Перевести стрелки (СИ)

Я задумчиво осмотрел уже его баул.
— Но на кровати не написано, а твои вещи... — Начал было я, ещё пытаясь соблюдать относительную вежливость.
— Малыш, — как-то ласково, с неплохой только примесью сожаления, протянул хранитель и ревнитель чистоты. — Если я сказал, что это моя кровать, то лучшее, что ты можешь сделать — пристегнуть одну губу к другой, и на хрен свалить с нее. Ясно?
Я не ответил, примерно прикидывая рывок и траекторию будущего движения. Старшекурсник мое молчание истолковал неверно, решив, что вызвано оно банальным испугом. Видимо, именно поэтому он добавил:
— Свалил быстро! Пока я не решил, что обе кровати мои!
— Еще чего... Пожелаешь? — Глухо уточняю.
Кажется, в голосе моем промелькнула нечто, не позволившее даже такому засранцу принять мои слова за подобострастие... Жаль! Ближе бы подойти удалось для нанесения первого удара. Ситуация проста: либо меня просто пытаются "прогнуть", и тогда остается только бить первым, либо все это просто повод додолбаться... И тогда все равно нужно бить первым, потому что кадет четвертого курса — уже почти готовый офицер и уровень его подготовки значительно выше моей!
— Потом... Придумаем! — "Отлично" решил мою дальнейшую судьбу крепыш. — Окна, наверное, помоешь, а затем пожрать, чтоль, приготовишь!..
"Ага, здесь говорить не о чем!", — решил я уже в рывке, целясь наглому засранцу в челюсть. А вот двигался он прекрасно: скупо, точно, быстро, легко уйдя с траектории удара и перехватив мой руку. Мир "крутанулся" перед глазами, и вот я уже прижат к стене, а горло перехвачено сильной ладонью.
— Что ж ты, братец, совсем охренел? — С ленцой поинтересовался мой новый сосед.
***
Старший кадет-инструктор Манохин, Петр Евгеньевич задумчиво почесал грудь, куда ему прилетело... К стыду моему, похоже, не слишком сильно. Я уже думал повторить, но тот поднял руку в примиряющем жесте.
— Не слабо! — Заметил он, слегка поморщившись.
— Ну так прошел я проверку? — Слегка усмехаюсь я.
Спесивая маска слезала с лица моего соседа, оставляя легкую задумчивость.
— Сразу понял? — Поинтересовался он.
— Нет, только что! — Пожал плечами я, отвечая абсолютно искренне.
— И где я прокололся? — С любопытством поинтересовался он.
— Лентяй ты... Петр Евгенич, — пожал плечами я, указывая на ДВЕ швабры, валяющиеся на полу. — Лишний раз сходить было лень?
Манохин расхохотался.
— Внимательный! — Удовлетворенно кивнул он, и тут же серьезно добавил. — Молодец. Нашему брату это нужно. Ты же бронебойщик?
Киваю. Но спрашиваю о другом:
— У вас всех так встречают?
— А как же! — Довольно улыбнулся сосед. — Нужно же понять, с кем дело иметь придется, а у нас тут не Колледж Торговой Палаты и Не Институт Благородных Девиц, а Академия!
Киваю еще раз, принимая объяснения.
— Ну и как впечатления? — Интересуюсь невзначай.
Петр нагнулся за разлетевшимся инвентарем.
— Соответствующие! — Объявил он, протягивая мне швабру, а вторую оставляя себе. — А у тебя как?
— Где-то такие же... С чего начнем... Наше знакомство?
— С пола! — Твердо заявил Манохин. — Несколько месяцев никто не прибирался. Не дело это!
Согласно киваю. К чистоте и порядку меня дядька Игорь приучил жестко. "Порядок вокруг плюс чистое тело — тогда и в голове все хорошо будет!", — не слишком складно, но вполне доходчиво говорил он.
  
Глава 12
 
Как говаривал старый телеведущий, чьи записи я видел в библиотеке, уборка по-мужски — дело серьезное и ответственное. Чаще всего им приходится заниматься молниеносно, когда в дверь уже звонят гости. Главный принцип — ничто не должно попасться на глаза и путаться под ногами. Для кого-то же это целое приключение. Стоит только начать, и потом уже не остановиться.
Для кадетов же чистота — не только залог здоровья, но еще и скорых сборов, когда каждая секунда на счету. А потому вещи не просто раскладываются по своим местам, но еще и в строгом порядке. Так что теперь я и ночью спокойно подорвусь и дотянусь до аптечки, с легкостью выхватив почти любой предмет на выбор просто потому, что укомплектовывается моя "медицина" всегда в едином порядке. Да, забыл сказать, что все это легко проделаю в кромешной тьме, если понадобится.
 
