я неуверенно замерла, смотря на дно с растекающимися чернилами.
Осторожней с Ониксом.
Чернила растеклись и исчезли, а надпись пропала.
Кажется, я обзавелась личным ангелом–хранителем.
  
3
 
Ох, как я проклинала Ориаса на всех тридцати языках! Особенно когда надела подаренное им платье, которое тут же приобрело цвет золотистого шампанского, переливаясь искрами. Кажется, я только что записалась в местный бордель, иначе этот ужас никакими другими словами нельзя было передать.
Платье явно было сшито на заказ, и смотрелось… весьма элегантно, открыто и вызывающе. Оно буквально состояло из лоскутов ткани: декольте до самого пупка, тонкие лямки, украшенные жемчугом, вырез на спине чуть ли не до… да, вы правильно поняли. Ну хотя бы ткань скрывала лопатки и мои шрамы, а ещё было скреплено на груди заколкой, мешающей распознать серебристый знак раба. Юбка была мне до щиколоток, с разрезом до бедра. Ткань, между прочим, совершенно не ощущалась, и из–за этого я чувствовала себя голой.
 
Распущенные рыжие волосы лёгкими завитками спускались на грудь и спину. Я убрала лишь несколько прядей, скрепив их на затылке заколкой в виде бабочки. С тяжёлым сердцем сняв с шеи цепочку с моими медальонами, стрелой и пальцем Цербера, я застегнула подаренное Ориасом украшение. Оно и вправду подходило к платью, вспыхивая серебристыми звёздами при малейшем свете.
Кое–как придав лицу нормальный цвет, а не пунцовый, я взглянула на лёгкие туфли с коротким каблуком. И только когда удостоверилась, что всё сидит идеально, взяла небольшой клатч и вышла из своих апартаментов. Сердце бешено стучало в груди. Звёзды, я почему–то начала жалеть, что не прихватила с собой платье от дивы Миниты. Оно хотя бы что–то прикрывало…
Двери разъехались в сторону, и я бесшумно вошла в гостевую. Дамес стоял у зеркала, застёгивая пуговицы на безупречно белой рубашке. Крылья у него сверкали чистотой, а волосы были опрятно забраны назад и заколоты. На голове сверкала и переливалась лёгкая изящная диадема, оставляющая в душе благоговейный трепет. Я всё-таки уважала императорскую семью, и Дамеса в том числе, особенно в последнее время. Пусть он и издевался надо мной так, что я сбежать с Файи хотела, но делал это не просто так. Да и видя его за столом с документами, я невольно проникалась уважением. Мы уже пересмотрели большую часть законов, принятых в стороне от Императрицы– регента и её сына, и уволили тех, кто за это отвечал.
Двери соседних апартаментов открылись, и из них, небрежно зачёсывая волосы, вышел Ориас.
– Дамес, а может, я всё же оставлю это валяться до конца времён? – необычайно резко поинтересовался он, держа в руке чёрную диадему. – Давай пока не будем разглашать моё доброе имя.
– Это нужно было сделать уже давно, – не поворачиваясь, ответил Дамес. – Пора поставить Мать Аай на место.
Ориас поморщился, словно проглотил лимон, и нарочно небрежно положил корону на волосы. Несколько прядей упали на его лоб, и, не потрудившись смахнуть их, он хмуро обернулся к своим дверям. И наконец–то заметил меня. Уже сделав шаг, мужчина резко замер, и диадема с тихим стуком упала с его головы, прокатившись по ровному полу и замерев у моих ног. Дамес настороженно огляделся и невольно выпрямился, крылья за его спиной безвольно опустились.
Вы даже не представляете, как мне сейчас захотелось исчезнуть. Чтобы хоть что–то сделать, я наклонилась и подобрала лёгкую диадему из прохладного чёрного металла с белыми искрами драгоценных камней. У Дамеса была золотая.
– У меня из платьев больше ничего нет, – неуверенно объяснила я, подойдя к Ориасу и закусив губу. – Благодаря кому, говорить, наверное, не надо… наклонись.
Вместо того, чтобы наклониться, мужчина опустился на одно колено, с какими–то странными искрами в глазах смотря на меня. Я аккуратно возложила на его волосы диадему, и, помедлив пару секунд, врас наконец–то поднялся.
– Может, всё же переодеться? – поинтересовалась я чуть ли не с отчаяньем. – Хватит молчать, это не помогает!
Ориас моргнул, и тихо, до странности глубоким голосом, произнёс:
– Ничто не идёт тебе так, как звёзды на твоём теле.
Комплименты мне делали не часто, а если и делали, то в основном это всё было проезженное и прожёванное. Золотые хиимы, пусть и мыслят в стихах и поэзии, тоже редко что толкового могут выдать женщине, хотя, не спорю, есть и такие, что даже затащив женщину в кровать, продолжают читать ей стихи. От таких лучше бежать куда подальше.