Можно я постучусь в твою дверь? (СИ)

— Нет.
— Не хотите торт или не хотите жениться? — секретарша все никак не уймется.
— Я не хочу, чтобы ты здесь работала, — уже уставшим голосом оповещаю ее о своем решении. — Перевожу тебя, Софья, в отдел рекламы к Игорю Станиславовичу.
Последний, словно подслушивал и тут же нарисовался в моей приемной.
— Софочка, — он улыбается ей так, словно был чертом, а она вот-вот готова продать ему душу. — Шеф…оу, вижу уже все на месте. А чего это мы такие опечаленные?
— Эрик Александрович переводит меня работать к вам, — надувает девушка губы. Ненатуральные, кстати, накачанные модной медицинской ерундой и выглядящие так, будто она присосалась к пчелиному улью. А пчелы в отместку ее покусали. Неудачно причем.
— Да? — Друг вопросительно смотрит на меня.
— Да, — подтверждаю. — Ты давно говорил, что не хватает у тебя кадров. Вот, исправляем ситуацию.
— Душа не будет болеть, что раскидываешься такими ценными работниками? — Он шагает мне навстречу.
— Уж как-нибудь переживу, — едва удерживаюсь от язвительного комментария и отхожу в сторону, чтобы друг зашел в кабинет и закрываю дверь за нами.
— Ух ты, это что такое? — присвистывает Игорь, когда подходит к столу.
— А на что похоже? — скидываю пиджак на небольшой диванчик и начинаю закатывать рукава рубашки.
— Эмм, — друг пристально рассматривает кондитерское чудо на моем столе. — Подозреваю, что это должно было быть сердцем. Но коржи поплыли и оно стало похоже на жопу.
— Возрадуйся, скоро тебя тоже ожидают такие сюрпризы. — Подхожу ближе и одним махом отправляю торт в мусорку.
— Мне кажется, что ты меня за что-то наказываешь.
— Давай подумаем вместе, — вытираю руки влажной салфеткой и усаживаюсь в свое кресло. — Может, это карма? Где готовый макет и брошюры на тендер?
— Черт, Эрик, — он морщится.
— Черт, Гарик, — копирую его тон и мимику.
— Сегодня все будет готово, зуб даю.
— На кой хрен мне твои виниры, если мне нужны готовые материалы для заключения важной сделки? Они должны были лежать вот на этом столе еще до моего прихода, чтобы я успел просмотреть их и сделать правки.
— Так у тебя встреча завтра, — успокаивает меня друг, — все успеем.
— Когда успеем? Ночью будем делать, как на заре нашей карьеры?
— Ночью не смогу, у меня другие планы. Мне наконец-то дала свой номер телефона девчонка из отдела логистики и мы…
— Я не хочу знать подробностей, так что изволь, — раздраженно взмахиваю рукой.
— Знаешь, я понял, почему ты такой дикий и на всех кидаешься, — Игорь посматривает на наручные часы. — Это тупо от нехватки женской ласки.
— Не начинай…
— А что, разве не так? Ты когда в последний раз засыпал обнимая теплое женское тело? Когда ты вообще нормально отдыхал? В кино ходил? Или посещал ресторан, но не в компании инвесторов и не для заключения сделок?
— Кто-то должен работать.
— Кто-то должен жить, — парирует Игорь. — Короче, ничего не знаю, но на пятницу ничего не планируй.
— Я никуда с тобой не пойду. — Качаю головой.
— Пойдешь, как миленький, — он усмехается, — иначе я невзначай разошлю твои фотки из универа. Помнишь, во время соревнований по плаванью сделали групповой снимок команды? Я тут подумал, а чего такой красоте пропадать? Пусть весь женский коллектив увидит, чем тебя всевышний наградил. Они вздыхают, когда видят тебя в костюмах. А представь, что будет после этого, а? Может, кому-то это поможет стать более решительнее в борьбе за твое черствое сердце?
— Пошел вон, — прикрываю глаза и тру переносицу пальцами.
— Не забудь, пятница послезавтра, — Ржет Гарик, когда скользит к выходу.
— Не забудь, макет должен быть у меня к вечеру. — Не остаюсь в долгу.
Вот же, блин, придумал. Как будто у меня головной боли не хватает. Надо ж еще партнершу завести, чтобы она изводила меня звонками и какими-то требованиями. Да у меня времени нет на всю эту ерунду!
— Эрик Александрович, — оживает селектор связи, — к вам посетитель.