Все остальное раскладывалось по тому же принципу.
Ну и чистый пол и отмытая комната — это еще и попросту приятно. Да и красотка Горская если и заглянет на огонек, то вовсе не для того, чтобы вломить мне звездюлей вместе с дежурным офицером. Так что можно будет даже попробовать предложить ей чайку. И даже помечтать о том, что она согласится!
— Ну... — Оценил результат Петр через полчаса, удовлетворенно оглядывая наше будущее жилище. — И то верно...
Я безмолвно приподнял брови. Мой сосед еще раз окинул довольным взором помещение, после чего заметил:
— Верно говорят, что чем реже наводится уборка, тем очевиднее результат!
А тут не поспоришь! Комната действительно стала выглядеть куда приятнее. И даже более жилой, с учетом того, что уборку мы оба совместили с разбором вещей. Удивительно, но в свой шкаф Манохин на моих глазах упихал пистолет-пулемет Судаева, и какую-то штурмовую снарягу.
— А ты как думал? — Усмехнулся он на мой удивленный взгляд. — Ты по тревоге в центральную оружейку побежишь, что ли? А пистолет где хранить будешь? Он ведь часть формы. Не смей без него дежурному офицеру попасться! Вот смотри: это отделение под оружие. Патроны можешь хранить хоть россыпью на обеденном столе, но "единицы" все сюда, а на ночь еще и пистолет рекомендую запирать или...
— Или?.. — Уточнил я, по своему расценив заминку.
— Или под подушкой некоторые хранить предпочитают, — задумчиво выдал сосед, и тут же добавил, показывая, что совершенно не шутит. — Особенно, после первой практики на многих "накатывает". Мы же не "экономисты". Практика в действующих подразделениях у нас проходит.
Киваю головой.
— Так что перетаскивай свою "птрку" сюда, — заключил он, кивая на мой шкаф. — Как принесешь, покажу как активируется рунная цепочка, чтобы доступа к оружию ни у кого кроме тебя не было.
Я не стал уточнять, что у меня не совсем стандартное противотанковое ружье. Вместо этого уточнил:
— А как же?..
— В случае, если твоему товарищу понадобится оружие?
Да, бывают такие случаи. И, если боец погиб в самом начале боя, неужели никто не сможет воспользоваться его оружием?
Манохин подошел к шкафу и достал небольшой кожаный браслет.
— Лови! — Кинул мне его он.
Поймал, естественно. Не глядя. Годы практики-то не пропьешь! Особенно когда не очень-то этим делом и увлекаешься!
Застегни на запястье. Теперь, во время боевой тревоги, он подаст сигнал на центральный рунный контроллер. Если он определит, что владелец браслета мертв или находится более чем в километре от места хранения оружия, то он откроет к нему доступ для любого кадета.
Покивал. Мудрено, но... В чем-то верно. И пусть, в случае чего, личного оружия будет жалко, жизнь человеческая все же сильнее. А если моего, например, "Взломщика", удастся сохранить, то его вернут хозяину либо его наследникам. Без вариантов. А "чужие" ТАКОЙ ствол забрать с собой не рискнут. Просто из страха, что владелец на него поставил "метку", а после пойдет за ним следом, безошибочно настигая "воров". Бывали, знаете ли, прецеденты. Да и я уверен — пойду. И дойду. А командование поддержит. И даже отряд на это дело выделит. На хоть сколько-нибудь значимую роль мне в нем при таких раскладах претендовать не следует, но в списочный состав включат.
Так что дураков выдавать свои убежища нет.
***
После уборки по совету Петра решил прогуляться по территории Академии. Было тут на что посмотреть. Чего только стоил местный Музей боевой славы. Вот уж куда я сегодня точно не пойду! Уверен, ажиотаж там немалый. Лучше я чуть позже, чтобы без суеты познакомиться со всем представленным, спокойно и вдумчиво.