Преобразователи (СИ)
— Ты? — Альхэ поджала губы, усилием воли заставляя себя смотреть на южанина.
— Я… Я слышал, что вы на охоту собираетесь.
— Твой брат — трепло, — повернулась Аль к Менху.
— Вообще-то, вы просто громко думаете. Все трое. А мысли остальных это только подтвердили, — он продолжал смотреть прямо на Анктар. — И поэтому я решил напроситься.
— Ух ты, — Альхэ прищурилась, — что, не будет красивых слов и подготовленных аргументов? Ты меня поражаешь, ты точно в Керэн-Лэ воспитывался? Дунха, мы его берем!
Движения химеролога вдруг стали суетливыми как у стоящих здесь же химер, нервными, она даже по локтю подошедшего алхимика скребла, как рвущаяся с поводка химера скребет лапой по камню. Дунха только покосился на это действие, смиряясь с тем, что, кажется, вместо нормальной охоты они идут выгуливать Альхэ, и понимающе кивнул, жалея, что еще и за Антаром не зашел. Где-то в нижней части позвоночника настойчиво зудело нехорошее предчувствие, так что им пригодился бы кто-то способный скрутить пошедшую в разнос магичку.
Жрец посмотрел на него слишком внимательно. И на миг прикрыл глаза, чтобы в следующий миг перевести взгляд на Альхэ. Та замечает внимание и, продолжая все так же суетиться, принимается знакомить Мактара со своими питомцами. Тот внимательно слушает, запоминает имена, даже кивает и вставляет реплики, краем глаза отмечая странное шевеление, вот только желания прислушиваться к чужим мыслям сейчас нет. Зато Анктар бодро тянет всю компанию за собой, не стесняясь использовать гончих, заставляя тех подгонять чуть отставших алхимиков.
— Меня тоже такое ждет? — Менху кивает на побелевшие волосы Альхэ.
— Ты не химеролог, у тебя легче пройдет. Должно, по крайней мере, — он мрачнеет, когда еще одна прядь светлеет прямо на глазах, показывая, что контроль Анктар над собственной силой снова начал расшатываться. Да он и не восстанавливался толком, если уж совсем честно. — Не нравится мне эта затея. Но мы ее сейчас не остановим.
— Ну, зато не здесь, да? Меньше жертв. А люди…
— Главное, чтобы она не вошла во вкус. Если я правильно посчитал дни, у них сегодня очередной праздник, толпа будет…
Дунха с тяжелым вздохом посмотрел на солнце в бледно-сером небе. С губ сорвалось небольшое облачко пара, тут же растаявшее бесследно. Химеры рвались вперед, утягивая за собой Альхэ, которая, вцепившись в локоть Мактара, волоком тащила его за собой, игнорируя взгляды окружающих. Жрец, справедливости ради, не слишком-то сопротивлялся, напротив, улыбался, иногда вставляя реплики в монолог Альхэ. Менху в уме прикидывал шансы нацепить поводок на Аль. Выходило совсем печально, так что стоило морально подготовиться кого-то штопать. Возможно даже, что самого себя. Она, конечно, сама покалечит, сама вылечит, но приятного в обоих процессах мало.
В лесу дышать стало немного легче, все сильнее проваливающуюся в инстинкты преобразовательницу не нервировало чужое внимание, поэтому нервозность немного ушла из движений, но не до конца, все прекрасно понимали, что это только отсрочка.
Химеры рвались вперед и Альхэ охотно отпустила их с поводка, устремляясь за ними. Дунха придержал за локоть рванувшегося было вперед Мактара и тихо спросил:
— Вне храма остановить ее сможешь?
— Не уверен… Зависит от того, как далеко мы уйдем. Дозваться смогу точно, но будет ли слушать… А что? Это как-то связано с тем, что из нее магий плещет во все стороны?
— Ты же еще не видел… или видел? Как у химерологов скачки в развитии идут?
— В Керэн-Лэ их мало, направление не приветствуется, вот и уходят они в другие места. Слышал, что в какие-то периоды становятся вспыльчивыми, да и только…
— Если бы только вспыльчивыми, — Менху поежился, — они скатываются в инстинкты какой-то своей частью. И практически теряют контроль над собой. Могут устроить резню, если не скрутят раньше, могут сотворить какую-нибудь опасную неконтролируемую тварь, потому что “одному играть скучно” или что-то еще в этом духе. От силы зависит.