— Назначено? — Кошусь на дверь.
— Нет, говорит, ваш знакомый. Лебедев его фамилия.
 
— Пусть заходит, — даю распоряжение, — и сразу готовь две чашки кофе.
— Лучше чая, — поправляет меня вошедший гость, — ох, молодежь, совсем не бережете свое здоровье.
— Дядь Гриш, — улыбаюсь, когда встаю из-за стола и шагаю ему на встречу. — По каким делам ко мне пожаловали?
— По важным, Эрик. Мне тут участок наконец-то удалось выцепить за копейки. Теперь его надо облагородить и дом там построить, а лучше тебя по этому делу не найти. Поможешь?
— Как я могу отказать лучшему другу своего отца? — смеюсь. — Сделаем все в лучшем виде.
— Ну вот и славно. — Мужчина присаживается на диванчик. — А если б еще помог племяшку пристроить, цены бы тебе не было.
Глава 3. Эрик
— Конечно, — продолжает дядя Гриша, — я и сам не люблю вот этого «кумовства» при устройстве на работу. Но племянницу жалко, нигде толком зацепиться не может.
— Почему? — присаживаюсь рядом с ним. — Рассеянная? Конфликтная? Не знает, что такое ответственность?
— Спросил бы уже прямо, — он откидывается на спинку дивана и закидывает ногу на ногу, — и я бы ответил тебе не лукавя. Нет, Эрик, она не бездарь и не истеричка. Работы не боится, адекватная. Но в силу своего возраста бывает, что витает в облаках. Это не критично, не беспокойся.
— Дядь Гриш, без обид, — развожу руками, — но у меня здесь не детский сад. Если я и принимаю сотрудников, то у меня к ним очень высокие требования.
Мы оба отвлекаемся на вошедшую секретаршу, которая наконец-то принесла чай и кофе. И я чувствую, как мое лицо медленно заливается красным цветом. Аккурат под тон помады, которой она измалевалась. Плюс подмечаю, что офисная блуза расстегнута на две пуговицы ниже, чем положено.
— Что-то еще? — кокетливо уточняет она, расставляя чашки и откровенно флиртует с моим гостем.
— Да, София, — откашливаюсь и привлекаю ее внимание к себе, — сейчас выходишь и собираешь свои вещи. Затем сдаешь свой пропуск и валишь отсюда на все четыре стороны.
— Но, — бледнеет она, — вы же говорили с утра о переводе.
— Это было утром, до всего вот этого, — провожу рукой в воздухе, повторяя ее силуэт. — Я не хочу, чтобы ты позорила меня или кого-то еще из моих руководителей. Уволю быстро, выплачу компенсацию в двойном размере, чтобы у тебя было на что прожить пока ищешь работу. И если в течении двух минут я не увижу, как твое барахло упаковывается в коробку, то поступлю с ним так же, как и с твоим тортом. А он, к твоему сведенью, уже покоится на дне мусорки.
— Ну вы и скотина! — срывается она на плачь. — С таким отношением, никто у вас работать не будет! Женоненавистник! Нет! Педик, вот вы кто!
— Теряешь время, — пропускаю мимо ушей всю дичь, которая льется из ее рта, — и да, София, на ваше место у меня уже есть кандидатка. Дядь Гриш, скажите вашей протеже, что у нее завтра со мной собеседование. Пусть приезжает к восьми и не опаздывает.
Глаза уже бывшей секретарши становятся еще шире, но я стучу пальцем по наручным часам и она пулей покидает мой кабинет.
— Жестко ты с ней. — Дядя Гриша берет чашку с чаем и делает глоток. — Но справедливо. Все-таки она лицо твоего офиса. Что ж…Воспевать свою племяшку не стану, завтра сам познакомишься и увидишь все своими глазами. Но могу с уверенностью сказать, что она себе такого точно не позволит.
— Вот и славно, — теряю интерес к черной жиже в своей чашке, которую София преподносила как кофе и наблюдаю за тем, как девушка сгребает какие-то статуэтки со стола, рамочки, цветок в горшке. При этом, я уверен, нарочно оставляя после себя как можно больше бардака для будущей сменщицы. Небольшая, но месть.
Кипы папок и разбросанные листы по столу приводят меня в небольшое уныние. Нет, я могу разобраться и с этим. У меня не сразу появились подчиненные и раньше, я сам вел множество дел и с бумагами умею управляться получше, чем Соня. Но потеряю при этом драгоценное время, которое мне необходимо для подготовки к тендеру.