— А Альхэ…?
— В нашем поколении ее только Антар остановить и может, все-таки Мин Рейта очень сильно постаралась, вкладываясь в ее развитие. Говорят, Совет был категорически против. Ее отец вмешался. Что он сделал — старшие не говорят, но потом то ли сам ушел, то ли изгнали.
— А пожинать плоды теперь нам…
— Я не понимаю, почему вы тогда так с ней возитесь, если считаете проблемной…
— Она отличный друг, с ней достаточно легко общаться, она всегда за любой эксперимент да и вообще всегда “за”. Когда в норме. Ты научишься такие срывы переживать, — хмыкнул младший алхимик, — раз уж она тебя позвала с собой. Пойдем.
Он провел ладонями по лицу, словно снимая с него паутину. Черты лица чуть изменились, кожа стала более бледного оттенка, ногти загнулись. Дунха повторил, а Мактар с затаенной завистью вздохнул: у полукровок хищной формы нет. Зато увести озверевшую Альхэ от разумных сможет только он, просто потому, что только жрец по звучащим мыслям их отличит от животных. Вот и причина, по которой братцы согласились его взять. По крайней мере, это было понятно.
— Наследит она знатно, конечно, — протянул Мактар, рассматривая глубокие царапины на дереве.
— Мы не слишком далеко ушли, так что посторонние их не увидят, — пожал плечами Менху, добавляя еще несколько полос к отметинам Альхэ, крест-накрест.
— Ты же не химеролог вроде, откуда такие животные повадки? — жрец увернулся от ветки и снова повернулся к собеседнику, поку Дунха ушел вперед.
— Но выращивают-то нас всех они. Влияние магии сказывается, на ком-то сильнее, на ком-то послабее. А, ты же полукровка, точно. По матери, да? — получив кивок, продолжил. — В деталях я тебе не расскажу, лучше с Аль поговори. Или с Мин Рейтой, она точно все опишет. Спроси про разницу между рожденными и сотворенными.
— Хватит болтать, — обожгло метку на запястье Менху, — я ее догнал. И это лучше увидеть.
Жрец и алхимик ускорились, откликаясь на зов. Вел Менху, лучше чувствующий местонахождение брата да и лес вокруг Башни знающий неплохо, Мактар только успевал реагировать, когда на очередном повороте его хватали за локоть, и не терять равновесие при беге. Все-таки способностей собственного тела ему не слишком-то хватало, чтобы быть наравне с чистокровными преобразователями. Как он сказал? “Сотворенными”?
Дыхание уже начало понемногу сбиваться, когда они все-таки нашли Анктар, успевшую наткнуться на оленя. Оленю не повезло, причем не повезло смертельно, и сейчас Аль сосредоточенно водила пальцами по краям рваной раны, заставляя кровь покидать тело. То, что сама она теперь сидела в багровой луже, ее явно не смущало, химеролог урчала как крупная кошка, иногда облизывая руки и размазывая кровь по лицу.
— Хоть свежего мяса поедим. Натурального, — Дунха шагнул ближе, но отдернул руку от животного, услышав недовольный рев. Сунувшаяся следом химера и вовсе чуть не получила когтями по любопытной морде.
Мактар нахмурился, потянувшись вниманием к кольцу, все еще надетому на палец Альхэ. Та дернулась, несильно ударив себя по лицу и потеряв равновесие. Взгляд немного прояснился, она даже перестала издавать животные звуки, возвращаясь в разум. Кивнула, безошибочно находя взглядом жреца. Мактар подал руку, помогая подняться, и придержал за талию, когда преобразовательница пошатнулась. Оскалилась в ответ на помощь, потянулась к нему и медленно лизнула в губы.
Жрец не стал отодвигаться, лишь спросил:
— Съедобен?
— Что-то мне говорит, что отравлюсь. Так что живи.
Дунха уже отправил в Башню с одной из химер тушу оленя и теперь сверлил взглядом Анктар, вцепившуюся в Мактара. Южанин на пристальное внимание только повел плечом, но потом чуть развернулся в другую сторону и с тревогой глянул на Альхэ. Гончие повернулись в ту же сторону, скаля клыки. И снова ему не хватило скорости: Альхэ просто толкнула его в плечо, срываясь с места и дергая за поводки нескольких гончих, заставляя их броситься под ноги дернувшимся алхимикам.